Злая Звезда - Медведев Михаил - Страница 139

– Второй лазутчик за сегодня, – прокомментировала архипрапорщик очень приятным голосом. Приятным, как должен быть у хорошо настроенного речевого синтезатора. – Оставь его здесь, сержант Димитриус. Я хочу потолковать с пленником.

Космодесантник отпустил Жака, и тот мешком рухнул на пол.

– Выношу тебе благодарность, сержант, – Колин строго посмотрела на Димитриуса. – Потери есть?

– А с кем было воевать-то? – усмехнулся космодесантник, пихнув носком ботинка полуживого пленника.

– Хорошо. Я подумаю о том, чтобы снять с тебя все взыскания. Сможешь грешить заново. Ступай и служи.

– Умру за клан Скабедов! – ритуально провозгласил Димитриус и торопливо покинул командный пункт, пока Колин не сменила милость на гнев или не придумала какое-нибудь утомительное поручение.

– Умру за клан Скабедов, – тихо повторила Колин, – а еще совсем недавно было «Служу Конфедерации», а до этого «Предан Империи». Тяжела доля наемника. Уже сколько лет маемся, а разбогатеть не можем.

– Ты умрешь за клан Скабедов, – процедил пленник. Он, кривясь от боли, оторвался от пола и сел, опираясь на здоровую руку.

Колин удостоила его презрительным взглядом и, нахмурившись, развернула кресло к пульту. На экране высветилось насупленное лицо капитана Бустела.

– Схвачен лазутчик, – доложила архипрапоршик. – И найдено тело еще одного. Женщины. По-видимому, она погибла во время несанкционированного проникновения на корабль. Надеюсь, после допроса живого пленника выяснится, как им удалось попасть на звездолет.

– Не мешкайте. О результатах докладывайте незамедлительно, – Бустел нервно дернул головой и исчез с экрана. Закованные в броню пальцы Колин задумчиво забарабанили по подлокотнику.

Жак с трудом оторвал взгляд от мертвой Элеоноры. «Вот почему она не отвечает, – подумал он. – Хоть она и волшебница и почти богиня, а пройти по гиперпереходу не сумела». Чувство непоправимой беды сжало сердце когтистой лапой. Опустошающая растерянность и ощущение безвозвратной потери быстро сменились жгущей душу ненавистью. Древний инстинкт возмездия выбросил в кровь сгусток гормонов, заглушил боль и прояснил сознание. Жак бесшумно встал на напружинившиеся ноги. Правую руку он прижал к животу. Пусть послужит дополнительной защитой, раз больше от нее нет никакой пользы. Глаза сами собой сузились, зрачки расширились и видели теперь всё гораздо лучше, чем обычно. Мозг превратился в вычислительное устройство высшего класса. Глаза транслировали четкую картинку, превышающую по качеству изображение на экране высшего разрешения.

– Надеюсь, вы понимаете, – сказала Колин, не оборачиваясь, – что скрывать от меня что-либо совершенно бессмысленно. – Она поднялась из кресла и извлекла из специального разъема между экранами черный цилиндрик термосканера. – Для начала я хотела бы узнать ваше имя.

– Король Дкежрак Тлаюкункма Кхреэ Тинор Четвертый, – раздельно выговорил Жак.

Колин, услышав голос совсем не с того места, откуда ожидала, резко развернулась. Жак прыгнул. Хрустнули коленные суставы, бросая тело на врага. Уже в полете Жак выбросил вперед левую руку. Колин отшатнулась. Лучемет, закрепленный у нее на бедре, выскочил из зажимов прямо в ее ладонь. Щелкнули защелки лицевого щитка шлема. Скафандр сам принял решение, как ему лучше защитить своего владельца. И всё-таки Жак успел! На долю секунды ему удалось опередить хитрую автоматику. До того, как щиток захлопнулся окончательно, его пальцы вонзились в глаза Колин и погрузились в глазницы на всю возможную глубину, стремясь добраться до мозга архипрапорщика.

Колин пронзительно заверещала и, извиваясь от боли, опустилась на колени. Выроненный лучемет с глухим стуком упал на пол. Пальцы бессильно скребли по щитку шлема. Кровь двумя тугими струями заливала дыхательные клапаны. Жак поднял «гибел».

