Шипы и розы (Шепот роз) - Медейрос Тереза - Страница 23

Морган с усилием выпрямился. — Скажи, принцесса, это папаша использовал тебя в качестве приманки, чтобы заманить меня в западню, или ты собственными руками приготовила ядовитое зелье?

Несправедливое обвинение хлестнуло по щеке, как пощечина, захотелось бежать или спрятаться. Но Морган снова едва не упал, и Сабрина встала на колени и протянула ему руку.

— Не притрагивайся ко мне, дьяволица! — Морган оттолкнул руку Сабрины. — Если не добьюсь от тебя вразумительного ответа, клянусь Богом, заставлю говорить твоего папашу или сверну ему шею, будь он проклят!

Морган двинулся к двери, но теперь палаш стал слишком тяжел для него и волочился следом, оставляя царапины на полу, натертом воском. Сабрина выпрыгнула из постели, путаясь в одеяле, и вцепилась в ту часть тела Моргана, до которой могла дотянуться, — в ногу мужа.

— Морган! Не делай этого! Не надо!

Он протащил ее пару шагов, но девушка держала его бульдожьей хваткой.

— Послушай, Морган! Мой отец не имеет никакого отношения к твоему отравлению.

Морган задумчиво почесал бровь, будто пытался с помощью массажа вбить новую мысль в гудевшую от боли голову. Медленно опустил глаза и встретился со взглядом жены. Внезапно его взор прояснился, и по спине Сабрины побежали мурашки. Она шумно сглотнула. К подобному развитию событий девушка не была готова. Край ее ночной сорочки задрался, лезвие палаша касалось ноги, под пальцами ходили ходуном мощные мускулы бедра Моргана.

— Так, значит, это ты? — тихо спросил он, и Сабрина похолодела от ужаса.

Перед ней стояла, казалось, неразрешимая проблема. Ни в коем случае нельзя сказать правду, невозможно допустить, чтобы робкая Энид стала объектом гнева Моргана. Ему достаточно грозно прикрикнуть, просто нахмуриться, и от кузины останется мокрое место. Кроме того, ведь Энид действовала из самых лучших побуждений, хотела выручить подругу.

— Считай как хочешь, Морган Макдоннелл, — чуть слышно проговорила Сабрина. — Тебя же все равно не переубедишь.

Взгляд Моргана будто обжигал затылок. Густые волосы упали вниз и скрыли пылающие щеки Сабрины, она покорно ждала удара палаша. Открыла было рот, чтобы молить о пощаде, но слова застряли в горле. Слишком часто в прошлом она подавляла в себе желание высказаться. — Я знал, что ты меня ненавидишь. Но не предполагал, что до такой степени, — прошептал Морган.

Он привалился спиной к двери в поисках опоры, будто признание девушки, пусть косвенное, лишило его последних сил. Палаш со звоном упал, и Морган тяжело осел на пол.

— Я позову врача моего батюшки, — Сабрина попыталась встать, но Морган схватил ее за кисть.

— Нет, не позволю, чтобы мясники Камеронов меня прикончили. — Лицо его исказила судорога, глаза затуманились. — Скажи мне одно: я умру?

Сабрина вспомнила, как однажды Брайан случайно накормил Алекса поганками, и тихо сказала:

— Нет, но будет так плохо, что захочется умереть.

— Уже хочется, — простонал Морган. Его лицо из серого стало зеленым, на лбу выступил пот. — О Боже милосердный!

Великан поднялся, хватаясь за стену, в глазах его метался панический страх. Он покачнулся и упал бы лицом вниз, но Сабрина вскочила и уперлась ему в грудь руками. — Оставь меня в покое! Уйди! — Морган пытался оттолкнуть девушку, но она не сдвинулась с места. — Я тебя предупреждаю, девушка! Лучше уйди. Хочешь полюбоваться на дело своих рук? Не выйдет! — Он угрожающе сделал шаг вперед, споткнулся о валявшийся на полу палаш и упал, вытянутая рука бессильно сжалась в кулак. — Пожалуйста, — прохрипел Морган, — уходи.

Сердце разрывалось при виде огромного сильного мужчины, корчившегося в судорогах на полу, Сабрина не могла больше вынести этой картины, выскользнула в коридор, прикрыла за собой дверь и задрожала всем телом, заслышав тяжкий стон за стеной. Пагсли высунул язык и принялся лизать ее ноги, девушка присела рядом и стала гладить собаку. В былые времена подобная ситуация могла бы вызвать у Сабрины смех. Сейчас на душе было скверно от мысли, что Морган считает ее способной отравить его.

