Мир Гаора (СИ) - Зубачева Татьяна Николаевна - Страница 320

   - Кто?!

   Фрегор в полурасстёгнутой белой рубашке и спущенном галстуке выскочил в гостиную и застыл, изумлённо уставившись на Гаора.

   "Готов, допился", - на мгновение даже с сожалением подумал Гаор, вытягиваясь в струнку и гаркая:

   - Рыжий здесь, хозяин!

   - Аа, это ты, - Фрегор, успокаиваясь, потёр себе лоб. - Это хорошо, что ты пришёл.

   "Я мог не прийти?" - безмолвно удивился Гаор, с каменной мордой ожидая следующих приказаний.

   - Я не думал, что будет столько проблем, - доверительно пожаловался ему Фрегор, - прямо голова кругом пошла.

   "А она у тебя есть?" - продолжил мысленный диалог Гаор.

   - Иди сюда, Рыжий, поможешь мне.

   - Да, хозяин.

   Понимая, что вместо выезда предстоит возня с бумагами, Гаор и успокоился, и слегка разозлился: ночной отдых явно накрывался медным тазом, но и в бумагах психа может вполне обнаружиться кое-что интересное и стоящее. Так-то по-другому ему до его бумаг не добраться.

   Смысл и назначение явно вырванных из каких-то приходно-расходных книг листков Гаор понял не сразу. Их надо было разобрать по датам. Чем Фрегор и велел ему заняться, отправившись выпить и закусить. Где-то в конце второго десятка листков Гаор наконец сообразил. Это была... скажем так, рабская сторона генеалогического древа Ардинайлов. Кто из рабов от кого из свободных рождён. Где-то имена, где-то клички... часто встречалась пометка "утилизирован". Это какую ж пакость задумал псих? Но пакость столь же явно готовилась кому-то из родичей, а не рабам, им и так погано, так что...

   Гаор добросовестно разбирал, раскладывая по годам, месяцам и датам - если они были указаны - пожелтевшие листки. Большинство имён ему были незнакомы, а клички... он ещё раньше убедился, что клички, в общем-то, повторяются, а многие просто одинаковые, только на разных языках. Скажем, у Сторрама была Белена, а в Дамхаре Белёна, а ещё он слышал Белёна уже по-нашенски. И как дуггуры зовут склавинскую речь болботаньем, так для склавинов дуггурская речь карканье, да, воронье карканье, а что, стоп, болботанье почти бульканье, даже в сказках речь как реченька журчит, а дуггурская речь... трещит - вот, правильно! - как треск костра. Вода и Огонь, даже в речи. Дуггуры черноволосые, черноглазые, глаза как угли, а склавины светловолосы как... длинные мягкие светлые волосы, как водяные струи, кудрявые... как водовороты... глаза голубые, как вода весенняя... два народа, народ Воды и народ Огня... Это же... чёрт, на этом такое можно построить!

   Но под эти мысли и размышления работу он не прервал и не спутал.

   - Сделал? - влетел в кабинет, утирая губы, Фрегор.

   - Одна пачка осталась, хозяин.

   - Какой год? Ладно, брось, эти уже издохли.

   Гаор невольно нахмурился, но Фрегор этого не заметил, усаживаясь за стол и разворачивая большой лист таблицы.

   - Будешь мне подавать по годам, а отработанное подошьёшь обратно, - Фрегор кивком указал на сваленные в углу книги.

   И началась работа. Бумажная, муторная, но... Фрегор мгновенно стал въедливым и внимательным, и думать о чём-либо Гаору стало некогда. Листы за один год оказывались из разных книг, а номера книг совершенно не совпадали с датами. Каждую раскрыть, расшить, найти нужное место, вложить... Для скорости он разложил их по номерам прямо на полу и, получив от хозяина очередную отработанную пачку и подав следующую, начинал раскладку. Фрегор словно не обратил внимания на его "рационализацию производственного процесса", но Гаор уже знал, что в работе у хозяина все психи проходят и шило только по делу шевелится, так что его молчание вполне можно было расценить если не как одобрение, то как разрешение - точно.

   Листки закончились под утро. Фрегор откинулся на спинку своего рабочего кресла и сладко потянулся.

   - Ах-гха-а, - зевнул он с гортанным придыханием. - Неужели разгребли?! Ты веришь, Рыжий?

