Шипы и розы (Шепот роз) - Медейрос Тереза - Страница 2

— Надеюсь, ты окажешь нам честь и будешь считать замок Камеронов своим домом до осени, — сказал отец Сабрины.

— Скорее бы она наступила, эта осень, — процедил сквозь зубы гость.

Хозяин замка открыл было рот, но Элизабет знаком призвала его к молчанию. Она единственная заметила, что Морган сцепил зубы, стараясь не показать, как дрожит у него подбородок.

Элизабет подошла к мальчику и нежно коснулась рукой его щеки:

— Мне кажется, сынок, что ты уже скучаешь по матери и отцу.

Он оттолкнул ее руку.

— Нет у меня никакой матери, и замена ей не понадобится, а уж англичанка и подавно.

Паренек не вздрогнул, когда на него упала тень Камерона, и остался стоять, вытянувшись во весь рост. Ему пришлось задрать голову, чтобы взглянуть в лицо Камерона, и глаза его обожгли хозяина замка холодным зеленым огнем. Брайан и Алекс захихикали. Сабрина прикрыла глаза руками, растопырив пальцы, чтобы видеть, как гостю надерут уши за непозволительную грубость.

Но грозно нахмуренный лоб отца медленно разгладился, Камерон улыбнулся и погладил мальчика по голове; тот от неожиданности даже не успел уклониться от ласки.

— Ты говоришь как истинный Макдоннелл, парень. Рожденный и воспитанный воином, совсем как твой отец. Ты будешь служить Камеронам достойно.

— Я служу только Макдоннеллам, — мальчишка затрясся от ярости. — Я ненавижу Камеронов.

Хихикание Брайана и Алекса переросло в громкий хохот. Морган развернулся в их сторону, стиснув кулаки.

— Не смейте смеяться над Макдоннеллом, сосунки! Я вам все зубы повышибаю.

Угроза развеселила мальчишек еще больше. Они зашлись в смехе, схватившись за бока. И прежде чем успели вмешаться старшие, Морган стрелой вылетел из сада, оставив изумленных Камеронов перед воротами.

— Мальчик! Мальчик! — крикнула вслед Сабрина. Если Макдоннеллу не понравились Брайан и Алекс, то он, возможно, согласится подружиться с ней — просто потому, что она девочка.

Не говоря больше ни слова, Сабрина прорвалась сквозь кусты, перелезла стену и бросилась за беглецом.

— Сабрина! — воскликнула Элизабет.

— Не останавливай ее, — Камерон взял жену за руку. — Если кому-то и удастся укротить разгневанного Макдоннелла, то только нашей дочурке.

Властитель клана Камеронов схватился за край стены, подтянулся и проводил глазами две маленькие фигурки, бегущие по лугу.

— Да поможет тебе Бог, принцесса, — прошептал Камерон. — Боюсь, на этот раз тебе понадобится все его могущество и все твое очарование, чтобы добиться своего.

— Мальчик! Подожди, пожалуйста, мальчик! Подожди меня.

Сабрина не могла угнаться за длинноногим Макдоннеллом. Солнце скрылось за темными тучами, и мальчишка казался черной точкой, мелькавшей у лесной опушки. Сабрина мысленно добавила к талантам нового знакомого способность быстро бегать и плашмя свалилась в траву, оцарапав колени. Опасаясь, что скоро начнется дождь, она кое-как встала и затрусила к лесу под защиту развесистых дубов. Под ногу попался корень, девочка споткнулась, покатилась под уклон и оказалась на дне канавы. Юбка Сабрины задралась выше головы.

— Неужели все Камероны такие глупые и упрямые, как ты?

Сабрина выглянула из-под юбки. Морган Макдоннелл стоял над ней, скрестив руки, и презрительно разглядывал то, чему следовало быть скрытым под одеждой девочки. Она оправила юбку и протянула руку:

— Помоги, пожалуйста, мальчик.

