Сладостный плен (Мой раб, мой господин) - Мейсон Конни - Страница 59

– Не оглядывайся, – потребовал Зак, услышав, как Эбби рыдает от жалости и бессилия. Он старался не смотреть назад, он и так знал, что творится сейчас в лагере индейцев. Зак искренне благодарил Бога за то, что он дал ему возможность спасти Эбби.

Они почти добрались до леса, когда навстречу из-за деревьев показался всадник. Он направлялся прямо к ним. Эбби испуганно закричала:

– Зак! – но она могла и не предупреждать Зака, потому что тот и сам увидел военного. Они попытались направить лошадей в другую сторону, но было слишком поздно – всадник неумолимо приближался. Зак приготовился к отпору, но, было похоже, что кавалерист не собирается нападать на них. Молодой человек удивился, когда внезапно верховой окликнул:

– Капитан Мерсер! Эбби!

– Сержант Портер! – еще больше удивился Зак.

– Ради Бога, что вы здесь делаете, капитан? – расспрашивал Пит. – Лейтенант Прингл сообщил, что ты подал в отставку и ушел из армии. После того, как я точно узнал о намерениях Чивингтона, то понял, почему ты так поступил. Но я не ожидал, что могу встретить тебя здесь.

– Это слишком долгая история, Пит, – сказал Зак, нервно поглядывая через плечо сержанта. Интересно, есть ли с Портером кто-нибудь еще? Если да, то кто и где они прячутся? – Короче говоря, Эбби узнала о прибытии Чивингтона и уехала из форта, даже не известив меня. Она спешила предупредить Белого Орла. Я не мог оставить ее здесь, на растерзание вместе с другими, поэтому помчался следом. Я прибыл вовремя, мы успели предупредить Белого Орла. А почему ты отбился от полка, сержант?

Портер сердито взглянул на Зака.

– Если бы мне твою отвагу, то я бы отказался участвовать в этой бойне. Люди Чивингтона обезумели от ненависти к индейцам и вида крови. Когда последовал приказ уничтожать женщин и детей, то я не смог выполнить его. Пока другие насиловали невинных женщин и убивали младенцев, я сбежал. Спрятался в лесу. Уверен, что я не один такой. Запомни мои слова, капитан. Однажды наша страна узнает правду о том, что произошло на Песчаной реке. Не удивлюсь, когда начнется следствие и истина выплывет.

– Если мне представится такая возможность, то страна узнает об этом гораздо раньше, чем хотелось бы Чивингтону, – страстно сказала Эбби, дрожа от негодования.

Внезапно послышались приближающиеся крики и выстрелы. Это наемники догоняли уцелевших, безжалостно расправляясь с беглецами. По всей видимости, скоро они отправятся прочесывать ближайший лес.

– Уезжайте, – посоветовал Пит, – мчитесь отсюда, что есть мочи. Возвращайтесь в Форт Лион. Полк Чивингтона пробудет здесь несколько часов, прочесывая местность и завершая грязную работу. У вас достаточно времени, чтобы добраться до форта раньше. Никто не должен знать, что вы были здесь.

– Спасибо, Пит. Каждому бы такого друга, – поблагодарил Зак. – Если тебе понадобится моя помощь, только скажи.

Эбби еле удержалась в седле, когда Зак схватил поводья ее кобылы и помчался вперед, увлекая ее за собой. Они неслись, словно ветер, пока вдали не затихли звуки боя. Вскоре молодые люди убедились, что за ними нет погони.

Зак подумал, что им удалось так легко ускользнуть благодаря Питу. Он был доволен тем, что судьба подарила ему верного друга. Зак и Пит крепко сдружились, несмотря на разные воинские звания, возраст и общественное положение.

Наконец Зак решил дать лошадям передышку. Они остановились в тени возле горы. Лошади были мокрые от пота, с удил клочьями стекала пена.

Эбби спрыгнула на землю, опустилась на колени и закрыла лицо руками. Она все еще не могла прийти в себя от охватившего ее ужаса. Если ей предстоит прожить сто лет, она все равно не сможет до самой смерти забыть кровавую бойню на Песчаной реке, которую пришлось увидеть собственными глазами.

Раньше ей казалось, что расправа в Соломон Форк, когда погибла Серая Горлица, была ужасающим злодеянием. Но она не шла ни в какое сравнение с тем, что творилось на Песчаной реке.

Зак присел рядом с женой, крепко обнял ее и прижал к себе.

