Война призраков [дилогия] - Казаков Дмитрий Львович - Страница 157

Глядя, как он уходит, Виктор думал о том, когда полковник последний раз исполнял задание в качестве «призрака». Выходило, что лет пятнадцать назад, не раньше.

Достаточный срок, чтобы потерять навыки оперативного агента.

Вода Босфора казалась черной, словно нефть, а звезды, мягко светящие через прорехи в облаках, в ней не отражались. Волны с мягким шумом набегали на берег, пахло, как и вдоль всей береговой линии в Стамбуле, тухлятиной.

К пристаням Йилдиза, заброшенным полсотни лет назад, в эпоху отмирания паромного транспорта, Виктор добрался заранее. Около семи вечера, когда начало темнеть, покинул парк за центром Ататюрка. Миновал прижавшийся к морю дворец Долмабахче и через район трущоб, где нищий в лохмотьях вызывал меньше любопытства, чем бархан в пустыне, вышел к точке встречи.

Башню, о которой упоминал Загоракис, заметил издалека, и довольно долго наблюдал за ней, прежде чем подойти вплотную.

Вблизи выяснилось, что башня изнутри пуста, как панцирь умершей черепахи. Меж ее стен тоскливо завывал ветер, а судя по запаху, жители окрестностей использовали строение в качестве туалета.

Осмотрев место встречи, Виктор затаился чуть в стороне от башни, в тени наполовину развалившегося дебаркадера. Болела рука, дергало болью плечо, одолевала скопившаяся за сутки без сна усталость.

Где-то без десяти двенадцать к северу от башни замелькал огонек. Когда он приблизился, стало ясно, что кто-то идет, подсвечивая дорогу фонариком.

— Вот зараза, — сказал незнакомец, споткнувшись о камень, и по голосу Виктор узнал Загоракиса.

Стоило Зеленскому шевельнуться, как полковник резко повернулся, а в его руке появился излучатель.

— Это я, — сказал Виктор.

— Очень хорошо, — Загоракис прятать оружие не стал, а протянул рукоятью вперед: — Держи, на всякий случай.

— За нами следят?

— Надеюсь, что нет. — Загоракис посветил фонариком под ноги, выискивая место, чтобы сесть, но решил остаться стоять. — Я сделал все, чтобы стряхнуть возможный хвост. Через пятнадцать минут за нами придет катер, и мы спокойненько уберемся отсюда.

— Катер? — удивился Виктор.

— Скорее, яхта, — поправился полковник. — Ее предоставил один наш друг, большой любитель археологии и вообще старины. О, вот и он...

Со стороны моря послышался негромкий рокот мотора — и из-за мыса на севере выдвинулся увенчанный гирляндой огней силуэт корабля.

— Не так уж беден этот ваш друг, — пробормотал Виктор, оценив размеры судна.

— У всех свои недостатки, — хмыкнул Загоракис.

К северу от башни, в той стороне, откуда пришел полковник, что-то негромко хрустнуло, и Виктор шлепнулся наземь, не обращая внимания на боль в сломанных ребрах.

Выстрел излучателя прошел над ним и с треском вонзился в дебаркадер.

— В сторону! — гаркнул Загоракис.

— Да... — Виктор попытался вскочить на ноги, но понял, что на это просто нет сил. Тело, измученное ранами и усталостью, отказалось служить решительно и бесповоротно.

Выстрел полковника ударился в башню, рассыпался яркими искрами. На мгновение стали видны темные фигуры, прижавшиеся к земле.

— Проклятье! — С неимоверным трудом Виктор вытащил из кармана излучатель, прицелился. Рука дрожала, и оружие тряслось так, что не был уверен, что сумеет выстрелить вообще.

С яхты, которая была уже в полусотне метров от берега, ударил луч света. Он прошел по дымящему дебаркадеру, лизнул башню, на мгновение остановился на том участке берега, где лежали Загоракис и Виктор.

— Туда, идиоты! — рявкнул полковник, махнув рукой, и тут же перекатился в сторону.

В то место, где он только что лежал, ударили два выстрела.

Луч переместился дальше от берега, высветил основание башни и прячущегося за ней человека. Тот попытался отскочить, рванул в сторону, чтобы укрыться, но не успел.

Огненный импульс поразил его в бок.

— Отлично! — бодро воскликнул Загоракис. — Одним меньше! Эй, Виктор, ты чего молчишь? Жив?

