Сладостный плен (Мой раб, мой господин) - Мейсон Конни - Страница 39

– Н-нет, у Портеров все хорошо. В это время каждый день хожу на прогулку. Я даже предположить такого не могла. Меня никогда никто не трогал, даже не останавливал. Эти мужчины… Они хотели…

Наконец Зак понял, о чем толкует Эбби, он стиснул зубы, на щеках заходили желваки. Слегка отстранив ее, он распахнул дверь и вышел на улицу, пытаясь рассмотреть, куда направились испугавшие ее мужчины.

Зак яростно сжал кулаки. Если бы он поймал сейчас этих подонков, то разорвал бы их на части, а потом со скандалом выгнал из армии. О чем думают Портеры, разрешая Эбби бродить по форту ночью без сопровождения? Здесь полно людей, которые пошли в армию для того, чтобы избежать наказания за темные делишки. Тем мужчинам ничего не стоит напасть на Эбби, ведь она так доверчива.

Он зло выругался, увидев лежащее на земле пальто. Бесило то, что злодеи убежали безнаказанными. Вернувшись в дом, Зак захлопнул дверь и замкнул ее. Повесив пальто на спинку стула, он направился к Эбби, которая так и стояла, оцепенев, посередине комнаты, сконфуженная и растроенная.

– С тобой все в порядке, Эбби? Они не обидели тебя? – она молча покачала головой. – Сколько их было? Ты их сможешь узнать?

– Было темно, – тихо заговорила Эбби. – Я не смогла рассмотреть их лица.

– А их имена?

Эбби задумалась на несколько секунд.

– Не знаю. Они не называли друг друга по именам.

– Ты помнишь, о чем они говорили? – Зак зло выругался.

Эбби внимательно посмотрела на него, а затем кивнула. На ее лице теперь были страх, гнев, отвращение.

– Да, они разговаривали. Они обвинили меня в… они сказали, что я спала со многими мужчинами. Даже с тобой.

Она с негодованием посмотрела на него.

– Как они могли узнать, что я спала с тобой? Неужели так приятно болтать с мужчинами обо мне?

– О, Господи, Эбби, – Зак побледнел от возмущения. – Неужели ты считаешь, что я рассказал кому-то о том, что произошло между нами? У меня много недостатков, но я никогда ни с кем не говорю о женщинах, с которыми спал. Лучше успокойся и расскажи мне, что помнишь об этих мужчинах. Сколько их было?

Эбби все еще дрожала, она с ужасом представляла, что могло случиться. Конечно, они бы изнасиловали ее. Зак повел ее к плите, расположенной в середине комнаты. Он сел на стул и посадил Эбби к себе на колени.

– Их было т-трое, – заикаясь и стуча зубами, проговорила Эбби. – По именам они друг друга не называли, но я смогу узнать их голоса, если услышу снова.

– Что они точно говорили?

– Они хотели… затащить меня за конюшню… и… и…

– Я понял, – напряженно сказал Зак. Он крепко обнял девушку, желая отгородить от ужаса и защитить

178

от злодеев и дурных сплетен. – Этого больше не случится, обещаю.

Не обещай того, чего не сможешь выполнить, —

горько сказала Эбби. Она внимательно посмотрела ему в глаза. – Я хочу домой, Зак. Мне здесь очень плохо.

– Ты дома, Эбби. Неужели тебе плохо у Портеров? С тобой грубо обращаются?

– Портеры ни в чем не виноваты, – заявила Эбби, а про себя подумала: «Кроме Белинды». – Я никогда не смогу прижиться в обществе белых.

– Ты должна оставаться пока в форте, – настаивал Зак. – Мне не хочется говорить об этом, но назревает нечто очень плохое. Я точно еще не знаю что, но события связаны с полковником Чивингтоном и наемниками из Колорадо. Пока я не в курсе планов Чивингтона. Мне хотелось бы, чтобы ты осталась здесь. Ты будешь в безопасности. Именно этого и хотел Белый Орел.

– Ты считаешь, что Чивингтон задумал что-то плохое против моего народа? – резко спросила Эбби. – Белый Орел подписал мирный договор. Я не слышала ни об одном нападении чейенов с тех пор, как они поселились у Песчаной речки.

– Я понятия не имею, что означает присутствие Чивингтона в форте Лион, Эбби. Но я собираюсь выяснить это во что бы то ни стало.

– Я должна предупредить Белого Орла, – закричала Эбби, вскочив с колен Зака.

Он снова обнял ее, пытаясь удержать.

