Железный Шакал - Вудинг Крис - Страница 79

Понятно, куда бежали даки, — подумал бортинженер. Отступление было запланировано заранее. Они знали, что если на лагерь нападут, то лишь ради того, чтобы освободить заключенных или рабов. Поскольку в Гагрииск явились муртиане, цель нападения была ясна. План капитана даки вряд ли могли угадать, но к встрече основных сил неплохо подготовились. Если начать сражение, несомненно, погибнет значительная часть муртиан. Возможно, они выбьют даков с занятых позиций, и то без гарантии успеха.

Он принялся озираться по сторонам и вдруг приободрился.

Разве что…

Неподалеку оказались Эхри и Фэл. И Сило побежал к ним. Он петлял между домов и наконец добрался до Эхри.

— Мы не будет атаковать под огнем пулеметов, — сказала она.

— Но нам необходимо пробиться, — произнес Фэл.

Сквозь треск орудий и грохот разрывов в небе Сило услышал и другие звуки. Приглушенные расстоянием возбужденные крики. Голоса рабов. Они почувствовали, что у них появился шанс обрести свободу, и восстали.

Сило ощутил прилив яростной гордости. Муртиане — не такие, как даки, они не склонят головы и не согласятся стать безропотными рабами саммайцев. Уже столько их поколений живет в неволе, но они полны гнева и рвутся в бой. Иногда Сило размышлял о том, что нужно поискать более хитрый способ расправы над врагом. Ведь из-за упрямого, ожесточенного сопротивления чужой власти они так и останутся навеки под ярмом угнетателей. Но нет, сказал он себе. Первый же компромисс будет первым шагом к капитуляции. Его народ никогда не сдастся.

Он осмотрел площадь перед воротами. Там лежали мертвые даки и муртиане. Кровь медленно впитывалась в землю. Слишком много муртиан полегло, их и взрослыми-то не назовешь. И все они — на его совести, потому что именно он предложил напасть на Гагрииск.

Однако он ничего не чувствовал. Где же сокрушительная душевная тяжесть? После того как провалился его заговор против Аккада, он отказался от бремени командира. Он превратился в ведомого. Он боялся повторить прежние ошибки и стать виновником новой трагедии. Но сейчас он оказался здесь. Люди гибли, а он привел их сюда.

Он был бойцом. Так уж сложилось. Попытка скинуть с себя ответственность была жалким самообманом, вроде того, как курица прячет голову под крыло. Кстати, сколько народу он пристрелил, пока находился на службе у капитана? Немало. Даки угнетали его соплеменников, но ведь они тоже являлись рабами и просто выполняли приказы. Можно ли считать их невиновными? По его мнению — нет. И теперь он решился.

Ведущий или ведомый — нет никакой разницы. Люди живут и умирают. Если бы эти мальчишки не погибли сегодня по его вине, они, так или иначе, очень скоро нашли бы свою смерть. В конце концов, каждый отвечает только за себя.

«Ладно, — подумал он. — Либо говори, либо молчи. Одно из двух».

— У меня есть идея, — произнес он.

— Выкладывай, — потребовал Фэл.

Сило указал рукой на домишки, за которыми возвышалось зенитное орудие. Оно стояло на небольшом бугре.

— По-моему, пушка нам пригодится.

Эхри и Фэл переглянулись. Глаза Фэла сверкнули.

— Веди, дружище, — сказал он. — Мы — с тобой.

ГЛАВА 33

Закон больших чисел — Крайние меры — Джез теряет себя — Паника — Атаки не обходятся без жертв

Время бежало неумолимо.

Зрение Джез было намного лучше, чем у остальных, но свет фар бульдозера слепил и ее мешал сосредоточиться. Она выстрелила пару раз наугад, понимая, что это пустая трата времени и патронов. Даже определить местонахождение ламп было очень трудно. Прежде чем они смогут расколотить фары, машина успеет расплющить их в лепешку.

И никакой возможности проскочить! За бульдозером находились охранники, использовавшие механическую тушу как щит. Если они бросятся в атаку — их мгновенно перебьют. Даже если Бесс преградит путь громадине, та подомнет ее под себя, а даки перестреляют отряд вардийцев.

