Война призраков [дилогия] - Казаков Дмитрий Львович - Страница 159

— Тут никогда не было фараона, — спокойно отозвался Кауфманн. — Это копия! И она монолитна!

Виктор замер, боясь даже дышать. До него доносились шаги, озабоченное сопение, потом первый голос сказал:

— Все чисто. Можете проезжать на ВПП, господин Кауфманн. Ваш стратоплан ждет. Удачного полета, и простите за беспокойство.

— Ничего, — прогнусавил Загоракис.

Хлопнула дверца, и вновь зарокотал двигатель. Виктор поднял руку и вытер со лба пот.

Глава 18

РИМСКИЙ СЛЕД

Дверь палаты открылась, и в нее осторожно, как-то даже несмело заглянул Загоракис.

— Как чувствует себя больной? — поинтересовался он. — В силах ли вынести беседу с начальством?

— В силах, — улыбнулся Виктор. — О чем будем говорить?

В особом госпитале Службы он находился четвертый день. Плечо беспокоило все меньше, ребра потихоньку срастались, и только гипс напоминал о том, что одна из рук сломана.

Куда хуже было с душевным состоянием. Впервые за годы работы в СЭС Виктор не мог отделаться от неприятных воспоминаний и связанных с ними чувств. Память то и дело возвращалась ко дню, когда погибла Джоанна.

— Как — о чем? — Загоракис уселся на стул для посетителей. — О делах наших скорбных...

— Чего же в них скорбного? — удивился Виктор.

— А почти все! — Полковник задумчиво почесал выдающийся нос. — Лондонская компания «Вселенские путешествия» прекратила существование в течение нескольких часов. Здание осталось, работники в нем тоже, а вот все руководство и документы исчезли...

— Вы их упустили? Но ведь они были под колпаком!

— Сам понимаешь, что слежка и преследование не совсем наш профиль, — пожал плечами Загоракис. — А вот уходить от наблюдения любой «призрак» умеет прекрасно. Так что Джонсон и компания выскользнули из-под нашей опеки и ушли...

— А Шон Кларк? — спросил Виктор, вспомнив мрачного сотрудника службы безопасности президентского дворца.

— Уволился и скрылся в неизвестном направлении три дня назад.

— Так что, не осталось никаких зацепок?

— Только косвенные. — Полковник чуть ли не впервые на памяти Виктора выглядел расстроенным. — Мы просеиваем информацию по всему миру в поисках организаций, зарегистрированных не так давно. Но сколько займет этот поиск и даст ли он результаты — ведает только Всевышний!

— А если обратиться во ФРУ или в полицию? — Виктор ощутил тревогу; какая-то заноза, связанная с братством бывших «призраков», сидела в памяти и давала о себе знать, оставаясь невидимой.

— Если мы поступим так, то собственными руками затянем петлю на шее Службы, — сказал Загоракис. — Понимаешь, какой поднимется скандал, если кто-то узнает, чем на самом деле занимается СЭС? Нет, тут придется справляться самим.

— Подождите! — «Заноза» выскочила, и Виктор вспомнил кое-что услышанное шесть дней назад в номере отеля «Гранд-Босфор». — Михайлов оговорился, что прибыл в Стамбул из Рима!

— Может быть, он специально наводил тебя на ложный след...

— Нет. — Виктор покачал головой, почувствовал, как забилось сердце. — Это было сказано перед тем, как он собрался меня убить! Зачем лгать тому, кто скоро умрет?

— Значит, Рим, — сказал полковник. — Отлично, что ты вспомнил. Я отправлю туда пару свободных людей.

— А я?

— Ты будешь сидеть здесь и выздоравливать! — рассмеялся Загоракис. — С переломами ты в «призраки» не годишься! Да и Михайлов с компанией знают тебя в лицо.

— Лицо можно изменить! — твердо ответил Виктор. — А отстранять меня от расследования сейчас было бы просто подло! Вспомни, Деметриос, сколько я уже сделал! А последний удар нанесут другие?

— Ладно, убедил! — Полковник вскинул ладони, точно защищаясь. — Но пока не оклемаешься, никуда не поедешь! Так что дней десять побудешь в больнице. — Он скептически оглядел подчиненного и добавил: — Как раз хватит, чтобы начать отращивать усы!

