Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Избранное

Асадов Эдуард Аркадьевич

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Избранное - Асадов Эдуард Аркадьевич - Страница 47

Изменить размер шрифта:

СОН В ВЕШНЮЮ НОЧЬ

(Маленькая поэма)

На крышах антенны зажглись, как свечи,

Внизу ж у подъездов уже темно.

Рыжий закат с любопытством по плечи

Просунул голову в чьё-то окно.

В лужу скамья загляделась, как в прудик,

Господи, сколько же нынче воды!

Крохотный прудик тот, как изумрудик,

Зеленью блещет в лучах звезды.

Тучки, луною опоены,

Как рыбы плавают полусонные.

А тополь с вербою, как влюблённые,

Обнявшись, шепчутся у стены.

Двор в этот час безлюден и пуст,

Только в углу средь цветов спросонок

Ветер жуёт сиреневый куст,

Словно губастенький жеребёнок.

Сны, расправляя крылья свои,

Слетают с высот в этот мир огромный,

И дремлет во тьме, как щенок бездомный,

Ведёрко, забытое у скамьи…

Что это: музыка за окном?

Сойка пропела ли в свете лунном?

Иль, пролетая, провёл крылом

Стриж по серебряно-звёздным струнам?

Вспыхнул фонарь, и обиженный мрак

Влез по трубе на соседний дом

И, погрозив фонарю кулаком,

Вором проник на глухой чердак.

Чуть дальше — тощее, как Кощей,

Салатное здание у киоска,

Будто хозяин в зеленом плаще

Гуляет с беленькой шустрой моськой.

Вдали возле стройки грузовики

Стоят насторожённым полукругом.

И, сдвинув головы, как быки,

Сурово обнюхивают друг друга.

Громадная туча, хвостом играя,

Как кит, проплывает чрез небосклон,

И, с грохотом пасть свою разевая,

Звёздный заглатывает планктон.

Луна, как циклоп, ярко-жёлтым глазом,

Сощурясь, уставились беспардонно

На улицы, окна и на балконы,

Чтоб жизнь человечью постигнуть разом…

И как же ей нынче не заприметить

Мужчину в комнате у стены,

Чьи думы сейчас в этом лунном свете

Грустнейше-грустны и тёмным-темны.

Он ходит по комнате. Он читает.

Садится, работает у стола.

А сам словно где-то сейчас витает.

Но с кем? И какие сейчас решает,

Быть может, проблемы добра и зла?

Конфликты. Ну что они в жизни значат?!

Амбиции, ревности, пыль страстей,

Укоры, удачи и неудачи,

Когда все должно быть совсем иначе,

Без драм и запальчиво-злых речей.

Ведь часто как в сказочке: «Жили-были…»

Все славно! И вдруг — словно гром с небес.

Что сделалось? Что вдруг не поделили?!

Какой их стравил идиотский бес?

И люди (а сколько вот так случается),

Задумав какой-то конфликт решить,

В такие обиды порой вгрызаются

И так распаляются-раскаляются,

Что лютым морозом не остудить.

Сейчас и самим не найти причин,

Не вспомнить, зачем и с какой привычки,

Кто первым для пламени чиркнул спички

И кто в это пламя плеснул бензин?

О счастье мы все досконально знаем:

Где — первые радости, где — венец,

Истоки же горя подчас теряем,

А помним лишь зло, результат, конец.

Он тоже все помнит и ясно видит,

Как женщина, стоя уже в дверях,

В глазах и страданье, и гнев, и страх,

Кричит что-то в яростно-злой обиде.

Двух взглядов скрещенье острей мечей,

Людей уже нет — только их подобье.

Затем — будто пушка, удар дверей

И стук каблуков пулемётной дробью!

Мчат птицами месяцы и недели.

Разрыв, словно ветер, глаза сечёт,

Обида колючею, злой метелью

Любое тепло обращает в лёд.

Но как же в любви не просты дела:

Он курит, он сущность постичь пытается:

Кто прав? Кто виновен? Пришла — ушла…

Эх, кончить все разом и сжечь дотла!

Да вот не выходит, не получается.

Ведь мы словно кони, порой по кругу

Бежим и не ведаем: как нам быть?

Зачем, разорвав уже часто нить,

Мы все продолжаем любить друг друга?!

Гром, будто дьявольским кулаком,

Грохнул по хрупкому небосводу,

И тот, как бассейн с расколотым дном,

Вылил стеною на землю воду.

Новая вспышка. Удар! Гроза!

Стонут от грохота водостоки,

Лупят отвесно с небес потоки,

Синее пламя слепит глаза!

Вышел из комнаты на балкон,

Струи блестят, как жгуты тугие,

Молвил с почтеньем: — гремит стихия!

Даже не верится: явь иль сон!

Но что это, что это там — внизу:

Словно подбитая с лету птица,

Кто-то застигнутый ливнем мчится

Прямо сквозь ветер и сквозь грозу…

Чуть улыбнулся: — Стихия, гром!

Ну и везёт же сейчас бедняге!

Вдруг, поражённый, одним чутьём,

Словно ошпаренный кипятком,

Стал на мгновенье белей бумаги!

Быстро, насколько достало сил,

Стул опрокинув, почти не веря,

Будто по воздуху — прямо к двери!

И, не дождавшись звонка, открыл!

Чудо? Иль шутки творит гроза?!

Стали вдруг ватными сразу ноги…

Женщина молча глаза в глаза —

Мокрой принцессою на пороге…

Падают звонко струи воды

С локонов, сумки, со всей одежды.

Вместо лица — две больших звезды,

Полных отчаянья и надежды.

— Мы… Мы не виделись сотни лет!

Пусть я ужаснее всех на свете…

Хочешь, гони меня, хочешь — нет,

Только окончим мученья эти!..

Знаю: тебя и себя терзала,

Трубки швыряла и все рвала…

А ведь ждала… Каждый день ждала…

Боже, да сжечь меня просто мало!

Можешь простить меня?.. Я не сплю?..

Дождь — как крещенье… Я даже рада…

Господи! Как я тебя люблю!..

— А я ещё больше!.. Не плачь… Не надо!

И это не я, это ты прости!

Я тоже свернулся смешней улитки!

— Безумец… Постой обнимать… Пусти!

Да ты же промокнешь сейчас до нитки!.. —

С хохотом кружится человек

С милым промокшим, бесценным грузом!

Кружит земля голубым арбузом,

Кружится звёзд серебристый снег.

Ветер, ворвавшись, успел вскричать:

— Видите, люди, как вы не гибки!

Страшно не столько свершать ошибки,

Сколько упрямо на них стоять!

Кружатся мысли и в теле кровь:

Вот оно, самое в мире ценное!

Радостно кружится вся вселенная,

Ибо вселенная есть любовь!

11 февраля 1992 г. Москва