Война призраков [дилогия] - Казаков Дмитрий Львович - Страница 102

— Работал в администрации Южно-Африканской провинции. — Арнольд повесил пальто на вешалку и сел. — Старшим референтом.

— Тогда тебя и учить не надо, — хмыкнул Ник. — А то вот твой предшественник...

— А что с ним случилось?

— Пришел с другой работы и не выдержал ритма, — не очень охотно ответил Рамон. — Здоровья не хватило.

— Что за ритм такой? — спросил Арнольд.

— Сам понимаешь, что рабочий день у нас ненормированный, — вздохнул Рамон. — Приходим рано, а уйти можем и за полночь, это уж как господин президент заработается. Выходные бывают редко, и все время нервотрепка, суета, нехватка времени... Кроме того, сопровождаем президента во всех поездках, даже на другие планеты.

— Такое не только у вас, — кивнул Арнольд, включая вычислительный центр. На развернувшемся виртуальном экране появилась надпись «Введите пароль». — Так, тут защита?

— Имя свое введи, — посоветовал Ник. — И сразу окажешься в рабочей среде.

— Папку «Входящая корреспонденция» я тебе переслал, — добавил Рамон. — Это те письма, что пришли через Сеть. А еще есть те, что присылают с других планет, — он указал на стоящую около стола коробку, — заберешь у меня. С ними тоже заниматься тебе...

Виктор кивнул. Во время разговора он внимательно приглядывался к собеседникам, отмечал нюансы речи, мимики, даже дрожь ресниц и интонации, с которыми произносится то или иное слово.

Пытался вычислить, нет ли в этой комнате еще одного «призрака».

Прошедшие одинаковую подготовку агенты СЭС одного уровня непременно замечали друг друга, как бы хорошо ни вживался каждый из них в личность-маску. Чуть замедленная реакция на ту или иную ситуацию, преувеличенные или, наоборот, стертые эмоции, крохотные несоответствия в избранном образе — все это нельзя было скрыть от искушенного взгляда...

В том случае если уровни подготовки оказывались разными, менее умелый все равно отмечал, что не в состоянии читать глубинные, душевные переживания собеседника, и настораживался.

Но тут не было ни того ни другого. Ватерросу предстояло работать вместе с самыми обычными людьми.

Вздохнув, Арнольд набрал на клавиатуре свое полное имя. Вычислительный центр заглотил пароль — и на виртэке появилась заставка рабочей сети администрации президента.

Папка «Входящая корреспонденция» была ярко подсвечена.

Арнольд открыл ее и приступил к работе. Она не слишком отличалась от того, чем он занимался в Кейптауне, и поэтому особых трудностей уроженец Блумфонтейна не предвидел.

Выйдя из лифта, Арнольд привычным жестом вытащил из внутреннего кармана пропуск и идентификационную карточку, после чего сказал:

— Доброе утро!

— Доброе, — так же привычно отозвался охранник.

За спиной Арнольда послышалось негромкое звяканье, и он посторонился, пропуская столик на колесиках. Толкала его невысокая, стройная девушка в белой блузке и темной юбке службы сервиса.

Волосы ее были каштановыми, а глаза — зелеными.

На мгновение их глаза встретились, и девушка улыбнулась — чуть заметно, на мгновение изогнув уголки губ. Для обычного взгляда такая улыбка осталась бы незамеченной, но Виктор ее уловил.

И понял, что ему сказали: «Я тебя вижу». Так, чтобы этого больше никто не заметил.

— Что, шеф уже прибыл? — спросил Арнольд вполголоса, разглядывая уместившийся на столике кофейник, сахарницу, кувшинчик для молока, чашку и небольшую вазочку с печеньем.

— С час как. — Охранник проводил взглядом скрывшуюся за дверями президентского кабинета девушку и вздохнул: — Эх, какая задница... А ты проходи, все в порядке.

Понятное дело, что президент не пользовался общим лифтом и попадал в здание через особый вход. Но то, что он на месте, становилось заметно тут же — в приемной поднималась суета, а плотность курсирующих по коридору чиновников резко возрастала.

