Обещанный рай - Мейсон Конни - Страница 75

— То же самое сказал мне адвокат Джадда, и первое, что я сделаю, став наследницей Мартина, — это уволю Дюка. Ведь он едва не убил Кейна.

Бартоу удивленно поднял брови, и Гленне пришлось рассказать шерифу о давней истории, после которой Кейн долгое время считался погибшим.

— Дюк — весьма опасный человек, — веско заметил Бартоу. — Во многих отношениях он даже опаснее, чем Мартин.

— Я не потерплю возле себя такого человека, как он, — решительно заявила Гленна.

— Только не наделай глупостей, девочка, — предупредил ее шериф. — Ну а я во время вашего разговора буду рядом, посижу в баре «Подвязки» и, если что, сразу же приду тебе на выручку. Но помни: я больше не при должности, и потому держи себя с Дюком в рамках закона. И еще. Дюк не должен догадаться, что ты подозреваешь его в причастности к убийству Джадда.

До полудня было еще далеко, а Гленна уже вошла сквозь знакомые вращающиеся двери в «Красную Подвязку». В баре было тихо, лишь две или три местные девушки сидели за столиком, потягивая свой утренний кофе. Девушки были незнакомы Гленне, как не был знаком ей и новый бармен, стоявший за стойкой.

«Да, здесь многое изменилось», — подумала Гленна.

Ей было странно ощущать себя владелицей этого бара, и игорного зала, и комнат на втором этаже. Она вздохнула и окинула знакомые стены новым взглядом.

В ту же минуту в баре появился Дюк, спустившийся сверху. Их взгляды встретились, и в глазах Дюка Гленна увидела страх. Несколько секунд он стоял как вкопанный, но затем взял себя в руки и двинулся между столиками навстречу Гленне.

— Миссис Мартин, Гленна! Вот уж сюрприз! Я полагаю, вы уже знаете о смерти Джадда. Ужасная трагедия! Никогда не подумал бы, что Кейн Морган способен на такое. Правда, ревность творит с людьми странные вещи. — Он говорил, не останавливаясь и не сводя с Гленны пристального взгляда, но она спокойно перебила его.

— Смерть всегда ужасна, — заметила она и тут же спросила: — Ты знал о том, что Джадд в Филадельфии?

— Да, он рассказал мне о вас и о Моргане. Я как раз был вместе с ним, когда пришла телеграмма от той женщины. Всем другим он говорил, что вы уехали к своим родственникам, но я-то знал, что это не так. У Джадда от меня никогда не было секретов.

— Верю, — презрительно заметила Гленна. — Ведь вы с ним одного поля ягоды.

— Как это понимать? — нахмурился Дюк.

— Мы могли бы поговорить наедине? — спросила Гленна, и Дюк тут же ответил:

— Разумеется. Прошу в мой кабинет.

И он провел Гленну в комнату, которая когда-то была кабинетом Джадда. Указал жестом на кресло, но Гленна предпочла стоять. Она заговорила, глядя в лицо Дюка:

— Как тебе известно, я отныне являюсь наследницей всего достояния Джадда и владелицей этого дома в том числе.

Дюк осторожно кивнул, словно зная, что будет сказано дальше.

— Мне известно о том, что у Джадда не было родственников, да и вас, честно говоря, я не рассчитывал увидеть когда-нибудь в Денвере. Думал, что вы вышли замуж за Моргана, чтобы ваш ребенок был законнорожденным, и махнули рукой на наследство Джадда. А денег, как мне известно, и у Моргана хватает.

— Ты знаешь о том, что Кейна обвиняют в убийстве Джадда? Дюк помолчал, прокашлялся и осторожно ответил, словно говоря не только о Кейне, но и о себе:

— Ирония судьбы.

— Что? Что ты сказал? — воскликнула Гленна, которой в эту секунду стало совершенно очевидно, что Дюк причастен к убийству Мартина.

— Н-ничего, — запинаясь, ответил Дюк, чувствуя себя прижатым к стенке. — Просто хотел сказать, что не ждал такого от Кейна. Он оказался совсем не таким, каким я его себе представлял.

— Кейн не убивал Джадда, — сказала Гленна. — Он просто оказался в неподходящем месте в неподходящий момент, вот и все. Джадда убил кто-то другой.

— А Морган разве видел там кого-нибудь? Одних этих слов было достаточно для того, чтобы у Гленны исчезли последние сомнения относительно Дюка.

