Жемчужина гарема - Мейсон Конни - Страница 79

Когда Марк наклонился и поцеловал зардевшуюся невесту, раздались приветственные возгласы, потому что это было не обычное стыдливое прикосновение к губам, а полновесный страстный поцелуй, который длился добрую минуту. Когда Марк неохотно оторвался от жены, настала очередь капитана, и тот смущенно запечатлел на щеке Кристы быстрый поцелуй. Аллен оказался не столь застенчивым и, покосившись на брата, воспользовался случаем и поцеловал ее в губы. Потом Марк и Криста возглавили торжественную процессию, направившуюся в салон, где уже был накрыт праздничный стол.

Только когда стемнело, новобрачным удалось уединиться в своей каюте. На протяжении всего ужина Марк проявлял к своей молодой жене почти неприличный интерес, что вызывало смешки и перешептывание. Поэтому никто не удивился, когда он внезапно встал, схватил Кристу за руку и, не вдаваясь в объяснения, увел ее за собой.

Оставшись наконец наедине с человеком, которого она любила и которого никогда не ожидала увидеть своим мужем, Криста вдруг почувствовала странное смущение. Она неловко теребила непослушными пальцами пуговицы на платье, пока Марк не пришел ей на помощь.

— Позволь я помогу тебе, любовь моя, — нежно проговорил он, отводя ее руки. — До Марселя я с радостью буду исполнять обязанности твоей горничной. Я так ждал этого дня, что не хочу тебя ни с кем делить.

Подчинившись его умелым рукам, лиф платья упал, и ее груди наполнили его ладони. Каюта освещалась лишь светильником, свисавшим с потолка, и лунным светом, который проникал сквозь высокие иллюминаторы, превращая волосы Кристы в живое серебро.

— Я люблю тебя, — прошептал Марк, и его теплое дыхание коснулось ее щеки. — Я полюбил тебя с той самой минуты, когда впервые увидел. Нет женщины, прекраснее тебя.

— Я тоже люблю тебя, — ответила Криста, чувствуя, как хорошо знакомая дрожь желания охватывает тело. В полутьме ее глаза казались огромными, темными, загадочными, манящими. — И буду любить, пока смерть не разлучит нас.

Медленно и нежно они раздевали друг друга, каждое прикосновение, каждая ласка волновала, будто это была их самая первая ночь. Он бережно пустил ее на постель.

— Я так хочу быть с тобой, что желание причиняет мне боль, — хрипло простонал он.

Его пальцы нашли бархат бедер и ощутили влагу, выступившую из ее лона. Она почувствовала, как они проникли внутрь, и каждое их движение порождало пылкий ответ ее тела. Он ласкал ее соски языком и губами, а ее бедра ощущали жар и твердость напряженной мужской плоти.

— Ты сводишь меня с ума, прекрасная сирена, — задыхаясь, проговорил Марк. — Ни одна женщина не может сравниться с тобой.

Их тела сплетались, они ласкали друг друга, пока не исчезло все, кроме пламени желания, которое разгоралось все ярче, ибо питалось чужой страстью.

Он приподнял бедра Кристы и одним точным движением заполнил ее собою, ощутил жар и трепет ее лона. Их соединение было недолгим и бурным, подобным грозе над морем. Он обладал ее телом с неистовством, диким восторгом, все нараставшим, пока наконец не прозвучал последний сокрушительный взрыв.

Потом они заснули, но лишь на короткое время, потому что неутолимая жажда обладания друг другом снова и снова соединяла их тела. И только когда солнце уже стояло высоко над горизонтом, голод выгнал их из смятой постели.

Несколько дней спустя к искренней радости Кристы капитан Эштон снова председательствовал на церемонии бракосочетания, причем свадьба была двойной — Ленора выходила замуж за Омара, а Элисса — за Аллена. До конца своей жизни капитан рассказывал за столом об этом удивительном плавании, которое так отличалось от обычных скучных рейсов между Лондоном и Марселем.

Замок в южной Франции, находившийся неподалеку от деревни Миарама, лежал всего в полусутках езды от Марселя. Пока Марк делал распоряжения в банке, чтобы расплатиться с капитаном Эштоном и запастись наличными деньгами, Аллен нанял карету для женщин, верховых лошадей для мужчин и повозку для багажа. Перед тем как покинуть Марсель, они посетили несколько лучших магазинов и приобрели новую одежду.

