Мир Гаора (СИ) - Зубачева Татьяна Николаевна - Страница 316

   - А ещё Медицина тебе велела к ней зайти. А я Вьюнок, меня тебе служить приставили, потому как ты хоть и купленный, а личный, и тебе прислуга и услада положена.

   Прислуга, услада... Гаор перевёл дыхание, чтобы не сорваться на безвинного, если по большому счёту, мальца, и сказал:

   - К Медицине я после Старшей зайду. Спасибо, что сказал, а в остальном брысь и чтоб я тебя не видел. Я не безрукий и ни прислуга, ни услада твоя мне на хрен не нужны. Понял?

   - Ага, - кивнул Вьюнок. - А что постирать ты мне дашь, или я сам из шкафа возьму?

   - Сгинь! - рявкнул Гаор так, что вздрогнули соседи по спальне, вроде бы занятые своими делами, а Вьюнок вылетел в коридор.

   Гаор выругался ему вслед длинным капральским загибом, переобулся и побежал в столовую. Раз Старшая по кухне зовёт, то опаздывать никак нельзя.

   Дверь столовой была закрыта, и Гаор аккуратно постучал. Одна из девчонок-подавальщиц приоткрыла дверь и впустила его. Оказалось, надо проверить и наладить большую электропечь. Почему позвали его, а не кого-то из электриков, которых в "Орлином Гнезде" была большая бригада и парни всё толковые и знающие, Гаор понял, только обнаружив рядом с собой тарелку с бутербродами и кружку с горячим сладким чаем, которые ему незаметно подставили под левую руку, чтобы он мог есть и работать одновременно. Поломка была пустяковой. У него даже зашевелилась мысль, что её нарочно сделали, чтобы покормить его в обход и нарушение всех правил. Закончив работу и опустошив тарелку и кружку, Гаор громко сказал, что всё в порядке.

   - Иди отдыхай, - кивнула ему Старшая.

   Гаор молча поклонился ей и вышел.

   Теперь в амбулаторию. Стукнув костяшками пальцев по косяку двери, Гаор вошёл. Первушка в своём неизменном белом подкрахмаленном халате кивнула ему.

   - Вернулся, значит. Давай, раздевайся, посмотрю тебя.

   - И что думаешь найти? - спросил Гаор, складывая рубашку на табурет.

   - Всё снимай. А найти... - она пренебрежительно повела плечом, - ты в аренде был, мог и вшей, и чесотку подцепить. Да мало что. Это у нас за порядком следят, а там-то... мылся часто?

   - Каждый вечер, - честно ответил Гаор, твёрдо держась версии, что обе недели провёл в доме Венна.

   - Ври больше, - фыркнула Первушка, осматривая и ощупывая его.

   - Это ты с чего взяла, что я вру? - спокойно поинтересовался Гаор.

   - Тебя током били, и сильно, - так же спокойно ответила Первушка, - вон ожогов сколько. После такого ты с неделю должен был в лёжку валяться, и ни пить, ни мыться тебе не давали. А то бы, - она усмехнулась, - не вернулся.

   Такого Гаор не ждал и растерялся. А Первушка, насмешливо улыбаясь, продолжила:

   - Ну, Дамхарец, так что с тобой там, в аренде твоей, ещё делали? Или ты не придумал, что врать? Фрегор знает, что ты под током побывал?

   Гаор пожал плечами.

   - Он меня ни о чём не спрашивал, - осторожно ответил он.

   Первушка кивнула.

   - Ну ладно, это, может, и сошло. А ещё что было? Остригли тебя чего?

   Гаор угрюмо молчал. Первушка понимающе кивнула.

   - Руки покажи. С руками у тебя что?

   И сама, не дожидаясь его ответа, взяла его за правую руку, осмотрела уже почти нормальную по цвету и размеру кисть, провела пальцем по оставшейся на запястье борозде. Потом так же осмотрела левую.

   - Сколько в наручниках был? Неделю? Две? За что?

   - Не твоё дело, - разжал Гаор губы.

   - Руки спереди или сзади сковали? Ну-ка, давай я плечи тебе посмотрю.

   Она сильно, со знанием дела ощупала ему плечи.

   - Не выворачивали. Уже хорошо. Ещё где у тебя что лечено да не залечено? Ну же, Дамхарец, чего молчишь?

   Гаор вздохнул и твёрдо посмотрел ей в глаза.

   - Помнишь, ты сама сказала мне: не лезь, целее будешь. Помнишь? Ну, так я тебе сейчас это же скажу. Не лезь.

   Первушка ответила ему таким же твёрдым взглядом.