Торжественно воздев над головой зонт, по которому звонко щелкали дождевые капли, Виктор спустился по трапу и неспешно двинулся к автобусу, ожидающему пассажиров с лондонского рейса.

В кармане у него лежали документы на имя Чарльза Смита, кожа под пышными усами неприятно зудела, а ветерок холодил голый череп. Лысый, усатый господин с изрядным брюшком ничем не напоминал Виктора Зеленского, и одышка, частый спутник полных людей, выглядела у него вполне натурально.

Автобус высадил пассажиров у входа в зал ожидания и, негромко зафырчав, укатил. Чарльз Смит не торопясь, вразвалку пересек зону досмотра и двинулся к ближайшему человеку в форме сотрудника службы безопасности.

— Милейший, — проговорил он, отдуваясь, — где у вас в аэропорту гостиница?

— Пройдете вон туда, — сотрудник службы безопасности, в глазах которого читалось презрение к людям, не умеющим пользоваться указателями, поднял руку, — и там на второй этаж!

— Благодарю вас, милейший, — пропыхтел Чарльз Смит и зашагал дальше.

Крошечная гостиница из двух десятков номеров занимала этаж в правом крыле аэропорта. Дремлющая на месте администратора пожилая дама, заслышав тяжелые шаги Смита, встрепенулась.

— Добрый день, милочка, — сказал Чарльз. — Мне бы хотелось номер. Самый лучший из тех, что у вас есть.

— Люксов не держим. — Дама обидчиво поджала губы. — На сколько вы хотите остановиться?

— На пару-тройку недель, — ответил Смит, и глаза на лице администраторши удивленно округлились. — Я социолог из Кембриджа, изучаю субкультуру аэропортов. Приехал к вам собирать материал.

— А, — сказала дама уныло, делая вид, что хоть что-то поняла. — Тогда вас должен устроить номер семь. Окна его выходят на фасад, и шум с ВПП не так мешает.

— Отлично! — Смит улыбнулся. — Вот моя карточка! Оформляйте!

Администраторша потянулась к клавиатуре вычислительного центра, на ее лице читалось недоуменно-презрительное выражение, а крутящиеся в голове мысли мог прочитать не только «призрак»: «Понаехали тут всякие! Суп... культуру изучать! Вот и изучали бы у себя в Англии!»

Виктор спокойно ждал. Они с Загоракисом не смогли придумать другого повода поселиться в аэропорту, кроме социологического исследования. Какой идиот, кроме ученого, согласится жить там, где над головой каждый час грохочут стратопланы?

К тому же заумный исследователь, сующий нос во все дыры, не вызывает подозрений.

— Вот ваш ключ, — сказала дама, возвращая карточку. — Самая дальняя дверь по коридору направо.

— Благодарю вас, милочка. — Чарльз Смит улыбнулся и затопал в указанном направлении.

Номер оказался меньше, чем келья истязающего свою плоть монаха. Вдоль стены стояла узкая лежанка, а в санитарном блоке нелегко пришлось бы и дистрофику.

— Да уж, тут не пошикуешь, — сказал Виктор, оглядывая более чем скромное убранство.

Повесив зонт на ручку двери — сушиться, он разделся, отлепил от живота мешок, имитирующий брюхо, и прошел в ванную. Из зеркала глянул лысый, морщинистый незнакомец. Глаза у него были ярко-зеленые, а над верхней губой топорщились седые усы.

Еще в Берне, первый раз увидев себя в новом облике, Виктор не удержался от смеха. Привыкшему полагаться на внутреннюю трансформацию «призраку» странно было использовать столь примитивные методы маскировки, применявшиеся в те времена, когда Земля не была единой, и с тех пор почти забытые.

Столкнувшейся с необычным противником Службе пришлось их вспоминать.

Аэропорт, где Виктору предстояло провести три недели, являлся ключевой точкой, без которой укрывшемуся в Вечном городе братству никак не обойтись. Агенты организации, ведущей активную деятельность, должны передвигаться по миру, так что им не избежать пользования воздушным транспортом.

Рано или поздно кто-нибудь из знакомых Виктору по лагерю «Острова Блаженных» «призраков» появится тут, сойдя со стратоплана или готовясь сесть на него.