— Скорее нет, — ответил Виктор.

— Отползаем к берегу! Там нас прикроют!

Рокот мотора стих, яхта остановилась. Судя по приближающемуся плеску, с нее спустили лодку. Прожектор продолжал шарить по берегу, но в его луч попадал только лежащий без движения раненый.

Другие двое исчезли бесследно.

Ползти Виктор смог, но очень медленно, как престарелая улитка. Сломанную конечность приходилось беречь, как и поврежденный бок, а тело казалось тяжелым, точно свинцовая болванка.

Когда Зеленского подхватили под руки, он едва не заорал от боли, краем уха услышал сердитый окрик Загоракиса:

— Осторожнее!

— Я сам... — прохрипел Виктор и, опираясь на тащивших его людей, попытался идти. Но тут же споткнулся. Его подхватили, практически занесли в большую лодку и осторожно положили на лавку.

Заскрипели уключины, весла с плеском окунулись в темную воду. На мгновение Виктор погрузился в беспамятство, а когда очнулся, то они уже подходили к яхте. С высокого борта свисали несколько веревочных лестниц.

— Так, поднимайте его! Поднимайте! — командовал оттуда кто-то, — Осторожнее, дети дьявола!

Виктора положили во что-то вроде гамака и поволокли вверх. Он видел проплывающий мимо борт, блестящие металлические поручни фальшборта. Последовал рывок, и Зеленский оказался лежащим на палубе.

— Ну и воняет же от него! — пробормотал кто-то.

— Так, отходим! — донеслась команда. — Быстрее! Быстрее, дети Иблиса!

Со второй попытки Виктор сумел сесть и оглядеться. Яхта разворачивалась, темный берег с выступающим над ним силуэтом башни потихоньку двигался вправо, Пока не оказался за кормой.

— Ну как ты? — спросил подошедший Загоракис.

— Бывало и лучше, — честно ответил Виктор. — Куда мы плывем?

— Только дерьмо плавает, — ответил голос, ранее отдававший команды. — Моряки ходят!

— Позволь представить тебе, Ласло Боднар, — улыбнулся полковник. — Он объяснит, куда мы идем, лучше всего.

Виктор поднял голову и столкнулся взглядом с невысоким, изящного сложения человеком. На узком лице блестели пронзительные, темные глаза, а в черных волосах серебрилась седина.

— В Моду, — сказал человек. — Это район на азиатском побережье. Там у меня вилла, где можно обороняться против целой армии...

Мгновение Виктор не мог понять, что именно не так в лице хозяина яхты, а потом сообразил — перед ним стоял «призрак», самый настоящий, такой же, как он сам.

— Вы... э... тоже один из нас? — спросил он ошеломленно.

Ласло Боднар расхохотался, а ответил за него Загоракис:

— Он один из немногих, кому за особые заслуги позволили уйти на пенсию. — В голосе полковника послышалась грусть. — Но зато нагрузили всякими общественно-полезными обязанностями...

— Вроде обязанности спасать всяких неумех, попавших в беду! — И Ласло неожиданно подмигнул.

Виктор ощутил, как отпускает напряжение, в котором он провел более суток.

— Да, не забудь вызвать врача, — напомнил Загоракис.

— Уже сделано, — отмахнулся хозяин яхты. — Может быть, вы пойдете вниз, в каюту? Там несколько удобнее.

— Нет. — Виктор покачал головой. — Я тут посижу. Если бы только чего-нибудь поесть...

— Нет ничего легче. — Ласло поднял руку, и к нему тут же подскочил человек. Выслушал указания и исчез, а через пару минут вернулся с большим пакетом. Внутри обнаружился термос с чаем и десяток маленьких пирожков с мясом. Яхта закончила разворот и двинулась на юг. Открылась горловина ведущего в глубь материка Золотого Рога, за ней виднелась подсвеченная прожекторами громада Айя-Софии.

Вскоре берег по правому борту резко свернул к западу, остался только слева, высокий, расцвеченный десятками огоньков. Когда их стало меньше, яхта двинулась к суше.

— Прибываем, — сказал Ласло, подойдя к гостям.

Берег выдвинулся навстречу темным языком причала. Яхта подошла к нему, и мотор стих, остался лишь шорох бурлящей под килем воды. Полетели через борт швартовы, со стуком опустился трап.