Джез обоняла пот своих спутников, пропитанный страхом. Им уже не выкрутиться. Не поможет ни дерзкий план, ни капля удачи. Сейчас у них не имелось никакого выбора, и ужас у них был самый неподдельный. Единственное исключение составлял Пинн. Он смеялся над смертью, поскольку у него просто не хватало ума понять, что дело-то серьезное.

Джез встала на цыпочки, прицелилась поверх горба Бесс и выстрелила. Опять без толку. Затем она быстро пригнулась — ответный огонь не заставил себя ждать.

Бесс оказалась практически неуязвима для малокалиберных винтовок даков, но недовольно стонала, когда в нее попадали. Крейк бормотал ей какие-то утешения и испуганно вскрикивал, если пуля пролетала слишком быстро к нему. То, что в него до сих пор не попали, было чудом.

Но бульдозер подползал, и неровная стена уже не могла служить надежным убежищем от невидимого противника.

Джез напрягалась. Вдруг ей в ноздри ударил резкий запах, прервавший ход мыслей. Она оглянулась и обнаружила, что Пинн сел на землю. В раненой руке он держал жестянку с прозрачным густым веществом, а другой, здоровой, окунал в банку патроны. Закончив, он закрыл жестянку и неловко сунул ее в карман, а потом принялся запихивать пули в барабан револьвера.

— Пинн?

— Огненная слизь! — заорал он, перекрыв грохот стрельбы и, захлопнув барабан, для вящего эффекта с треском провернул его.

— Что?

— Невероятная огненная слизь профессора Пинна! Неужели не помнишь?

— Но зачем?

— Огненные пули! — крикнул он.

— Но для чего?

Аррис пожал плечами.

— Пригодится. — Он выпрямился и прицелился. — Гляди!

— Подожди, Пинн, не надо!

Но она опоздала. Он выстрелил. Вспыхнувшая пуля, как трассер, пронзила мрак.

— Ха-ха! — триумфально крикнул пилот. — Получилось!

Джез молча указала на его револьвер. Из барабана вырывался огонь. Пинн взвизгнул и отбросил загоревшееся оружие в сторону. Оно отлетело на уступ скалы, качнулось и повернулось стволом к своему хозяину. Спустя долю секунды порох патрона взорвался, револьвер отдачей сбросило вниз, и он исчез.

Аррис посмотрел на свою перевязанную руку. Сквозь белые бинты сочилась кровь. Уродливое лицо пилота посерело. Прошедшая навылет пуля застряла в стене у него за спиной и продолжала гореть.

— Дерьмо, — проговорил он. — В то же самое место. — И потерял сознание.

— Док! — крикнул Харкинс.

— Знаю, — буркнул Малвери, старательно паливший из дробовика. — Мне сейчас недосуг возиться с нашим гениальным придурком.

— Ты предупреждал его, чтобы он случайно не подстрелил кого-нибудь, — заявила Ашуа Фрею. — Тебе нужно заняться прорицанием.

— Сработал закон больших чисел, — ответил Фрей.

— Похоже, это все-таки была не принципляция, — добавил Малвери.

Джез снова втиснулась в щель. Шутливая перебранка товарищей не обманывала ее — обычная дешевая бравада. Она чувствовала приближение паники. Дыхательная маска начала давить — как напоминание о тех днях, когда она еще дышала, — и она сорвала ее с лица. Как спастись? Она — наполовину ман. Ну и что? Если пуля пробьет ей череп, станет мертвой по-настоящему.

Маны…

Она осознала, что слышит их.

Джез зажмурилась. Физически они здесь отсутствовали. Их завывания являлись лишь фантомным эхом где-то на самой границе сознания. Но они пребывали в явном волнении и расстройстве. Маны чувствовали ее тревогу и разделяли ее. В последнее время они не появлялись, уважая ее решение не присоединяться к ним, но сейчас не удержались. Как мать, неспособная равнодушно внимать плачу своего ребенка, они потянулись к Джез. Они сочувствовали ей и горько сожалели о том, что не могут оказать ей реальную помощь.

Почему я не захотела стать одной из них? В чем же была причина? Она подзабыла. В их любви, в призыве их многоликого единства ощущалась грубая наивность. Они обладали умом и были людьми, но демон, обитавший в них, превращал их в первобытных существ. Наподобие животных.