– Не будет тебе пощады, – прошептал он и метким выстрелом испепелил автоматическую аптечку на поясе архипрапорщика. Встроенные в скафандр динамики взвыли от боли. Жак больше не смотрел на поверженного противника. Но перед тем, как отправиться на поиски капитана звездолета, он на несколько секунд задержался у бездыханного тела Элеоноры.

Элькино лицо было свежо и прелестно, как прежде. Веки безмятежно опущены, и казалось, что она просто прилегла отдохнуть. В волосах запутался трогательный зеленый листик и какая-то веточка. Жак взял любимую за руку. Ее мышцы еще не утратили гибкости. Смерть совсем недавно забрала Эльку в свою страну вечной дремы. За спиной Жака послышалось громыхание. Это архипрапорщик куда-то поползла на четвереньках. Жак проверил боезапас «гибела» и порывистым шагом приблизился к двери. Он знал, что отныне крейсер обречен на гибель, а если получится иначе, то он, Жак, этого не узнает. Мертвецы равнодушны к делам живых.

Капитан Бустел сидел с закрытыми глазами, положив руки на пульт. Его спину поддерживало разумное кресло, а запрокинутая далеко назад голова покоилась на удобном подголовнике. Казалось, что капитан спит или находится в состоянии глубокой медитации. Однако это было обманчивое впечатление. Через нервные окончания ладоней он подключил свой мозг к кибернетической системе центрального компьютера. Его тело пребывало на капитанском мостике, а сознание неравномерно распределилось по всем электронным узлам звездолета. Мощное биение турбин смешивалось с ударами его собственного сердца, а суетливые роботы-уборщики щекотали ему позвоночник. Бустел чувствовал приближение планеты-цели и мысленно сжимал в кулаке зародыш черной дыры, который он должен был забросить в чрево Эстеи.

Капитан непрерывно обменивался информацией с центральным компьютером. Скорость передачи колебалась в границах верхнего предела, и Бустел уже чувствовал первые признаки усталости. Однако тяжесть ситуации не позволяла отвлечься на стимулирующую инъекцию. Внезапный абордаж нарушил грозное спокойствие хорошо рассчитанного бомбометания. Давненько капитан не попадал в такой переплет. Бустел уже и не помнил, когда ему в последний раз приходилось напрямую подключаться к бортовому кибермозгу.

– Критическая ситуация на командном пункте космодесантников, – доложил компьютер. – Архипрапорщик Колин больше не может выполнять служебные обязанности.

– Передать командование сержанту Гомычу, – распорядился капитан.

– Недопустимо, – возразил кибер. – Коллективный разум не обучен руководить никем вне собственной сети.

– Тогда сержанту Стреку.

– Сержант Димитриус уже принял командование на себя.

– Недопустимо, – Бустел начал злиться. На пустячный вопрос он уже потратил целых две микросекунды. – Димитриус примет командование только после смерти Стрека.

– Принято.

– Что с вирусом?

– Блокирован.

– Ложная информация, – Бустел через десяток видеокамер увидел, как вечно спящая женщина, встроенная в компьютерную схему звездолета, неуклюже выбирается из своего ложа. Это было совершенно невозможно! Тела «живых мозгов» предназначены исключительно для обеспечения жизнедеятельности нервных тканей. У них перерезаны все сухожилия. Мышцы превращены в неработоспособный гуляш и, кроме того, разрушены нервные двигательные центры. Тем не менее Бустел наблюдал, как «мясная кукла» самостоятельно спрыгнула на металлический пол.

– Критическая ситуация в отсеке органической кибернетики, – запоздало сообщил компьютер.

– Я давно слежу за этой критической ситуацией, – Бустел не упустил возможности поддеть кибера и добавил: – Иногда человек бывает умнее электроники.

– Человек всегда умнее электроники, но всегда медленнее, – парировал компьютер.

– Иногда быстрее.

– Редко, – кибер сдался под давлением фактов. – Сержанту Димитриусу приказано ликвидировать кризис в отделе органической кибернетики.

– Он не справится, – Бустел с восхищением любовался волнами силовых полей, пробегающими по телу ожившей женщины. – Полагаю, что это и есть Исток Сущего. Объект альфа и омега для гридеров, да и для всех разумных в нашей Галактике.