Метаморф - Медведев Антон Николаевич - Страница 87

Элли… В том, что Кэрол убила ее, я не сомневался. Военные глупы, но не настолько, чтобы из-под их опеки могла уйти неискушенная девушка. Нет, без Кэрол здесь не обошлось. А где Кэрол, там всегда смерть…

Я не знал, куда шел. Глубокое безразличие охватило меня. Лишь дойдя до перекрестка, остановился – в самом деле, куда иду-то? Что теперь делать? Элли мертва, а без нее и мне жить незачем… Вот если бы я мог убить Кэрол…

Решение созрело совершенно неожиданно – странно, что я совсем забыл об этом человеке. Профессор Ферсман – вот кто сможет помочь! По крайней мере, я на это очень надеялся… Взяв в ближайшем прокатном пункте глайдер, погнал машину к дому профессора.

Увы, профессора дома не оказалось. Более того, Ферсман совсем покинул свой дом, и новый хозяин ничем не смог мне помочь. Холодно поблагодарив его, я отправился в Институт Внеземелья, размышляя о том, что профессор на редкость наивен, если не сказать больше. Неужели он всерьез рассчитывает от меня скрыться?

Стоявший на входе в институт охранник попросил показать пропуск. Пропуск, естественно, отсутствовал, однако его с успехом заменил короткий удар в челюсть.

– Помогите, человеку плохо… – обратился я к оказавшейся поблизости девушке. – Вызовите врача.

Не знаю, видела ли девушка, что именно произошло, – мелочи меня больше не волновали… Пройдя фойе, я поднялся по широкой лестнице на первый этаж, спросил у первого подвернувшегося человека – им оказался какой-то пожилой господин – о Ферсмане.

– Джордж должен быть у себя, – сообщил тот, взглянув на часы. – Седьмой этаж, восемнадцатый кабинет. А вы по какому вопросу?

– По личному… – ответил я и пошел к лифту. Интересно, обрадуется мне Ферсман или нет?

Восемнадцатый кабинет отыскал без труда. Толкнув дверь, вошел и сразу увидел профессора – Ферсман сидел за письменным столом в углу кабинета и жевал бутерброд, запивая его чем-то неприятно зеленым. Мое появление стало для него полной неожиданностью. Ученый муж поперхнулся, выпучил глаза, бутерброд выпал из его рук.

– Тоже чертовски рад вас видеть! – сказал я, подходя ближе. – Все собирался зайти и вот наконец выбрал минуточку.

– Пожалуйста… – пролепетал Ферсман, проглотив-таки застрявший в горле кусок. В его глазах застыл ужас. – Не надо…

– Ну-ну, профессор… Успокойтесь, я не собираюсь вас убивать.

– Да-да, конечно… – пролепетал он, его руки тряслись. – Я все понимаю…

– Да ни черта ты не понимаешь! – ответил я, глядя на дрожавшего профессора. – Наслушался того, что болтают по телевизору! Не я это, понимаешь? Тех людей – и из шахты, и в полицейском участке – убил не я!

– Не вы… – согласился профессор. – Конечно, не вы…

– Идиот! – зло произнес я. Так захотелось свернуть шею этому дрожащему комку слизи. – Это действительно был не я! Нас здесь двое, понял? Два метаморфа!

– Два? – переспросил профессор. В его глазах мелькнули искры рассудка. – Еще один такой же?

– Вы делаете успехи, – ответил я. – Нас двое, и второй метаморф – мой злейший враг. Как и ваш. Я хочу его убить, и вы мне поможете. Смогли хоть в чем-нибудь разобраться?

Профессор постепенно приходил в себя. Хлебнув из стакана ядовито-зеленой жидкости, он быстро кивнул.

– Да, немного продвинуться удалось.

– Не тяни, – предупредил я профессора.

– Я обсудил результаты своих опытов с Вишневским – это мой коллега из Института Физиологии. Простите, пришлось все ему рассказать.

– Мелочи, – успокоил я его. – Дальше.

– Проблема вашей смерти связана с физикой волновых процессов. Помните, я снимал квантовым томографом данные? Результаты оказались удивительные! Мы всерьез можем говорить о новой форме существования материи! Речь идет о возникновении в энергетической структуре пространства устойчивых точек сингулярности…

– Профессор, вы не поняли, – перебил я Ферсмана. – Меня не интересуют заумности. Ответьте на простой вопрос: вы способны создать штуку для убийства метаморфа?