– Попытайся забыть обо всем, дорогая. Я хорошо понимаю, как ты сейчас страдаешь.

– Страдаю! Если бы я просто страдала, то была бы счастлива. Ты приехал вовремя, иначе Белый Орел и его люди лежали бы там мертвыми. Я пыталась убедить отца уехать ночью, но он решил, что у него в запасе еще есть время. Он надеялся, что Чивингтон остановится на ночевку и прибудет только к полудню.

– А что Черный Котел? Неужели Белый Орел не рассказал ему о том, что задумал Чивингтон?

– Отец предупредил Черного Котла, – горько сказала Эбби, – но он не поверил, он предпочел верить лживому договору с бледнолицыми. Ведь губернатор Эванс и майор Уинкуп заверили его, что на Песчаной реке индейцы будут в безопасности. У Черного Котла не было причин сомневаться в людях, которые подписали мирный договор.

– Почему же ты считаешь себя виноватой? – Зак все еще прижимал ее к себе, пытаясь успокоить и успокоиться сам. – Я содрогаюсь каждый раз, когда представляю, что мог потерять тебя, если бы не успел примчаться вовремя, – он сжал ее, словно хотел впитать прикосновения ее тела каждой клеточкой, потом поднял Эбби на ноги. – Нам пора ехать. Мы должны добраться до форта раньше кавалерии Чивингтона. Нам пора.

– Что? – возмутилась Эбби и взглянула на него с недоверием. – Ты считаешь, что я смогу вернуться в форт после всего, что произошло? Если я увижу Чивингтона или любого из его людей, кто принимал участие в сегодняшней бойне, я тотчас же воткну в него нож. Я хочу быть там, где Белый Орел. Однажды я побывала в Канзасе и знаю, где искать его стоянку. Когда я найду Белого Орла и Быстрого Ветра, мы снова станем жить одной семьей.

– А как же я? – резко спросил Зак. – Имеет ли для тебя хоть какое-нибудь значение то, что я люблю тебя? Ради того, чтобы ты доверяла мне, я бросил армию, рисковал жизнью, когда помчался на Песчаную реку.

– Ты любишь меня? – Эбби уставилась на него удивленными серебристыми глазами. – Ты действительно любишь меня?

Зак только кивнул, не в силах больше ничего говорить. Он недавно понял, как сильно любит ее. Стоило Эбби исчезнуть, как он осознал, что она – смысл его жизни, без нее все теряет значение.

– Неужели ты не понимаешь, я не умею жить в твоем мире? – в печальных глазах Эбби было столько страдания и муки, что у Зака сжалось сердце. – Тем более, после сегодняшних событий. Я никогда не прощу белым то, что увидела сегодня. Твоя любовь пришла шшком поздно, Зак.

– Я не собираюсь расставаться с тобой, Эбби. Неужели ты не понимаешь, что означает сегодняшняя расправа? Те, кто выжил, будут рассказывать о том, что им пришлось испытать. Как только равнинные племена узнают об этом, они выйдут на тропу войны. Война и кровавые стычки будут длиться годами. Но, тем не менее, они закончатся полным поражением индейцев. Неужели ты думаешь, что я позволю тебе умирать от голода? Или оставлю тебя на расправу людям, подобным полковнику? Нет, Эбби, ты останешься со мной, нравится тебе это или нет, сейчас не имеет значения. Я слишком люблю, чтобы позволить тебе уйти просто так.

Эбби пристально смотрела на Зака, удивляясь тому, что за столь короткое время успела сильно полюбить его. Но она очень боялась, что их любви не спасти брак. Она страшно возненавидела его, когда решила, что он отправился на операцию по истреблению индейцев. И едва не умерла от нахлынувшего на нее чувства любви, когда узнала, что он не подчинился приказу и оставил армию. Но сейчас ей казалось, что у нее больше нет сердца, ей его вырвали. Осталась только ненависть к белым людям и недоумение, отчего они так жестоки по отношению к беспомощному угнетенному народу. Должно случиться чудо, чтобы она смогла открыто любить и уважать белого человека, тем более в столь враждебном окружении.

– Нам пора, – снова напомнил Зак и помог Эбби сесть на лошадь. – Если мы будем ехать быстро, то успеем засветло добраться до форта. Клянусь тебе, любимая, мы там надолго не задержимся. Я увезу тебя в Денвер, пока буду готовиться к отъезду домой.