Едва они выехали из города, Кристу охватило сильное беспокойство. Она немного боялась встречи с родителями, поскольку собиралась представить им в качестве зятя совсем не того человека, которого они ожидали увидеть.

Когда они добрались до места, на замок уже упали сумерки. Волнения Кристы оказались напрасными — более горячего приема трудно было ожидать. Когда смолкли приветственные восклицания, Криста узнала, что болезнь матери отступает, благодаря умеренному климату южной Франции. Когда она со слезами на глазах целовала дочь, Криста заметила, что от болезни осталась лишь легкая слабость. Невысокая и хрупкая леди Хортон обладала сильным характером, который она передала дочери.

Когда Криста бросилась в объятия своего еще очень красивого отца, его лицо озарилось широкой улыбкой, смягчившей его строгие черты. Сэр Уэсли с величайшей нежностью относился к своей семье, и никто не знал это лучше Кристы. Он обнял дочь сильными руками и крепко прижал к себе.

Младшие брат и сестра Кристы не желали оставаться в стороне и усиленно требовали внимания к себе. Уилл, которому недавно исполнилось двенадцать, был долговязым подростком, который, казалось, состоял лишь из конечностей и углов. Обнимая любимую сестру, он не смог удержаться от радостного вопля. Восьмилетняя Кора с ее длинными белокурыми локонами и веселыми голубыми глазами была очень похожа на Кристу. Она приветствовала сестру несколько более сдержанно, хотя радовалась ничуть не меньше, чем Уилл.

Освободившись из объятий близких, Криста повернулась к своим спутникам, стоящим чуть поодаль, на которых ее родители взирали с вежливым ожиданием. Криста по очереди представила своих друзей, намеренно оставив Марка напоследок. Она взяла его за руку и торжественно произнесла:

— Матушка, отец, позвольте представить вам моего мужа герцога Мальборо.

— Твоего… твоего мужа! — удивленно воскликнул сэр Уэсли. — Как это может быть? А что произошло с Брайаном Кентом? Где он? Я думал, что ваш брак — дело решенное.

— О, Криста, — вторила ему леди Хортон. — Что ты наделала?

— Я ничего не наделала, кроме того, что вышла замуж за человека, которого люблю, — объяснила Криста. Взгляд, который она при этом бросила на Марка, был так красноречив, что сэр Уэсли и его жена лишь растерянно переглянулись.

Марк не мог не заметить, что сэр Уэсли не спешил признавать его, предпочитая не выносить суждения до тех пор, пока он не ознакомится более подробно с обстоятельствами этого поспешного брака. Рука, которую протянул Марк, была принята вежливо, но прохладно. Марк надеялся, что лед растает, когда Криста все объяснит по порядку.

— Вы должны узнать все подробности, и мы с Марком будем рады рассеять ваши сомнения, но потом, когда наши гости будут устроены.

Сэр Уэсли кивнул в знак согласия и, продолжая посматривать на Марка с явным сомнением, повел гостей по длинным коридорам огромного замка, построенного два столетия назад и окруженного лесистыми холмами и плодородными долинами.

— Криста, когда Брайан вернулся в Тунис после того, как тебя освободили, он намекал на то, что ты… что… э-э… пираты и Абдулла… — Леди Хортон беспомощно умолкла. Все наконец разошлись по своим комнатам, оставив Кристу и Марка наедине с супругами Хортон.

Криста уже объяснила, как она познакомилась с Марком, и рассказала обо всем, что случилось с ней за этот год.

— Брайан ошибался, мама, — мягко возразила она. — Меня никто не тронул… в этом смысле. Я уже говорила вам, что Марк — принц Ахмед, законный наследник покойного бея Константины. Я была нужна Абдулле только как орудие мести. Он хотел с моей помощью сделать страдания Ахмеда невыносимыми. — Она надеялась, что это сильно упрощенное объяснение все же удовлетворит ее родителей. — Я должна вам сказать кое-что еще. Я жду ребенка от Марка.

— Все это совершенно немыслимо, — не выдержал сэр Уэсли. — Мы с матерью старались воспитать тебя честной девушкой. А теперь ты сначала говоришь, что вышла замуж всего несколько дней назад на корабле, а потом объявляешь, что ждешь ребенка. Ты представляешь, что о тебе должны подумать? Неудивительно, что Брайан от тебя отказался. Ради бога, скажи, что на тебя нашло?