– В принципе, да…

– Это не ответ, – жестко оборвал я профессора. – Да или нет?

– Да! – выдохнул профессор.

– Уже лучше. Когда?

– Ну, понадобится месяца два-три – не меньше. Требуется провести еще кое-какие исследования.

– Профессор, эта штука нужна мне сегодня. В крайнем случае – завтра или послезавтра.

– Невозможно! – вскинулся профессор. – Сам дьявол не сделает вам ее за два дня!

– Дьявол бродит по улицам Москвы и убивает людей. Вы можете их спасти. Постарайтесь, профессор! Уверен, благодарное человечество вас не забудет! Я работаю в контакте с властями. Если хотите – через час в вашем распоряжении будут лучшие умы планеты.

– Не поможет… – Профессор встал из-за стола и нервно прошелся по кабинету. – Им понадобится неделя, чтобы только ознакомиться с моими наработками.

– Тогда работайте сами. У вас еще есть больше суток.

– Хорошо, я попробую. Нужно снять энергетические параметры вашей управляющей клетки. Без этого ничего не получится.

– Так снимайте, я в вашем распоряжении!

– Тогда немедленно к Вишневскому! – засуетился про­фессор. – Что нам понадобится?..

– Мой глайдер у входа. Жду вас… – Повернувшись, я спокойно вышел из кабинета.

В фойе института было на редкость тихо. Впрочем, спокойствие оказалось обманчивым: едва выйдя наружу, я увидел направленные на меня стволы пистолетов. Чуть в стороне стоял полицейский глайдер – явное следствие моей «дружеской» беседы с охранником.

– Поднимите руки и встаньте на колени, – произнес сурового вида усатый полисмен, целясь мне в голову; его коллега стоял чуть в стороне. – Быстрее!

Они явно не знали, с кем имеют дело. Я решил было популярно им разъяснить, но не успел: рядом с глайдером полиции, глухо рыкнув двигателем, опустился знакомый синий «Квазар», из которого быстро выбрался Рудаков.

– Офицер, все в порядке, я забираю этого человека! – Рудаков подошел к усатому полисмену и показал ему удостоверение. – Опустите оружие.

– Вы из сыскной полиции, – сказал усатый, мельком посмотрев в удостоверение. – Я доставлю его в наше отделение, а потом уже решайте с начальством, что с ним делать.

– Он поедет со мной, – с нажимом повторил Рудаков и вынул из кармана небольшой овальный предмет.

Блеснули голографические отблески. Я заметил, как вздрогнул усатый полисмен при виде странной штуковины. Сглотнув, он опустил пистолет, его коллега сделал то же самое.

– Хорошо, он ваш, – произнес усатый.

– Рад, что мы договорились, – кивнул Рудаков, пряча в карман свой «аргумент». Потом взглянул на меня: – Садитесь в мою машину.

– Хорошо, – ответил я. – Но мы должны подождать профессора Ферсмана.

– Подождем, если нужно… – устало ответил Рудаков и полез в глайдер.

Пока летели к Институту Физиологии, Ферсман оживленно болтал с Рудаковым. Присутствие офицера сыскной полиции сказалось на профессоре самым благотворным образом – судя по всему, он наконец-то уверовал в то, что я сотрудничаю с властями. Ферсман просто светился радостью! Я невольно усмехнулся: как мало надо человеку для счастья…

Глайдер опустился на крышу института. Охрана безропотно нас пропустила – Ферсман успел позвонить своему коллеге, да и присутствие Рудакова здорово все упрощало.

Игорь Вишневский оказался полноватым человеком лет пятидесяти. На меня он смотрел с явной опаской и в целом мне не понравился. Если Ферсман был бесхитростен, то к Вишневскому подобное определение не подходило никак. Его глаза смотрели холодно и настороженно, колючий взгляд не могла смягчить фальшивая улыбка.

– Я все подготовил, – сказал Вишневский после обмена приветствиями. Взглянув на меня, добавил, указывая на стул: – Пожалуйста, сядьте сюда.

Я сел, с опаской разглядывая установленный на столе странный аппарат. Ферсман и Вишневский начали готовить его к работе, Рудаков устроился на стуле чуть поодаль. Вскоре Ферсман взглянул на меня.

– Поместите управляющую клетку вот сюда. – Он указал на небольшую круглую пластину в нижней части аппарата. – Сможете? И чтобы другие клетки мешали как можно меньше.