История русской риторики. Хрестоматия - Аннушкин Владимир Иванович - Страница 84

Впрочем, языковые воззрения Давыдова вполне проявились уже в главном его труде «Чтения о словесности» в 4-х частях (М., 1837–1838), представлявшем собой запись лекций профессора, осуществленную его учениками (среди них, кстати, были Ф. И. Буслаев, М. Н. Катков и другие известные в будущем ученые и педагоги). Словесность, понимаемая как наука («постижение») и искусство («творчество»), делится на объективную («общие законы слова») и субъективную («словесность данного народа»). Объективная словесность, или философия словесности, включала 3 раздела: язык (теория происхождения языка, универсальная грамматика с частями речи); речь (принципы изящного построения речи в предложении и периоде, украшение языка через тропы и фигуры); слог (качества и разновидности изящного слога). Субъективная словесность состояла в разборе разных видов красноречия (= прозы) и поэзии.

Из «Чтений о словесности» И. И. Давыдова выбраны для публикации следующие отрывки: 1) Введение – о значении словесности как науки и искусства, о философии словесности, истории словесности и критике, о поэзии и красноречии; 2) Чтение 1 – о даре слова, предмете и цели философии словесности; 3) Чтение 2 – о слове как основной «стихии» красноречия»; 4) Чтение 21 – о совещательном красноречии.

Публикуется по изданию: Давыдов И. И. Чтения о словесности. – М., 1837. – С. XIII?XXV, 1–8, 14–15, 86–92, 96–98.

Введение

Значение словесности. Предмет и разделение философии словесности. Вспомогательные науки словесности. Приступая к изучению словесности, почитаю необходимым посвятить первую беседу обозрению всех частей и вспомогательных наук словесности. Такое обозрение покажет нам, какое место занимает каждая часть науки, назначение каждой части и способы изучения.<…>

Умственная деятельность человека проявляется в двух видах: в постижении Творца и его творения, или духа, человека и природы, и в его творчестве, посредством которого невидимый мир мыслей и чувствований, сокрытый в человеке, переходит в мир явлений. Постижение рождает науку, произведение творчества есть искусство. Наука, или постижение, открывает в природе идею истины, в человеке – идею блага. В искусстве, или в создании нового, особого мира, является идея изящного.<… >

Наука, следствие постижения, образует мысли из явлений действительных, а искусство, наоборот, претворяет мысли в явления действительные. Там все выводы постижения приближают нас к идеям истины и блага, здесь все творения искусства суть приблизительные выражения идеи изящного. Поэтому всякое словесное изображение изящного есть творчество, а словесность, врожденный дар человечества, народов и человека, дар претворять идеи в словесные образы есть искусство.

Но всякое искусство, или лучше сказать, все творения искусства, переходя в мир явлений, из идей преобразовавшись в действительность, становятся предметом постижения наравне с прочими предметами мира видимого. Постижение законов творящего духа, подобно постижению законов других явлений в себе самих и явлений природы, также сводит явления в идеи, действительное превращает в возможное и образует науку. Следовательно, к наукам об идеях блага присоединяется наука об идее изящного. В этом значении рассматриваемая словесность как постижение законов изящного в слове есть наука.

Явствует, что словесность может быть рассматриваема только в двояком значении: искусства и науки. В первом смысле это творчество в изящном слове; во втором – постижение изящного в слове. Что ж значит учиться словесности? Словесность как наука может показать постигнутые законы творящего духа в искусстве и все формы, в которых этот творящий дух является посредством слова; но сила творящая не дается наукою – она дар врожденный.<… >

Словесность, в значении науки рассматриваемая, имеет свою философию и историю. Там, где ум остается только зрителем, нет философии; но где, желая открыть причины явлений, он спрашивает, почему это возможно – тут рождается философия. И в словесности цель философии – усмотреть творящий дух в его производимости, как бы застигнуть его в творчестве словесных созданий. История словесности показывает явления изящного в творческих созданиях словесных того или другого народа. Одна, т. е. история словесности, представляет действительное в мире словесного искусства; другая, т. е. философия словесности, излагает возможность творческих словесных произведений при известных условиях изящного. Одна, аналитически объясняя творения писателей, доводит до идеи изящного; другая, синтетически начиная исследования свои с идеи изящного, доходит до его явления в творениях писателей.<… >

Из совокупных исследований философических и исторических образуется критика, или развитие или облагородствование чувства изящного, преобразование его в способность наблюдать степень приближения образцовых словесных творений к своим идеалам. Критика не есть особая наука: это приложение философии и истории словесности к изящным произведениям.<… >

Значение и цель философии словесности, как прикладной эстетики, или науки об изящном как части теории изящных искусств, определяют содержание ее и форму. Искусство, становясь предметом постижения, или науки, представляет наблюдателю две стороны, как природа и самый человек: внешнюю, или материальную, и внутреннюю, или идеальную. Словесность как наука также представляет рассмотрению нашему две стороны, а потому в ее философии явственно отделяются две части: объективная и субъективная.

При воззрении на творческое словесное произведение со стороны внешней мы изучаем слово как вещество мысли, в нем таящейся: сперва мы знакомимся с буквою, чтоб потом понять ее смысл. Здесь вы видите первое торжество человека над природою, развитие мысли его в членораздельных звуках и запечатление сил, явлений и произведений природы этими звуками. Наименовать предмет – значит уже познать его столько, чтоб отличить от других. Таким образом, самопознание человека выразилось первобытным языком, которого разветвление ныне составляет более пяти тысяч языков производных и наречий, при всем внешнем разнообразии представляющих дивное и поразительное единство и сродство. Как из понятий ум образует суждения, так из речений, составляющих язык, образуется речь. В речи, как в первом выражении мысли, заключаются начала всех явлений духа в слове. Тут повторяется прежде замеченное нами двойственное действие ума: анализис и синтезис. Далее полный акт мышления совершается в умозаключении, и полное выражение мысли со всеми отливами чувства и воображения отражается в слоге. Следовательно, объективная часть философии словесности состоит из теории языка, изящной речи и слога. Но как всякое явление в человеке, природе и искусстве есть повторение общего в частном и особом, или состав этих двух элементов, то и эта часть словесности представляет общую теорию и частную, или особую: общие законы языка, речи и слова повторяются в языке, речи и слоге отечественном.<… >

А как человек, главный предмет поэзии, есть представитель двух миров – духовного и вещественного, то словесное искусство, как выражение идеального и действительного, разлагается на поэзию, собственно называемую, и красноречие. Это две полярные противоположности: одна касается мира возможности, свободная и неопределенная, другая касается мира действительного, ограниченная и определенная. Тут, как и в объективной части словесности, общее повторяется в частном или особенном: общие законы творящего духа в поэзии и красноречии отечественном.

Мир идеальный и действительный, изображаемый в поэзии и красноречии, также представляет преимущественное выражение или внешней стороны, или внутренней, или слияние той и другой в действии. Отсюда в поэзии и красноречии происходят соответственные роды творческих словесных созданий: эпос и история, лира и философия, драма и ораторская речь, или витийство. Таким образом, предмет субъективной части философии словесности заключается в теории поэзии и красноречия.<… >