   - По краю ходишь, Дамхарец. Я всякого повидала. Не категорией, жизнью рискуешь. Думаешь, твой тебя защитит? Он сам... похоже, вот-вот...

   Она оборвала фразу, но Гаор ни о чём её не спросил. Они постояли, молча глядя друг на друга.

   - Ладно, - тряхнула головой Первушка. - Сейчас, смажу тебе. Чтоб заживало быстрее. А Вьюнка ты не гони. Его Сам к тебе приставил. Вместо Снежки твоей.

   - Обойдусь без прислуги, - нехотя сказал Гаор.

   - Обходись, - кивнула Первушка, смазывая ему ожоги на груди и животе серой мгновенно впитывавшейся мазью. - Только сначала подумай, стоит ли из-за Вьюнка тебе с Самим сцепляться.

   Гаор понимал, что она права, но упрямо повторил.

   - Обойдусь.

   Первушка убрала тюбик в шкафчик с лекарствами и достала склянку с уже знакомой ему микстурой.

   - Вот, выпей, чтоб спал и других криком не будил.

   - А что? - Гаор взял у неё мензурку. - Кричал я?

   - А было из-за чего? - ответила ему ехидным вопросом Первушка. - Пей давай.

   Он послушно выпил горькую, но странно-приятную жидкость и стал одеваться.

   - Ну, так где у тебя ещё что? - спросила Первушка, когда он уже застёгивал рубашку.

   - Нигде, - буркнул Гаор. - Всё, спасибо, я пошёл. Мне ещё форму гладить.

   - Чего-то ты прячешь, - задумчиво сказала Первушка, - что-то у тебя там ещё было. Ладно, не хочешь говорить не надо. Я всё равно найду.

   - Где? - не выдержал Гаор. - В задницу ко мне залезешь, что ли?!

   - Ах, вот оно что! - даже ахнула Первушка. - Так тебя оприходовать хотели, а ты не дался, дурак лохматый. За это и в наручники, и под ток угодил. Ну, дурак, ну, дикарь, чего вы все так боитесь этого, обычное же дело.

   - Заткнись! - крикнул шёпотом Гаор, чувствуя, что теряет самообладание.

   Она усмехнулась и повторила уже другим, по-настоящему участливым тоном.

   - Ну, дурак, ну, дикарь. Ладно, иди. Всё понятно с тобой.

   Гаор вышел, из последних сил удержавшись от хлопка дверью. Вот сволочь-баба, ведь размотала его. Теперь пойдёт звон. И что тогда?

   А... стоп, она что сказала? Что его хотели оприходовать, а он не дался. Всё, вот этого и держаться. Не дался, не взяли его.

   Большинство, пока он был у Первушки, уже управилось со всеми делами и укладывалось спать: никаких других радостей купленным рабам в "Орлином Гнезде" не полагалось.

   Гаор собрал свою выездную форму и пошёл в ремонтную чиститься и гладиться. И тут же, как из-под пола, вынырнул Вьюнок и пристроился рядом. Молча и очень внимательно он следил, как Гаор гладил брюки, чистил куртку и драил ботинки. И только в самом конце спросил уважительным шёпотом:

   - Это ты каждый раз так?

   Гаор покосился на него, вздохнул и нехотя, но не зло буркнул:

   - Форму в порядке держать надо.

   - Ага, - кивнул Вьюнок. И попросил: - Научишь меня?

   От просьбы научить Гаор никогда не отмахивался, помня, как его самого учили и спасали этой учёбой.

   - Ладно. Тащи своё.

   Вьюнок удивлённо засмеялся.

   - А во, моё на мне.

   Гаор досадливо выругался.

   - Грязное не гладят.

   - А твоё?

   - Моё я сам делаю, - отрезал Гаор и выключил утюг. - Всё, малец, отбой сейчас. Дуй к себе.

   - А... а Сам сказал, чтоб я с тобой спал, - робко сказал Вьюнок.

   - Меня не было, ты где спал?

   - А с кем положат, - вздохнул Вьюнок. И попросил: - Ты только не щипайся, ладно? Так-то я уже умею, а когда щиплются, у меня не получается.

   Такого Гаор не ждал и что тут ему делать не мог придумать. Как-то всё сразу обрушилось на него. И Снежка была своей, а этот... востроносый... Вьюнок, закинув голову, смотрел на него одновременно и настороженно, и доверчиво.

   Гаор снова выругался. Вот чёрт, прижали его опять, а сцепляться с Мажордомом из-за мальца глупо, ведь эта сволочь так повернёт, что он, дескать, умелого себе требует, и ославит его. Придётся... придётся как со Снежкой.