– Что ты ему скажешь? Никто из нас не знает точно о планах Чивингтона. Ты попусту взбаламутишь всех, и, может быть, станешь причиной беспорядков, если сейчас отправишься к Белому Орлу. Расслабься. Как только ты придешь в себя, я отведу тебя домой.

«Домой, – с горечью подумала Эбби. – У меня нет дома».

Она никому не нужна. Индейцы отказались от нее, а белые ее презирают.

– Я не хочу возвращаться к Портерам, – она говорила, еле сдерживая негодование.

– Боюсь, у тебя нет выбора, – Зак нервно сжал челюсти. – Я всего лишь человек, Эбби. Ты для меня чересчур сильное искушение. Когда ты так смотришь мне в глаза, то я ни о чем не могу думать. Мне хочется целовать твои сладкие губы, пока не добьюсь от тебя ответной страсти. Ты слишком возбуждаешь меня.

Она смотрела на него, не отрываясь, словно загипнотизированная ярко-голубыми глазами. Их губы были так близко, Эбби ощущала горячее дыхание Зака. Внезапно Эбби задрожала, Зак застонал, и подчинился своему желанию. Он наклонился и коснулся губами ее губ, они были сладкими, словно дикий мед. Зак обнял ее еще крепче.

Эбби чувствовала себя совершенно беспомощной, она прижималась к сильному мускулистому телу. Губы приоткрылись, поцелуи Зака лишали возможности сопротивляться. Ей так хотелось закрыть глаза, отдаться во власть его ласк, обхватить покрепче за шею, но Эбби сдерживалась изо всех сил. Так легко забыться в объятиях Зака. Его страстные, требовательные поцелуи заставят ее забыть обо всех неприятностях, останется только удивительное ощущение необыкновенного вкуса его губ, запаха его кожи, присутствие его плоти внутри нее. Все ощущения и чувства внезапно вспомнились ей, и Эбби поняла, что хочет еще раз испытать чувство близости с Заком. Зак слегка отстранился и заглянул ей в лицо, встревожившись оттого, что слишком легко теряет над собой контроль, как только начинает целовать Эбби. Она слишком возбуждала его, Зак немного испугался, что его так сильно влечет к этой женщине.

Две долгие недели он боролся с желанием увидеть ее и поговорить с ней. Запах ее тела щекотал ему ноздри. Он ощущал прикосновения обнаженного тела на своей коже, тело ломило от желания пробраться в ее бархатную колыбель. И вот она здесь, в его объятиях, именно там, где он мечтал о ней долгими темными ночами, ворочаясь и тоскуя один в холодной постели.

– Черт возьми, Эбби! – хрипло сказал Зак. – Ты совсем не понимаешь, что наделала, заявившись ко мне ночью. Я же не из камня слеплен. Неужели ты не чувствуешь, как сильно я хочу тебя? – он прижал ее ладонь

к возбужденной плоти.

У 180

Эбби изумленно посмотрела на него, когда ее пальцы коснулись горячей пульсирующей плоти. Зак сказал, что он сделан не из камня, но, похоже, его мужская часть, которой она касалась пальцами, была твердой, как камень. Эбби стыдливо отдернула руку и сжалась в комок, осознав, как глупо поступила, придя сюда.

– Зак, – его имя казалось ей сладким нектаром на языке.

Все чувства и ощущения Зака были обострены, он прижал Эбби к себе и снова поцеловал, успокаивая, не дав ей возможности запротестовать. Он знал, что она примется отговаривать его, но теперь это не имело никакого значения. Он не насиловал ее, все происходило между ними непроизвольно, вопреки здравому смыслу. Она отдавалась ему по доброй воле. Он не виноват, что она так внезапно ворвалась к нему в дом в поисках защиты.

Единственное, в чем он мог себя обвинить, так это в том, что произойдет дальше. Он понимал, что теперь не остановится. Он еще целовал Эбби, а руки уже расстегивали ее блузку. Потом он торопливо ласкал ее обнаженные груди, чувствуя как твердеют и наливаются соски. Он бессознательно отметил, что под платьем у Эбби нет корсета.

Эбби буквально задыхалась от нахлынувшего на нее удовольствия. Хотя пыталась молиться, чтобы он не делал этого. Но Зак продолжал ласкать ее, он снова и снова целовал ее груди, ласкал языком соски. Эбби подняла руки, чтобы оттолкнуть от себя Зака, но в тот момент, когда девушка прикоснулась к нему, она закричала. Жар и трепет его страсти передались ей. Чувственный крик Эбби убедил Зака в том, что она сдалась. Нескольких секунд было достаточно, чтобы сбросить с нее блузку и юбки. Подхватив Эбби на руки, Зак понес ее на узкую кровать.