Война призраков [дилогия] - Казаков Дмитрий Львович - Страница 143

Пока назначали бригадиров и распределяли между ними подчиненных, Виктор думал о том, что долг велит ему просто забыть о Джоанне и продолжить выполнять задание.

Так поступил бы любой нормальный «призрак».

Проблема была в том, что Виктор не ощущал себя нормальным «призраком», спокойным и рациональным, как вычислительный центр. Какое-то неопределенное, но очень сильное чувство шептало, что он должен спасти девушку, пожертвовав для этого всем, даже долгом...

— Ты, Виктор, назначаешься в бригаду к Сагановски. — Обратившийся к нему Монро на мгновение прервал нить размышлений Зеленского.

Виктор кивнул.

«Если я ухитрюсь вытащить ее из лагеря, то останется один вариант — бегство, — думал он. — Через джунгли, до космопорта, а затем — на Землю. Хотя путь слишком долгий, нас десять раз могут перехватить...»

План выглядел безумным даже на взгляд «призрака».

Но Виктор понял, что постарается воплотить его в реальность, подставив под выстрелы собственную шкуру. С неприятным холодком в груди ощутил, что ему никогда не быть таким, как раньше, абсолютно расчетливым, гибким и беспощадным, безупречным во лжи и в битве.

И осознал, что в глубине души даже рад этому.

— Ну что, все всем понятно? — спросил полковник, обводя подчиненных испытующим взглядом. — Вот и отлично. Тогда завтра с семи утра приступаем!

Доставшаяся Виктору пила была настолько старой, что могла помнить еще первых колонистов. Во время работы она вибрировала, из недр пластиковой желтой коробки корпуса доносились лязгающие и хлюпающие звуки, так что казалось, что она сейчас лопнет.

Над толстым деревом, увитым ярко-зелеными гирляндами вьюнов и паразитов, он трудился почти час, а когда оно с треском и грохотом рухнуло, выключил пилу и вытер со лба пот.

— Отличная работа! — перекрывая визжащую неподалеку пилу Рашида, крикнул Сагановски. — Переходи к следующему!

Виктор кивнул и отправился искать еще одно дерево, соответствующее данному на утреннем инструктаже описанию: «с коричневой толстой корой и круглыми светлыми листьями».

На второе дерево наткнулся довольно скоро, с помощью мачете освободил его подножие от кустарника. Но не успел пустить в ход пилу, как завибрировал висящий на поясе коммуникатор.

— Перекур! — донесся из него голос Сагановски. — Двадцать минут отдыхаем!

Свободное время можно было провести, валяясь на травке, но Виктор не так далеко отошел от места, где остался бригадир, и решил отправиться к нему.

— Что, соскучился? — спросил расположившийся на поваленном бревне Сагановски. — Сигарету будешь?

Виктор с подозрением покосился на трубочку из плотной бумаги. Подергав ноздрями, уловил знакомый сладковатый аромат.

— Что, еще один сеанс поисков правды хочешь устроить?

— Хе, испугался! — Сагановски хмыкнул, ловко подпалил сигарету и затянулся. — Тут в основном табак, а дурмана совсем немножко. В такой концентрации он и не действует почти...

— Слушай, а как эту девицу разоблачили? — поинтересовался Виктор, подавив очередной зевок.

— Обыкновенно. — Сагановски выпустил струю дыма, по лицу его расплылось выражение блаженства. — Фиксатор-то все время данные собирает, он и показал, что какую-то часть времени ее мозг функционирует нормально... Смолянич что-то заподозрил, и ей устроили подставу — сообщили, что вылечат, и провели через фальшивое исцеление. Она и «выздоровела» как по заказу!

— Хитро, — сказал Виктор, покачав головой. — А дальше испытывали дурманом, как меня?

— Точно. Только ты вот крепковат оказался, а она нет — как ни сопротивлялась, все про себя рассказала...

Виктор подумал, что братья недооценили Джоанну. О том, что у нее есть напарник, находящийся тут, в лагере, девушка все же промолчала.

— А не сбежит? Двери-то в корпусах довольно хлипкие, — спросил Виктор.