Арнольд зашел в комнату референтов, вяло удивился, что оказался первым. Усевшись на рабочее место, включил вычислительный центр и ознакомился с «Недельным расписанием».

Подобный документ составлялся лично Альфредссоном и утром понедельника рассылался всем сотрудникам администрации.

— Так, так, — бормотал Арнольд, узнавая, чем будет заниматься президент в ближайшие семь дней.

Особенно его заинтересовало первое января.

Мероприятий на этот день числилось не так много, зато в комментариях имелась запись «Дежурный референт — Анна Кассиди».

— Привет. — Через порог шагнул Рамон. Его теплый плащ блестел от влаги, а на воротнике остались нерастаявшие снежинки.

— Привет, — ответил Арнольд. — А кто такой «дежурный референт»?

— А, ты еще не знаешь? — Рамон повесил плащ на место и, встав к зеркалу, принялся причесываться. — Один из нас должен быть при президенте даже в дни общеземных праздников. Обычно все распределяется в порядке общей очереди. На Рождество дежурил я, первого будет Анна, а ты вроде записан на второе...

Арнольд перевел взгляд ниже. Рамон не ошибся — фамилия Ватеррос значилась в комментариях к пятнице.

Это означало проблему, которую так или иначе придется решать. Анна Кассиди — прекрасный референт, но в первый день нового года рядом с президентом лучше быть не ей, а Арнольду Ватерросу, под маской которого скрывается агент СЭС Виктор Зеленский.

За проведенные на десятом этаже президентского дворца шесть дней он заглянул во все его уголки, познакомился чуть ли не со всеми, включая неразговорчивых громил из службы безопасности, но так и не смог обнаружить предполагаемого противника.

Никто из работающих здесь людей, кроме него и Джоанны, не являлся «призраком».

Возможно, будущий убийца таился где-нибудь на нижних этажах, в одном из многочисленных департаментов и управлений. Но осматривать их все у Виктора не было ни времени, ни возможности.

Так что оставался единственный вариант — перехват непосредственно во время покушения. Рискованный, чреватый провалом, но, к сожалению, лишенный видимых альтернатив.

В коридоре простучали шаги — и в кабинет заглянул встрепанный Альфредссон.

— А, вы уже тут? — сказал он. — Отлично! Нужно срочно подготовить информационное письмо по поводу торгового обмена с колониями! Эти бараны вчера вечером заявили, что им предоставляют мало данных!

Под «баранами» подразумевались избранные народом депутаты, заседающие в Федеральном Собрании.

— Господин президент желает видеть проект через шестьдесят минут. — Глава администрации глянул на часы. — Уже через пятьдесят семь. Так что беритесь за дело!

— Арнольд, ты давай в Сеть за информацией, — сказал Рамон, — а я подготовлю шаблон...

Арнольд кивнул, а руки его привычно забегали по сенсорам. Начиналась обыкновенная лихорадочная активность, упорядоченная так же, как брачные игры носорогов.

В администрации президента ее почему-то именовали работой.

Альфредссон, наряженный в красный, сползающий на нос колпак, встряхнул бутылкой — и пробка с хлопком вылетела. Освобожденное шампанское тут же полезло наружу, щедро украшая стоящих рядом белой пеной.

— Ха-ха-ха! — громко веселился глава президентской администрации, не обращая внимания на то, что его костюм тоже оказался заляпан. — Подставляйте бокалы!

Золотистый напиток с шипением заполнял хрустальные фужеры, а на лицах держащих их людей красовались улыбки.

В зале, предназначенном для совещаний, сегодня собрались все сотрудники администрации, кроме разве что бдящих на посту охранников и работников службы безопасности.

Столы сдвинули вместе, заставили выпивкой и закуской.

— Ну проводим старый год! — выкрикнул Альфредссон, разом перекрыв неизбежный в большой компании гам. — Проводим его и вспомним только радости, которые он принес!