Вирус «Reamde» - Стивенсон Нил Таун - Страница 214

Минуту-две Зула пыталась понять, что это означает: сперва подумала, что известия о Джонсе достигли поселка и жители готовятся к вторжению с севера, но это не увязывалось со словами про машины, которые могли появиться только с юга.

– У него сообщники, – сказала она наконец. – Едут навстречу.

Джон знал, кто «он» и чем примерно «он» занят, – Зула успела рассказать по дороге.

– Едва ли Джонс намерен дальше путешествовать автостопом, – произнес Джон подумав. – Без сообщников ему не обойтись. – Он снова задумался и поглядел на Оливию и Джейка, которые пыхтели позади. – Интересно, что они рассчитывали тут найти. Наверное, только старые лесовозные дороги. У общины Джейка нет названия, она не отмечена на карте. И все равно странно, что они сразу открыли пальбу.

Джейк не слышал разговоров по рации, зато слышал выстрелы. Выражение у него стало такое, какого Зуле не хотелось бы еще раз увидеть на лице близкого человека. Он здесь, а его жена и дети внизу, где идет бой.

Джон тоже это увидел.

– Они знают, что делать, – напомнил он младшему братишке. – Не волнуйся, они заперлись в бункере.

– Мне надо туда, – сказал Джейк.

Джон без единого слова спрыгнул с квадроцикла. Зула слезла с багажника. Ее слегка шатало, но в целом она чувствовала себя гораздо лучше.

Джейк сел на квадроцикл и поехал вниз, срезая витки серпантина, где только можно.

– Отсюда уже рукой подать, – сказал Джон. – Спуск по крутым склонам не самая сильная моя сторона. Вы девушки крепкие, бегите вперед, а я буду замыкать тыл.

За спиной у него был старорежимный охотничий карабин с деревянным прикладом и телескопическим прицелом. Зула знала, что Джон берет его с собой исключительно на случай встречи с медведем.

– Помповик. – Джон протянул ей карабин. – Калибр тридцать ноль шесть, четыре патрона в магазине.

Все Зулино воспитание требовало ответить: «Нет, не могу», – но она переборола этот порыв. Лицо ее дяди – фактически ее отца на протяжении последних пятнадцати лет – говорило, что он возражений не потерпит. На миг ей вспомнилось, как наркоманы забрались на ферму, чтобы украсть их жидкий аммиак.

Так что ответила она одним-единственным словом: «Спасибо».

Оливия оказалась неплохой бегуньей – по крайней мере куда лучше Зулы в ее нынешнем состоянии. В основном бежали по тропе, временами пересекая след от квадроцикла, где Джейк проехал напрямик. Зула думала, что он скоро от них оторвется, но ошиблась: квадроцикл действительно ехал быстро (когда ехал), зато подолгу застревал на препятствиях и на тех участках склона, где крутизна не позволяла спрямить. Его рычание постоянно слышалось чуть впереди, временами заглушаемое пальбой. Какой-то совершенно неуместный дух родственного соревнования подхлестывал Зулу его догнать, однако вскоре она увидела более ясную цель: зеленую металлическую крышу среди деревьев.

Джейк и его семья основательно почистили лес в радиусе ста метров от своего дома: вырубили подлесок, убрали нижние сухие ветки хвойных деревьев. Это делалось в первую очередь для защиты от пожара, но одновременно они таким образом увеличили видимость. Естественный лес здесь просматривается не дальше чем на сорок – пятьдесят ярдов, а вот из окон Джейкова дома весь расчищенный участок был виден насквозь, и Зула подозревала, что тут имелась и тактическая цель: никто не мог незаметно прокрасться к дому. Так или иначе, вбежав на этот участок, они с Оливией сразу увидели дом и Джейка, который как раз спрыгивал с квадроцикла. Он направился прямиком ко входу в бункер: тяжелому двустворчатому люку в железобетонной коробке. Люк открылся. Элизабет с помповиком, помимо своего всегдашнего «глока», вылезла и обняла мужа.

Однако это не была долгая сцена встречи после разлуки. В следующий миг Элизабет приложила ладони к его щекам и что-то сказала – видимо, очень важное – и выразительно глянула в сторону подъездной дороги.