И Сагановски, привыкший к изощренному обману, купился на этот нехитрый трюк.

— Кто же ее в корпусе будет держать? Она в экспериментальном блоке! В карцере!

— А, ну тогда я спокоен! — кивнул Виктор. — Слушай, а на кой черт мы валим эти проклятые деревья?

Резкая смена темы не смутила бригадира.

— Они очень хорошо горят, — объяснил он. — Даже пропитывать ничем не надо. Обложишь такими стволами жилой корпус, нажмешь сенсор на излучателе — и все, нет корпуса.

— Да, понятно.

Крохи отрывочных сведений, получаемых Виктором большей частью случайно, складывались в единую картину. Братья на Земле готовили множество новых рабочих мест, а те, кто оставался в лагере, собирались уничтожить «Острова Блаженных», сжечь дотла.

Почувствовавшее интерес к себе братство задумало ликвидировать самую уязвимую свою часть — лагерь — и целиком перебраться в метрополию.

— Так, время вышло, — сказал Сагановски, поднося к лицу коммуникатор. — Эй, все за дело!

Виктор поднялся и побрел в ту сторону, где высилось его дерево.

В барак вернулись только с наступлением темноты. Так как завтра предстоял еще один выход в лес, инструменты сдавать не стали, а свалили прямо у входа. Сил едва хватило на то, чтобы поесть и помыться.

Быстро заснувший Рашид похрапывал негромко, но очень своеобразно, как будто кто-то перекатывал булыжник по железной крыше.

Виктору спать тоже хотелось, но он понимал, что отдыхать в ближайшие сутки не придется. Поэтому Зеленский лежал и ждал, расслабив все мышцы, чтобы они накопили хоть чуть-чуть энергии.

Когда часы на стене показали два, он одним движением встал и, не особенно таясь, вышел в коридор. Дошел до туалета, провел там некоторое время, а вот вместо того чтобы двинуться обратно, свернул к выходу.

Стоящие у стенки мачете мрачно посверкивали в полумраке. Виктор взял одно, ладонь сомкнулась на шероховатой рукоятке.

Войдя в комнату, мгновение прислушивался к храпу Рашида, гоня прочь мысли о том, что этот человек ему в общем-то ничего не сделал и достаточно его просто оглушить.

А потом шагнул вперед и ударил. Храп затих, сменившись коротким бульканьем.

С этого момента Виктор двигался совершенно бесшумно. Вытащил из-под койки рюкзак, сунул в него тяжелые, предназначенные для джунглей ботинки Рашида и пару пластиковых накидок от дождя.

Мачете повесил на пояс, собственные ботинки, связанные шнурками, — на шею, после чего вышел в коридор. Прокрался на кухню, осторожно распахнул шкаф, где хранились консервы.

Краем слуха уловил донесшийся из коридора негромкий скрип. Тут же закрыл шкаф и сдвинулся в угол рядом с дверью.

Кто-то прошел по коридору до туалета, там зажурчало, послышался шум бегущей воды и тяжелый зевок. Хлопнула дверь, шаги протопали в обратном направлении, после чего скрип раздался еще раз — и все стихло.

Виктор вновь забрался в шкаф. Извлеченные оттуда пластиковые округлые банки с фасолью, рисом и мясом пихал в рюкзак до тех пор, пока не понял, что больше не поместится.

Повесил рюкзак на спину, несколько мгновений прислушивался к тому, что творится в бараке, и зашагал к двери. Тут прихватил еще одно мачете, повесил рядом с первым и вышел во мрак.

Только тут, на крыльце, обулся.

К лагерю шел через джунгли. Они дышали, скрипели и шелестели во тьме. С юга доносился ропот океана, из чащи — истошные вопли ночных зверей. Под ботинками хрустели сучки.

Открыв калитку, Виктор оказался на территории лагеря. Двигаясь с удвоенной осторожностью, обошел стороной экспериментальный блок и двинулся к крайнему с этой стороны жилому корпусу.

Несколько минут изучал его, не подходя близко. Удостоверившись, что все тихо, рывком подскочил к углу здания, опустился на пузо и быстро пополз под темными окнами туда, где из стеклянных дверей лился неяркий свет.