Зеленый круг - Каста Стефан - Страница 19

Дэвид отпускает сцепление, мы медленно катимся по двору и выезжаем на аллею. На земле не видно ни единого следа от шин.

— Странно, — говорит Дина. — Должна же быть дорога, которая ведет отсюда.

— Да, — соглашаюсь я. — И та, что ведет сюда.

— Но, похоже, ее нет.

— Может, ее размыло? — говорит Габриэль.

— Я поеду прямо через изгородь! — кричит Дэвид.

Он прибавляет газу, и трактор без труда преодолевает преграду.

Мы не спеша едем по полю. Я оборачиваюсь и рассматриваю удаляющийся двор. Вдруг в окне на втором этаже я замечаю лицо. У меня перехватывает дыхание. Я не могу оторвать взгляд от окна. Лицо поспешно исчезает. Словно человек, стоявший там, понял, что его обнаружили. Сердце бешено бьется. «Она заметила, что я ее видела, — проносится у меня в голове. — Она меня видела».

— Что случилось, Юдит? — спрашивает Дина. — Ты такая бледная.

— Ничего, — отвечаю я. — Просто я жутко хочу есть. Умру от голода, если срочно что-нибудь не съем.

— Я тоже, — поддерживает меня Дина.

Я снова тайком бросаю взгляд в сторону дома. В окне никого нет. Но теперь это не важно. Я уверена, что видела в окне чье-то лицо. Лицо ребенка.

XX

Имея щуп и лопаты, копать гораздо легче. Кусок за куском мы вырубаем твердую почву. Так вырезают старый цементный пол. Но вдруг щуп проваливается, и Габриэль во весь рост растягивается на земле.

— В чем дело? — спрашиваю я.

— Я, кажется, попал в дыру, — отвечает он и поднимается. Затем прицеливается и бьет щупом немного подальше. Щуп снова проваливается.

— Похоже, твердая земля кончилась, — говорит он.

Через несколько минут мы видим, что он прав. Земля была твердой, как бетон, лишь на глубине сантиметров двадцати, а ниже она становится мягкой и рыхлой. Дальше дело идет гораздо быстрее.

— Скорее всего, это из-за воды, — говорит Дэвид и вытирает с лица пот.

Мы выкапываем яму, напоминающую могилу. Два метра в длину и чуть больше метра в ширину. В глубину почти полтора метра.

— Отсюда наша свинка ни за что не выберется, — говорит Габриэль.

Мы наламываем веток с серебристых кустов и крест-накрест кладем их поверх ямы. Затем идем на берег, заходим в воду и собираем морскую капусту. Расстилаем водоросли на берегу и собираем мидии. Разбиваем ракушки камнем и высасываем их содержимое. Часть морской капусты мы относим к западне, забрасываем ее ветками, сверху кладем несколько открытых ракушек.

— Сегодня ночью мы поймаем нашу свинью, — победоносно говорит Дэвид.

Мне трудно заснуть. Вновь не дает покоя круговерть мыслей. Они преследуют друг друга, носятся словно играющие котята. Я пытаюсь снова пройти через пережитое, чтобы понять, что случилось. Но у меня не получается ухватить ни одну мысль, чтобы с чего-то начать. Мысли ни за что не цепляются, лишь скачут да скачут. Видимо, не хватает логики. Что-то не сходится. Либо человечество исчезло, либо…

Ничего не выходит.

«У этой мысли нет продолжения, — думаю я и чувствую, как вихрь в голове набирает скорость. — Почитать бы сейчас комикс про Дональда Дака». Это кажется настолько нелогичным и нелепым, что я не могу сдержать улыбку. На ночь я обычно доставала из ящика под кроватью потрепанный комикс и перечитывала в сотый раз. Заснув с журналом на лице, я попадала в понятный мир утенка Дональда.

«В мире Дональда Дака такого бы никогда не произошло», — думаю я.

Я почти заснула, но вдруг подскочила словно от какого-то внутреннего толчка. Звук, разбудивший меня, был ужасен. Отчаянный, резкий крик. «Свинья попалась», — думаю я. Ведь так они визжат, когда напуганы?

Остальные тоже проснулись.

— У нас получилось, — шепотом говорю я.

Дэвид на ощупь ищет нож. Находит его под овчиной.

— Пошли, — говорит он. — Сейчас приготовим пожрать.