Джейк кивнул, чмокнул жену в щеку и сделал шаг назад. Элизабет спустилась по лестнице и закрыла за собой люк. Зула, которой до бункера оставалось шагов пятьдесят, чуть не заорала: «Нет, подожди нас!» Однако после такого бега она все равно не могла бы закричать, да и мгновение спустя сообразила, что сидеть в бомбоубежище с Элизабет и мальчиками не такая уж большая радость.

Джейк тем временем снял с плеча винтовку, дослал патрон и теперь двигался способом, о котором узнал либо на семинаре по тактике боя, либо из просмотра кинобоевиков, то есть держал дуло направленным в ту сторону, куда смотрел сам, и крайне осторожно огибал углы.

Зула сумела-таки выкрикнуть: «Это я, дядя Джейк!» – поскольку чувствовала, что внезапно к нему со спины лучше не подбегать.

Джейк обернулся, поднес палец к губам, затем обогнул угол дома и пропал из виду.

Зула попыталась сообразить, что это значит. Будь перед домом целая куча вооруженных людей, Джейк спустился бы в бункер и загнал бы туда же Зулу с Оливией. Выходит, опасность не настолько велика.

– Я хочу посмотреть, что там. – Зула, сбавив шаг, повернула к той стороне дома, к которой подкрадывался Джейк. – Может, сумею помочь.

Она сорвала с плеча карабин.

– Можно с тобой? – задыхаясь, выговорила Оливия.

– Конечно.

Вряд ли Оливия нуждалась в разрешении.

Местность тут была неровная, обзор загораживали деревья, поленницы и сараи. Джейк двигался по прямой вдоль дома, девушки – по большой дуге, так что несколько минут прошло в томительной неопределенности, прежде чем они снова его увидели. Чтобы не подставиться под выстрелы с подъездной дороги, они бежали за сеткой, которую Фортрасты воздвигли для защиты своих овощей от диких кроликов, кур – от койотов и рысей, коз – от волков и пум. Однако наконец Зула оказалась в такой точке, откуда видела Джейка от пояса и выше. Он стоял на дороге, наведя винтовку на какую-то близкую цель, и кричал.

Зула осторожно выпрямилась и различила две головы на уровне Джейкова пояса. Эти люди что, стоят на коленях? Руки оба держали на затылке.

Один из них выглядел ужасно знакомым, но того, что она подумала, просто не могло быть. Убедившись для верности, что карабин и впрямь на предохранителе, Зула глянула в оптический прицел на человека справа. Рослый, немногим ниже Джейка, даже когда стоял на коленях. Широкий в плечах. Коротко стриженные темно-рыжие волосы. Загорелая шея.

– Мамочки, – выдохнула Зула.

– В ворота входят двое, – сказала Оливия. – И мне не нравится их вид.

Зула повела прицелом вдоль дороги и скоро поймала в перекрестие большие бревенчатые ворота. Они были приоткрыты. Дорогу за ними перегораживал сильно помятый джип. Как и сказала Оливия, два человека только что обогнули машину и сейчас входили в ворота. Они полностью вписывались в образ моджахедов, с которыми Зула провела последние три недели. У одного был в руке пистолет. У другого – карабин, который он как раз поднес к плечу, явно целясь в Джейка. Самую заметную мишень. И самую уязвимую.

Зула поймала его в перекрестие прицела и нажала на спуск. Ничего не произошло.

– Берегись! – крикнула Оливия.

Зула щелкнула предохранителем и снова нажала на спуск. Пуля, видимо, ушла в сторону: Зула еще не отдышалась и не сумела полностью собраться. Однако на моджахедов выстрел произвел сильнейшее впечатление: они отпрыгнули за ворота и бросились на землю.

На дороге кричали. Зула явственно узнала голос Чонгора. Интонации были совершенно понятны:

– Вы что, взбесились? Мы свои!

– Азиатского юношу я знаю по его баскетбольным выступлениям в Сямыне, – сказала Оливия. – И я правильно догадываюсь, что крупный молодой человек – знаменитый Чонгор?

«А ты-то кто такая, мадам?» – хотела спросить Зула, но вместо этого выбежала на открытое место и закричала:

– Дядя Джейк! Впусти их! Они с нами!

Две головы – Марлона и Чонгора – повернулись в ее сторону. Оба явно ошалели. Особенно Чонгор.

– Двигайте к дому! – крикнул Джейк, разворачиваясь к воротам.