Sindroma unicuma. Finalizi (СИ) - Хол Блэки - Страница 74

      Поскольку консультацию по матмоделированию вис-процессов мы пропустили, решено было поступить так: Мэл отправится на лабораторный практикум по снадобьеварению, отработанный мной ранее, а я потрачу время, бегая между стеллажей в архиве. Потом парень планировал отвезти меня в банк.

      Привычную и невзрачную одежду - свитер со штанами - освежили ажурные сапожки на каблуках. Вива оказалась права: в удобной обуви ноги не уставали, и походка была уверенной, как у без пяти минут модели.

      Печалившаяся полосатая шубка вызвала у меня приступ жалости к потраченным деньгам и к запорченному меху. Неужели продавец обманул, сказав, что модель с улучшениями? При случае спрошу у стилистки, можно ли восстановить былую красоту. Я бы и у Аффы поинтересовалась, но теперь уж и не знала, стоило ли заводить разговор с девушкой. Она дала ясно понять, что не желает общаться.

      Помимо испачканной шубки встал вопрос о макияже. По сравнению со мной вчерашней сегодня в зеркале отражалось бледное невыразительное существо, и даже помада Вивы не спасала положение. Осознав, что при желании из меня можно сделать сногсшибательную красотку, я испытала острое недовольство теперешней внешностью. Следовало срочно устранять проблему, но декоративной косметики у меня не было. Бегать каждый раз к Виве неудобно, к тому же она сейчас наверняка в институте. Чтобы быть красивой в любое время суток и не зависеть от различных обстоятельств, мне пришло в голову попросить девицу об участии в покупке разных женских штучек и о консультации по макияжу.

      Собираясь в институт, я заодно подсунула Мэлу старую сумку, чтобы он определил неисправность и сказал, стоит ли отдавать ее в починку или не жалеть и выбросить на помойку. Парень поводил бегунком туда-сюда, заглянул внутрь, повертел со всех сторон, покусал губы в задумчивости и вынес заключение:

      - Здесь навязали наузы*. Топорно и небрежно, потому что спешили. Отложи в дальний угол, и может быть, через месяц или два они расползутся. А лучше выброси. Сумка исчерпала себя.

      Что верно, то верно. Улучшения давно стерлись, и каждый килограмм складываемых вещей, похоже, теперь утраивался. Таким образом, судьбинушка сумки, послужившей мне верой и правдой с интернатских времен, была предрешена. Хватит держаться за прошлое, нужно смело глядеть в будущее.

      - И кто же тебя так любит, а, Папена? - прищурился Мэл. - Можно сказать, уделяет особое внимание.

      Я успела приметить, что когда он называл меня по фамилии, это означало очередную обвиняющую вспышку ревности, только не поняла, при чем здесь подлое покушение на старую сумку.

      - Тоже хотелось бы знать. И главное - за что "меня любят".

      - Иди сюда, - притянул меня Мэл, устраиваясь на кровати, и когда я села к нему на колени, сказал: - Запомни, услышу что-нибудь на тему "меня любят" - сразу оторву башку тому любителю. Понятно выразился?

      - Я же сказала с противоположным смыслом! - возмутилась его ультиматумом.

      - В любом смысле. Разбираться не буду.

      Временами моего парня чересчур заносит. А ведь может быть человеком, когда хочет, - вспомнилось его мирное согласие о разговоре с горнистом. Кстати, Мэл не задал ни одного вопроса о встрече на чердаке, и это удивляло. Или ему была неинтересна суть беседы с Агнаилом, или он не рассчитывал, что я поделюсь информацией - личной и сокровенной, и поэтому не лез, докучая.

      - Вот и помоги найти того, кто посылает "подарочки", - разозлилась я. Угрожать мы все горазды. - Ой, то есть помоги разоблачить того, кто строит козни, - исправилась, заметив красноречивый взгляд Мэла.

      - Козни строит баб... Здесь чувствуется женская рука. Это месть или предупреждение. Как думаешь, за что?

      Вот и говори прямо, к чему юлить? Без сомнений, поклонницы профессора не дают мне житья и покоя, наплевав на то, что их кумир несвободен. И ведь Мэл давно догадался о причине злопыхательств, но хочет получить ответ из моих уст.

      - Замок клеем залили - раз, сумку вывели из строя - два... - размышлял Мэл. - Что еще?

      - Crucis* запустили в волосы, - поведала с неохотой.

      - Значит, поэтому постриглась, а не из-за жевательной резинки?

      Я промолчала и в глазах Мэла прочитала упрек: "Ты, Папена, соткана из лжишки, лжи и лжищи, и любое твое слово нужно перепроверять на сто раз". Не признаю обвинение! - вскинула голову. В ту пору мы были никем друг для друга, поэтому я была вольна недоговаривать и врать напропалую.

      - Значит, crucis* - это три, - посчитал парень. - Еще?

      - Возможно... В субботу у пакета оторвались ручки. Прочный, между прочим, был пакет. Рассчитанный на двадцать килограмм продуктов.

      - Это четыре, - продолжил считать Мэл. - Наверняка были и другие попытки, но ты их не заметила. Тебе что-нибудь дарили?

      - Нет. Разве что внутренники сделали плафончик... ну, и портрет нарисовали, - показала я на подоконник, на котором лежал свернутый бумажный рулончик. - Еще перед приемом Петя дал цветы, но я их забыла в торжественном зале. - При этих словах Мэл скривился. - Особо и дарить-то некому.

      - Теперь понимаешь, что тебя нельзя оставлять одну? "Доброжелатель" устроит очередную гадость, а ты не увидишь.

      Я надулась на его слова. Сказал бы напрямик, что слепошарая, и не нужно изображать воспитанность. Хотя парень прав. Из-за того, что не вижу волн, могу спалиться на любой мелочи.

      - Ты говорила, что немножко подумаешь о переезде, - напомнил Мэл, надевая пуловер. - И "немножко" закончилось секунду назад.

      - Кто сказал?

      - Я. Разве ты не слышала, как оно закончилось? - удивился он искренне, чем вызвал у меня хихик.

      - И как же? - спросила, подойдя к нему и обняв.

      - Лопнуло как воздушный шарик. Говори! - потребовал Мэл, обнимая в ответ.

      В голове снова пронеслись расписанные Мэлом ужасы, ожидавшие меня в институте и вне его стен, а также слова Аффы, не постеснявшейся назвать некоторые вещи своими именами. Вдобавок напугало предположение парня о новых "покушениях". Кто знает, какие пакости придумают фанатки профессора?

      - Хорошо. Давай попробуем. Я переночую у тебя сегодня, а там поглядим.

      - Отлично! - просиял Мэл и закрепил согласие поцелуем. Сладко и туманит голову, но опять придется подкрашивать губы.

      К дальновидной стилистке улетело мысленное спасибо за аренду тюбика, отражение в зеркале кивнуло мне в последний раз, и мы отправились в институт - Мэл и я. Шли и обнимались, потому что теперь вместе, а у меня тряслись поджилки, и дрожал голос.