Я беру уздечку, найденную на ферме. Уже почти рассвело. Чернильно-черная ночь превращается в темно-серую кашу. Я смотрю на небо. Нет ни Луны, ни звезд. Только темно-серая липкая масса, которую прорезают визги испуганной свиньи. Она слышит наши шаги и на секунду замолкает. Я понимаю, что свинья стоит в ожидании на дне ямы, будто ей интересно, друзья мы или враги.

— Ну, ну, — говорю я. — Не бойся.

Свинья наклоняет голову набок, будто слушая мой голос. Я присаживаюсь на корточки у края ловушки.

— Ты у нас маленькая умная свинка? — почти шепчу я. — И ты понимаешь, что я говорю?

Свинья смотрит на меня снизу вверх. Одно ухо чуть приподнято.

— Уф, — говорит она.

— Неужели ты со мной разговариваешь, свинка? Какая ты умненькая!

Свинья поворачивает голову. Я чувствую, как она рассматривает меня любопытными глазками.

— Уф-уф, — снова говорит она.

— Она разговаривает! — вскрикиваю я. — Слышите, она пытается с нами общаться?

— Привет, свинка! Меня зовут Юдит, — говорю я. — А это мои друзья: Дина, Дэвид и Габриэль.

Едва я называю имена друзей, как свинка поворачивает голову и долго смотрит на Дэвида.

— У-у-уф, — говорит она.

— Она с тобой поздоровалась! — говорю я. — Скажи что-нибудь.

— Да ну тебя, отстань, — говорит Дэвид. — Она просто хрюкает.

Я вижу, как он приготовился спрыгнуть в яму, держа нож в правой руке. Но я не обращаю на него внимания. Дина наклоняется над ямой с моей стороны.

— Уф! Уф! — говорю я свинье. — А это Дина, моя подруга.

— Уф! Уф! — отвечает свинка.

— Ты слышала? Она все понимает!

Дина смеется. Над свиньей. Надеюсь.

— Привет, — говорит она.

— У-у-уф! — отвечает свинья.

Дина снова смеется.

— А ты права, — говорит она мне. — Похоже, она действительно пытается с нами общаться.

— Этот зверь такой же одинокий, как и мы, — говорю я. — Даже еще более одинокий. Ведь он живет тут сам по себе. Габриэль, это правда, что свиньи — стадные животные?

— Думаю, да, — отвечает Габриэль и присаживается на корточки около Дины. Дэвид стоит по другую сторону ямы. Он словно сомневается, стоит ли вообще туда прыгать. Габриэль наклоняется над краем ловушки и говорит:

— Привет, хрюшка. Меня зовут Габриэль.

— У-у-уф, — отвечает свинья и одновременно поворачивает голову в сторону Дэвида, сидящего на краю. Он приготовился прыгать. Свинья обнажает длинный ряд крепких зубов.

— Дэвид, осторожно! — кричу я.

Дэвид молниеносно подтягивает ноги буквально за секунду до того, как пасть свиньи захлопывается с глухим звуком.

— Да она опасная, — говорит Дэвид.

— Нет, — возражаю я. — Ты ведь не опасная, свинка. Ты просто испугалась Дэвида. Ведь так?

— Уф!

— Я могу к тебе спуститься? — спрашиваю, — говорю я.

Я сажусь на край ямы и свешиваю ноги. Свинья задумчиво меня рассматривает.

— Я иду к тебе, — говорю я. — Мы ведь с тобой друзья. Я не желаю тебе зла.

Свинья следит за каждым моим движением с настороженностью и любопытством.

— У-у-уф-уф, — восклицает она и направляется ко мне. Сначала мне показалось, что она напугана, но затем я понимаю, что она хочет меня обнюхать. Я осторожно наклоняюсь над крупной головой и начинаю чесать за ухом.

— У-у-ф-ф, у-у-ф-ф! — довольно фыркает свинья.

— Тебе нравится! — смеюсь я. — Любишь, когда тебя чешут?

Произнося эти слова, я потихоньку достаю из-под футболки уздечку. Крайне осторожно я пытаюсь надеть ее на голову свиньи одной рукой, не прекращая другой чесать за ухом.

— Я просто надену на тебя этот ошейник, — приговариваю я. — Это не опасно. Умная свинка.

Свинья не отвечает. Она поворачивается и пытается рассмотреть, что я там делаю. Но голову не убирает.

— Вот так, хрюша, вот и всё, — говорю я и застегиваю уздечку под подбородком. — Ты же очень умная свинка.

— Готово, — говорю я остальным. — Помогите мне ее поднять.

Габриэль и Дина осторожно соскальзывают в яму. Больше там никто не поместится. Дэвид становится на колени, готовится взвалить свинью на плечи.