Sindroma unicuma. Finalizi (СИ) - Хол Блэки - Страница 66

      - Не хочу в ваши круги. Высоко и падать больно, - проворчала недовольно. - Хочу пониже.

      - Теперь уже никак, Эва. Случившееся не изменить.

      Просто замечательно. Меня забросило рикошетом в высшую лигу, но счастья по этому поводу почему-то не испытываю. Сплошные осложнения и покрытое мраком неизвестности будущее. Кто говорил, что оно предсказано? Дурацкое око. Нужно показывать не малопонятные картинки, а выдать на каждый день подробную инструкцию по выживанию врунов, притворяющихся висоратами.

      Я высунула руку в свет коридора. Гномик на часах показывал десять минут до восьми.

      - Мне пора на чердак.

      - Я провожу, но через холл не пойдем.

      - Почему? Все уже ушли.

      - Все, да не все. Те, кому нужно, видели, что ты не забирала одежду из раздевалки. Слышишь?

      Я прислушалась. На верхних этажах институт вымер, зато снизу доносились голоса, указывавшие на то, что народ не спешил покидать первый этаж.

      Чем дальше в лес, тем больше дров. Получается, теперь мне придется ходить по институту с оглядкой и шарахаться от каждого студента. Безрадостный вывод. Что делать? Перевестись в лицей для девиц из высшего общества - туда, где учатся Баста, Снегурочка и некая Ляля, о которой упоминала девчонка с цертамы*?

      Ни за что. Лучше обрубить, обрезать - и концы в воду.

      И снова побег из столицы показался мне наиболее удачным решением накопившихся проблем, похожих на гнойник, готовый лопнуть в любое мгновение.

      - Скажи спасибо спортсмену за приглашение на прием, - сказал Мэл, видимо, почувствовав мое смятение. - Может, переедешь ко мне? Получится гораздо спокойнее для нас обоих. Ты будешь рядом, и я перестану бояться за тебя.

      Переехать к нему. В свете новых обстоятельств его предложение казалось уже не таким диким, как днем. Мой дом - моя крепость, точнее, это крепость Мэла. У него надежно, внизу Архип за стойкой, в доме живут приличные люди. Мэл защитит - в институте и по пути домой. За ним как за каменной стеной, - прижалась к нему сильнее.

      - Ну, как? Поедем? - спросил он с паузой, словно прощупывал мое настроение. - Давай хотя бы попробуем.

      - Я подумаю. Немножко подумаю и скажу, ладно?

      - Немножко - это сколько? - поинтересовался Мэл со смешком.

      - Ну... это меньше, чем немного, но больше, чем немножечко, - пояснила, вызвав смех парня. - Но мне все равно надо в раздевалку. Без куртки околею.

      - Наденешь мою, - сказал он. - Пошли.

      Мэл провел меня по запутанным коридорам и переходам, ни разу не заблудившись, и вскоре мы вышли к чердаку. Я надела куртку, оказавшуюся чуть выше колена, и руки утонули в рукавах.

      Мэл закинул мне на плечо сумку и помог взобраться по ступенькам, поддержав снизу.

      - Не забудь позвонить, - напомнил, легонько шлепнув по пятой точке, и удалился.

      Кто бы сомневался? Неизвестным А. оказался тот самый Агнаил, возлюбленный завхозши из подвальных катакомб, с которым я столкнулась во второй день пребывания в институте.

      Горнист стоял рядом с раскрытым чердачным окном, не боясь застудиться и заболеть. Свет уличного фонаря проникал через распахнутые створки и падал неровным прямоугольником на угол и часть стены, к которой прислонился парень.

      Отодвинув парочку поломанных стульев, я разместилась напротив Агнаила, скопировав его позу.

      - Здравствуйте.

      - Здравствуйте, - улыбнулся юноша. - Отсюда неплохой вид, - кивнул он на окно.

      - Как мазь? Помогает?

      - Спасибо. Очень выручает. И за фрукты большое спасибо.

      - Не за что. Мне было не трудно. Спасибо за рисунок.

      - Не за что. Рад, что понравилось.

      Протокол был соблюден, мы замолчали. Агнаил смотрел на меня, а я - на него. Язык прирос к нёбу, нужные фразы, заготовленные заранее, выветрились из головы.

      Время идет, а у меня не получается и слова выдавить, - отругала себя за нерешительность и прокашлялась, пытаясь сгладить неловкость.

      - Я ищу одного человека... Очень хорошую знакомую... Это женщина... Лет сорока или больше, но не старше пятидесяти... - начала объяснять, спотыкаясь на каждом предложении, но постепенно дело пошло на лад. Агнаил слушал с вежливым интересом. - Она живет на побережье. - Белесые брови горниста поднялись домиком и тут же вернулись обратно. - Может, вы знакомы с ней?

      - Как ее зовут?

      - Имени не знаю. А фамилия... Папена. Ударение на "е".

      Агнаил задумался, переведя взгляд к окну.

      - Простите. Фамилия мне незнакома. Есть какие-нибудь отличительные приметы? Родинки, шрамы, родимые пятна?

      Какие могут быть приметы, когда я не могу вспомнить лица?

      - Она носила брошку на шнурке! А на брошке был узор из веточек ольхи.

      Агнаил посмотрел на меня, но ничего не сказал. И не скажет, потому что я висоратка, пусть добренькая и подкармливающая несчастных горнистов подачками. Потенциальный враг.

      Наконец, юноша покачал отрицательно головой:

      - Простите, если не смог помочь.

      От расстройства на глаза навернулись слезы. В моих мечтах разговор заканчивался радужно: Агнаил говорил адрес мамы и более того, сообщал доверительно, что их дома находятся по соседству, и что они ходят друг к другу в гости по выходным.

      - Как же так? Я думала...

      - На побережье проживают более пятнадцати тысяч человек, - пояснил горнист. - Это ссыльные, их дети и внуки, а также те, кто попадает туда за совершенные преступления. Спросите меня о южной оконечности побережья, и я отвечу на любой вопрос, но о женщине с фамилией Папена не могу ничего сказать. - Юноша снова покачал головой. - Спрошу у остальных, и если кто-нибудь знает о ней, сообщу.

      - Спасибо!

      - За что? - улыбнулся он. - Это всё?

      - Нет! - воскликнула, не сдержавшись. - Если вы вернетесь обратно... Пожалуйста, найдите её! Передайте, что тот, кого она ждет, обязательно приедет. Пусть она дождется!

      - Хорошо, - кивнул Агнаил, и я поверила ему.

      - А можно передать ей что-нибудь?