— Когда я говорю о том, что Кейн не убивал, я говорю правду, — повторила Гленна. Разумеется, она не собиралась рассказывать Дюку, что она сама видела на месте преступления Вилли Вильсона. Пусть Дюк ни о чем не подозревает.

— Странно, что вы бросили своего любимого в тюрьме и примчались сюда, — заметил Дюк.

— В Филадельфии делом Кейна занимаются его брат и адвокаты. Они уверены в том, что его скоро освободят, — не моргнув глазом, солгала она. — А я приехала в Денвер совсем ненадолго, лишь для того, чтобы вступить в права наследства. Я не скрываю, что всегда ненавидела Джадда, но теперь по крайней мере он сделал меня богатой вдовой.

— А как вы решили поступить с «Красной Подвязкой»? — поспешно спросил Дюк.

— Я еще не решила, но одно знаю наверняка: ты здесь не останешься, Дюк. Я никогда тебя не любила и никогда тебе не доверяла. А после того как ты ранил Кейна и оставил его умирать в лесу, я стала тебя ненавидеть.

— Что должны означать слова «Ты здесь не останешься»? — гневно спросил Дюк. — Я — управляющий «Красной Подвязкой»! Без меня здесь все рухнет. Джадд доверил мне это дело, почему бы вам не сделать то же самое?

— Я скорее продам этот дом, чем позволю тебе здесь остаться.

— И что вам не сиделось в своей Филадельфии? Право, вам не следовало возвращаться сюда. Будь все проклято! Ну хорошо, а что вы скажете, если я предложу вам продать «Подвязку» мне?

Гленна невольно оглянулась, проверяя, не заперта ли дверь и нет ли кого-нибудь у нее за спиной. Теперь она точно знала, что приобрела в лице Дюка опасного и сильного врага. Впрочем, это ни на шаг не приближало ее к главной цели — найти доказательства невиновности Кейна. Похоже, что со смертью Вилли все концы ушли в воду.

— Я всегда хотел быть владельцем «Красной Подвязки», — продолжал Дюк. — И не намеревался надолго задерживаться в лакеях у Джадда Мартина. Мне давно уже надоело быть простым охранником. Я заслужил большего. Джадд доверял мне, он знал, как я был ему предан.

— Джадда больше нет, и хозяйка здесь я, — жестко напомнила Гленна. — Я хочу, чтобы завтра до полудня ты убрался отсюда.

— Продайте мне «Подвязку», Гленна, — убеждал ее Дюк. — Для вас она ничего не значит, а для меня — все. Не бойтесь, у меня есть деньги, много денег.

— Завтра до полудня, — твердо повторила Гленна и направилась к двери.

— А где вы за такой короткий срок найдете нового управляющего? — крикнул ей вслед Дюк.

— Не твоя забота, — ответила она и обернулась возле двери, окинув его напоследок ненавидящим взглядом. — Да, кстати, я слышала, что с твоим другом Вилли случилась беда. Не знаешь случаем, кто его убил?

— Вилли никогда не был моим другом! — взвился Дюк. — Он был человеком Джадда.

— Могу поклясться, что я видела его в Филадельфии в ту ночь, когда убили Джадда, — неожиданно выпалила Гленна и ушла, оставив обескураженного Дюка в одиночестве в роскошном кабинете, который больше ему не принадлежал.

Спустившись в бар, Гленна облегченно вздохнула, увидев сидящего за столиком шерифа Бартоу. Он сдержал свое обещание и оказался рядом в опасную минуту.

«Что еще известно этой ведьме? — размышлял Дюк, расхаживая от стола к окну и обратно. — Хочется надеяться, что ничего. Джадд мертв, Вилли тоже, и вряд ли кому-нибудь придет в голову связать воедино эти два убийства».

При этом Дюк понимал, что дело с убийством Джадда еще далеко не закрыто. Не верил он и в то, что Гленна приехала в Денвер только затем, чтобы принять наследство Мартина.

«Рыжая ведьма! — подумал он. — Ну, погоди, я еще до тебя доберусь. Хочешь выкинуть меня из „Красной Подвязки“? Черта с два!»

На следующий день Гленна решила навестить Сэл. Было еще рано, и потому в «Домике Сэл» царила сонная тишина. Уставшие за ночь девушки досыпали в своих постелях. Бой-китайчонок провел Гленну в кабинет Сэл и отправился на поиски хозяйки. Прошло не менее пяти минут, как на пороге появилась Сэл — заспанная, с распущенными волосами, в наброшенном на плечи розовом халате.