   Гаор неопределённо хмыкнул. У него воспалённо горели глаза, под веки словно песку насыпали, но... ох, лишь бы психу не пришло в голову куда-то ехать, после такой ночи надо не меньше суток отсыпаться.

   - Ну вот, Рыжий, - Фрегор говорил тихо и задумчиво. - Это я сделал. Интересная, конечно, картина. Если взяться с умом, то тут вполне можно под пожизненное и даже с конфискацией подвести. Укрытие от налогов в особо крупных размерах. Но... но мне это надо? Я о конфискации, Рыжий, это, во-первых. А во-вторых... королевская милость, указ от всеми забытого года, но ведь он не отменён. И новые законы милостей не отменяют. Упорядочивание... или упорядочение... Как правильно, Рыжий?

   - Упорядочение, хозяин, - невольно усмехнулся Гаор.

   Когда-то Туал очень ядовито и прилюдно вздрючил его за подобную ошибку, и он добросовестно взялся за словари.

   - Верно, упорядочение, - кивнул Фрегор. - Порядок и субординация. Вот основа нашей цивилизации, Рыжий. Так что делать, если ты под дураком оказался, а? Встать над ним, Рыжий, и тем восстановить справедливость. Ибо... да к чёрту, Рыжий. Никогда не бей сразу по главной цели, Рыжий, очисть поле, чтобы цель, - Фрегор хихикнул, - чтобы она голенькой была, чтоб её не заслоняли. А то промахнёшься ненароком. А второго выстрела тебе не дадут, Рыжий. Верно?

   - Да, хозяин, - не стал спорить Гаор.

   В общем-то, определённый резон в словах Фрегора был. Дурак врёт, врёт, да правду и соврёт - говорят в посёлках. Но лучше бы вместо рассуждений на отдых отпустили.

   Фрегор ещё раз потянулся, решительно оттолкнулся от кресла и встал.

   - Так, Рыжий...

   Гаор насторожился. Но Фрегор был уже собран и деловит, будто... будто всё продумал заранее.

   - Сегодня я обойдусь без тебя. Отоспись, подготовь "коробочку", возьми себе паёк на сутки и смену белья. И большой спарринг пройди, я скажу Раргу, чтобы жёсткую работу тебе дал. Можешь увечить, я разрешаю. Понял?

   - Да, хозяин, - настороженно ответил Гаор.

   - Выезжаем завтра в пять ровно.

   - Да, хозяин, - Гаор чётко повторил распоряжение в порядке выполнения.

   - Правильно, - кивнул Фрегор, - хвалю.

   - Спасибо, хозяин, - машинально выдал Гаор положенную формулу.

   - Всё, ступай.

   - Да, хозяин.

   Гаор сделал чёткий разворот кругом и, печатая шаг, вышел из кабинета.

   В гостиной Драбант и Третьяк, убирая следы ночного бдения, быстро и молча кивнули ему. Он ответил таким же кивком.

   На лестницах и в коридорах второй половины уже вовсю бегали и суетились лакеи, горничные и прочая господская обслуга. Гаор понял, что пропустил завтрак, и досадливо выругался, сбегая вниз. Вот непруха! Ладно, хоть выспится до обеда. А там... периода ему на "коробочку" хватит. Но выезд в пять, паёк на сутки и смена белья... это что же за пакость готовится?

   В спальне его встретил Вьюнок, схватил его рубашку, бельё и носки и убежал. Гаор надел расхожее и пошёл в душ. Бумага лёгкая, а спина мокрая. Когда он вернулся в спальню, Вьюнок ждал его, сидя на кровати, а на тумбочке стояла тарелка с двумя, но вполне приличными бутербродами и кружка с еле тёплым, но сладким чаем. Уже зная здешние порядки, Гаор молча всё съел, выпил и лёг, предоставив Вьюнку управляться с посудой.

   Спал он без снов, совершенно не предчувствуя, что его ожидает.

   А потом... как колесо с горы покатилось. В обед его попытался прижать Мажордом.

   - Что за бумаги ты смотрел?

   - Хозяин не велел рассказывать, - ответил Гаор.

   Мажордом задумчиво пожевал губами.

   - Велел не рассказывать?

   Гаор невольно оценил его сообразительность - в самом деле, нюанс весьма интересный - и повторил, слегка изменив формулировку:

   - Приказа рассказывать не было.

   - А без приказа ты не можешь?! - взвизгнул Мажордом.

   - Я человек военный, - придурочно вздохнул Гаор. - Без приказа в атаку не хожу и побед не одерживаю.