Североморье (СИ) - Подлужная Наталья Александровна - Страница 82

      '....боюсь я! За нас за всех! Не верю я ей! Что-нибудь да испортит! А если на трон сесть захочет? Ах, Сэрок! Поверь, была бы она подругой моей Вэйлори, как бы я ее любила. А так не могу, не могу спокойно смотреть на нее! А Вэй, глупая девочка, радуется, что сестру нашла! Послушай, надо в моих книгах поискать заклинание, способное дар магический передавать другому лицу. Есть у меня толковая монахиня, она бы справилась. Что думаешь, Сэрок? Права я?'. 'Ты о чем?'. 'Да слушала ли ты меня?'. 'Нет, Аравела, твою чушь я не слушала. Думаю все, как Еле помочь. И пока не придумаю...И кстати, каким образом ты собралась у Лучезарной принцессы отбирать ее же Лучезарный дар? Ты вовсе не ее боишься, а то, что прочла в пророчестве. Верно?'. 'Ты хочешь сказать, что ты за нее? Значит, против меня?'. 'Аравела, ты может, не ела сегодня - или, наоборот, переела? Чего ты дергаешься? Ну придут знатные господа, потом девочки на балкон выйдут, люду простому платочками помашут. Вэйлори с министрами на совещании побудет. Улыбки, охи-ахи, где вы были, да как мы рады, да мечты наши сбылись...И так далее. И начинаем готовиться к коронации. Здесь все понятно. А вот Елене реально трудно, реально тяжело! Помочь ей никто не может, а ей придется, именно ей сразиться с Черной! Поэтому хватит смотреть на нее косо, и палки в колеса вставлять. Аравела, ну ты ведь умная женщина'. 'А ты представь, Сэрок, что усвоит она свой дар, окрепнет, и возникнет в ее красивой головке вопрос - а почему на троне не она? Переступит через Вэйлори, попомни мое слово'. 'Слушай! Угомонись ты. Ну не виновата она, что в пророчестве смерть указана. Не она ведь тебя...'. 'Удар с ее стороны...Значит, она виновата, ей отвечать!'. 'А ты вспомни, пожалуйста, что исправит она все! Шанс у нее появится...'. 'Давай закончим этот разговор. Пустой он... Мы не поймем друг друга. Я за столько лет забывать стала - ты ж не человек. Нет у тебя возможности проявлять свои чувства! Переживания тебе чужды!'.

      Внезапно наступившая тишина едва меня не оглушила. С трудом я разжала руки. Голова раскалывалась, сил не осталось...Практически рухнув на пол, обхватив себя руками, я покорно вытирала слезы, бежавшие по лицу. И вдруг что-то увидела - на деревянном полу, за огромной расписной вазой...И сердце рвануло от боли - это же мамин браслет! Бросившись к нему, я вспомнила, как он нравился и мне, и Вэй! И мама, дабы мы не ссорились, позволяла носить его по очереди, как-то его при этом уменьшая. В последний раз он был у меня...Спасаясь от Вэйлори, я забежала к себе в комнату, и споткнувшись о куклу, растянулась на полу. Мамино украшение отлетело в неизвестном направлении... И в шоковом состоянии, близком к истерике, я поднимаюсь с пола, зажав браслет в руке...Так я...Выходит, я в своей комнате?!

      Стремительно оглядываясь, я словно судорожно выхватывала глазами всплывающие, недостающие фрагменты - возле окна вечно стоял мольберт; за этой деревянной перегородкой должна быть кладовая с платьишками! На полу была лошадка-качалка, кукольная кроватка; и куклы, много кукол...На столике размещалась большая музыкальная шкатулка...Со столика взгляд мой перекочевал на зеркало...Взглянув на себя еще раз, словно воочию увидела, как с мамой разбираем бабушкин сундук и находим очень красивую, воздушную, всю в кружевах, сорочку. И я упрашиваю маму отдать ее мне; пыхтя, мы с Вэй дотащили ее до моей комнаты... Боже мой...

      Вновь я посмотрела на браслет - он сиял ровным, теплым, каким-то радостным светом. И переливался из розового цвета в голубой. Какая-то мелькнула у меня мысль - но я не успела ее поймать...Но правой рукой вытащив кулон, левой поднесла к нему браслет. И что это я делаю? Не знаю... Честно...Они узнали друг друга, что ли? Идиотский вопрос, но когда они по очереди светятся, впору сходить с ума... Только успела я надеть браслет на руку - как в голове возникла картинка некой круглой комнаты, с двумя маленькими зарешеченными окошками...И? И черт меня дери, мои же ноги пошли из комнаты! Я в сорочке!! Стоп!! Стоять!! Ноги мои остановились, а я нет, и носом вперед, по инерции, в дверной косяк...