Стоны прекратились, наступила тишина, и рука девушки потянулась к дверной ручке. Сабрина слишком хорошо знала своего отца, чтобы поверить, будто он способен предоставить молодых самим себе. В коридоре нельзя задерживаться, потому что в любую минуту здесь как бы случайно может появиться Алекс или Брайан. Страшно представить, что произойдет, если невесту в первую брачную ночь обнаружат за стенами спальни. Внезапно Сабрина представила себе нечто еще более страшное: что Энид скормила Моргану смертельную дозу поганок. Возможно, труп Моргана коченеет сейчас на холодном полу и в зеленых глазах навсегда застыл немой укор.

Сабрина распахнула дверь. Морган лежал на прежнем месте, его светлые волосы потемнели от обильного пота. Девушка присела рядом, отважилась просунуть руку под складки пледа и ощупать мускулистую грудь. Она слабо вздымалась и опускалась, и Сабрина, облегченно вздохнув, прижалась ухом к груди Моргана.

— Слезай с меня.

Сабрина подняла голову, не понимая, чем заслужила презрение, прозвучавшее в хриплом голосе больного.

— К твоему сведению, у меня еще осталась кое-какая гордость. Хотя Макдоннеллов все считают большими бабниками, ни один из нас не захочет бабу, которая скорее убьет мужика, чем ляжет с ним в постель.

Тело Моргана было напряжено, но он ничего не предпринимал, чтобы избавиться от девушки. Интересно, как он прореагирует, если последовать советам матушки и кое-что сейчас попробовать? Может, он перестанет злиться, если чуть укусить его за нижнюю губу? Или провести языком по шее? А вдруг он решит, что над ним издеваются? Не дай Бог!

— Чего ты хочешь от меня? — прошептала Сабрина, вложив в простой вопрос то, о чем Морган и не подозревал.

— Палаш.

Резкий ответ вернул Сабрину к реальной действительности. Морган рассматривал происходящее как непрерывный бой и считал жену своим противником. Надеясь, что послушание не будет стоить ей головы, девушка подтащила палаш и вложила рукоятку в ладонь мужа, только сейчас осознав, что имеет дело с церемониальным оружием батюшки.

— Меч не мой. Обручальное кольцо не мое. И даже жена не моя, будь оно все проклято! — горько обронил Морган, будто прочитав мысли супруги.

Охая, с огромным усилием он подтянулся и оперся спиной о дверь.

— Не можешь же ты всю ночь провести на холодном полу, — запротестовала Сабрина. — Ты болен и должен лечь в постель.

— С тобой? — рассмеялся в ответ Морган. — Нет уж, спасибо. Лучше остаться здесь, тогда хоть есть надежда увидеть рассвет. — Он положил палаш на колени.

Было неясно, предназначало» ли оружие, чтобы обороняться против возможного нападения или против собственной жены. Сабрина открыла и тут же захлопнула рот, выждала несколько минут, глядя на супруга, не изменявшего позы и сохранявшего бдительность, а потом свернулась калачиком на краю кровати и часто заморгала, сбивая накатывавшиеся слезы. Она дала клятву никогда не плакать из-за Моргана и ни за что не станет. Последнее, что ей запомнилось, прежде чем одолел сон, был тяжелый взгляд Моргана из-под грозно насупленных бровей. До угасающего сознания с трудом дошли слова, которые все равно забылись к утру:

— У меня сейчас нет сил сделать тебя своей, принцесса, но, клянусь Богом, я тебя никому не отдам.

Утро застало Моргана в той же позе у двери, задумчиво разглядывающим свою мирно посапывавшую во сне очаровательную отравительницу. Трудно было избавиться от подозрения, что отец Сабрины не приложил руку к попытке избавиться от главы клана Макдоннеллов. Лишившись Моргана, его сородичи наверняка быстро бы разбежались кто куда, предоставив возможность Камеронам, Грантам и Чизхолмам завладеть наконец горными районами. Но тогда какой смысл было устраивать свадьбу? Дугал и так мог прикончить Моргана либо просто оставить его гнить в камероновской темнице.

Морган тяжело вздохнул, вынужденный признать, что Сабрина скорее всего действовала по собственному почину. Казалось бы, давно пора смириться с тем, что Камероны способны на любую подлость, но мысль о Сабрине в роли отравительницы не давала покоя и бередила свежую душевную рану, оставшуюся после убийства Ангуса. Страшно подумать, что бы случилось, если соплеменники Моргана стали бы свидетелями покушения Сабрины на жизнь их лидера. Девушку успели бы убить, пока он был слишком слаб, чтобы встать на ее защиту. Морган представил себе, как розы на ее щеках превращаются в серый пепел, и пришел в ужас.