      Сердце учащенно стучало; испуганно отлепившись от двери, посмотрела на браслет - неужели, причина в нем? А он просто неправдоподобно сиял, создавая вокруг себя сверкающую, блестящую невесомую дымку. И пока я с восторгом, затаив дыхание, всматривалась в эту красотень, меня что-то слегка дернуло. Так, чуть-чуть. И схватившись за родной уже косяк, забыла, как дышать - сорочка исчезла, прев...превратившись в легкое муслиновое белое платье, с небольшим декольте. Ноги оказались обуты в легкие сапожки со шнуровкой. Просто прелесть. И уже через секунду я с вытянутым, ошарашенным лицом покинула комнату, бодрым шагом преодолевая бесчисленные коридоры с картинами, статуями, и композициями из цветов. Все мои попытки найти рациональное объяснение потерпели крах...Куда я направлялась - неведомо; спросить у ног мозг отказался категорически.

      Завернув за угол, нос к носу столкнулась с Аравелой; за ней гуськом следовали торжественные монахини. После услышанного в комнате разговора между ней и Сэрок, я, кажется, была готова воспринять в 'штыки' любое сказанное ею слово; она не заставила себя долго ждать. 'Елена, вижу, ты уже готова...Молодец! Но, я тут подумала, будет наверное лучше, если ты побудешь в комнате. Думаю, господам вполне хватит поприветствовать будущую Королеву Лучезарную. Тебя они смогут увидеть на самой коронации. Пока побудь у себя, так будет лучше. Монахини проводят тебя. Важный день сегодня, не надо его портить! Анна, дорогая - Аравела ласково обратилась к монахине с крайне живым, эмоциональным лицом, - поможете принцессе дойти до комнаты, хорошо?'. С возрастающим умилением мне оставалось наблюдать, как похлопав ресницами, и улыбнувшись настоятельнице, Анна двинулась ко мне. Чем вызвала во мне желание послать подальше, причем их всех сразу. 'Стоять! Не волнуйтесь, Аравела, прошу вас. Я сама разберусь, где и когда должна появиться! Благодарю за заботу' - с трудом сохранив невозмутимое выражение лица, проследовала мимо. Лишь завернув за угол я остановилась, уцепившись за край высоченной расписной вазы. Сердце стучало; но переживать, похоже, времени у меня не было - ноги рванули вперед. Я за ними...

      Бесконечные коридоры увели куда-то в сторону от шума и разговоров, долетающих до ушей; и привели к темной лестнице, уходящей вниз. Не в силах совладать с бешено колотящимся сердцем, я остановилась. Руки мои взмокли, ноги свело от судороги. Едва дыша от страха, тисками сжавшего сердце, с ужасом вдруг поняла, где я. Здесь был...последний бой стражников, оборонявших подступы к лестнице, ведущей к башне! Боже мой... Стоило лишь подумать об этом - и в наползающем тумане, не веря себе, я вдруг разглядела гвардейцев, и среди них...Лэнга?! Помотав головой, я вновь впилась взглядом в самоуверенного, с наглой ухмылкой и выпирающим животом, капитана гвардейцев...Он, точно, Лэнг...И страх мой словно ожил - с ужасом я смотрела на багровые, словно в дурмане, лица напавших гвардейцев...Это был не бой - это была резня оставшихся в живых стражников, героически объединившихся вокруг отца! И резкая боль полоснула по сердцу, и крик вырвался помимо моей воли - в руках Лэнга сверкнул кинжал! Нет!! Нет!!

      Зажав рот рукой, по холодной каменной стене я сползла вниз. Ни мыслей, ни чувств - болела душа, она кровоточила. Навалилось страшное, черное отчаяние - ничего нельзя изменить...Из последних сил стараясь не зареветь, рукой сжала кулон. Тепло, заструившееся по телу, было невероятно живительным. И родным... 'Елена! Елена!'. С некоторым трудом я осознала, что меня, кажется, кто-то зовет. Туман рассеивался, обнажая холодные своды темной лестницы...

      Рядом со стеной зависла бледная, прозрачная фигура, в светлом одеянии. 'Привет. Я Касия, помнишь меня?'. 'Привет - с трудом я прочистила горло, - да, я тебя помню'. 'Ты куда это собралась? В башню?'. Я ограничилась кивком. 'Скучно мне что-то... С тобой пойду, впечатлений наберусь. Ты ж не против? А то весь замок как сумасшедший носится. Надоело'. 'А...тебя твои дамы не хватятся?'. Смех колокольчиком мне в ответ - и Касия плавно двинулась вперед. Глубоко вздохнув, я стала спускаться следом по каменным ступеням; впереди светлым пятном маячила Касия, освещая дорогу. Потянуло сыростью, заплесневелыми стенами, и каким-то древним холодом. Сердце уже молотило, когда мы наконец добрались до маленького помещения, с небольшой покосившейся дверью и ржавой ручкой. 'Раньше здесь всегда передышку делали, с мыслями собирались, голову от ерунды освобождали. Раньше...'. 'Почему?'. 'Башня с древних времен напитана магией. Ты можешь ее не почувствовать, а она тебя вдоль и поперек узнает, пока ты наверх лезть будешь. Поэтому, кто с какой просьбой, проблемой приходил - все остальное здесь, за дверями оставлял. Ну, пошли, Елена Лучезарная' - и коротко, отрывисто рассмеявшись, Касия исчезла сквозь дверь...