Он помог ей встать, потом вытер ладонь о грязную рубаху, словно прикосновение к девочке запачкало его.

— Меня зовут не мальчик. Я…

— …Морган Тейер Макдоннелл, — поспешно вставила Сабрина. — Сын Ангуса Макдоннелла и наследник главы клана. Ты служишь только Макдоннеллам и ненавидишь всех Камеронов. А я — Сабрина, дочь Дугала Камерона.

— Сразу видно, — голос Моргана был пропитан злостью. — Ты как две капли воды похожа на этого дьявола.

Сабрина наморщила лоб, силясь найти нечто такое, где бы их интересы могли совпадать.

— Тебе червяки нравятся?

— Нет.

— А жуки?

— Воины такими пустяками не интересуются.

Сабрина задумалась. Брайан и Алекс еще как интересовались червяками, жуками и пауками, которых с удовольствием подсовывали ей в постель. Может, спросить, действительно ли у него растут волосы на ступнях? Но суровый вид мальчика не располагал к подобным вопросам — глаз его было не разглядеть под опущенными густыми светлыми ресницами.

— Тогда что же тебе нравится?

— Мечи, пистолеты, кулачные бои. — Его сжатые губы раздвинулись, обнажив ровные белые зубы, клыков среди них не наблюдалось. — И всегда побеждать.

Слова Моргана произвели на Сабрину должное впечатление, и, приободренная его улыбкой, она тронула мальчика за руку.

— Вот и хорошо. Думаю, мы подружимся. Ты уже мне ужасно нравишься.

Морган уставился на крохотные пальчики, поглаживавшие его руку. За всю свою жизнь он не знал никого, кроме своих соплеменников и их врагов. Противоречивые эмоции отразились в его зеленых глазах. Потрясение. Страх. Неуверенность. Тоска по человеческому теплу.

Морган резко отдернул руку.

— Я тебе не друг. И ты мне совсем не нравишься.

Улыбка дрогнула на губах девочки, но не исчезла.

— Конечно же, я тебе нравлюсь. Я всем нравлюсь. Папа говорит, что я способна очаровать рысь.

Глаза Моргана потемнели. Сабрина невольно сделала шаг назад.

— Ты и впрямь ничего не понимаешь, — убежденно заявил Морган. — Ты мне не нравишься. И братья твои мне не нравятся. И, уж конечно, мне не нравятся твоя мамаша-англичанка и твой богатый отец, будь он проклят.

На глаза Сабрины навернулись слезы. С малых лет ее все обожали, и она просто не могла понять, откуда у мальчишки столько злости. Его слова нисколько не походили на добродушное поддразнивание, которым порой донимали ее братья.

— Можешь реветь сколько угодно, — махнул рукой Морган. — Чего еще ждать от такой глупой малявки.

— Я не малявка! Мне уже шесть лет!

Морган угрожающе шагнул к девочке, но она не сдвинулась с места. Тогда он легонько толкнул ее в грудь, и Сабрина села в опавшие листья. По лицу ее побежали слезы. Но она тут же встала, вытирая глаза и с усилием сдерживая рыдания. Потом начала карабкаться из канавы и сквозь прерывистое дыхание проговорила:

— Папе не понравится, что ты меня толкнул.

Морган издевательски расхохотался.

— Конечно, не понравится. Давай беги к своему папочке, принцесса. Ябедничай на меня. Скажи отцу, что этот наглый мальчишка тебя толкнул и ранил твою камероновскую спесь. Может, он бросит меня в темницу, чтобы я сгнил, как мой дед, которого упек за решетку твой дед. Или велит меня обезглавить, как Юстас Камерон поступил с Лахланом Макдоннеллом.

Сабрина остановилась, выпрямилась, с достоинством повернулась к мальчишке и глянула ему прямо в лицо:

— О нет, Морган Макдоннелл. Я не маленькая и ябедничать не собираюсь. Что бы ты ни сделал, я все равно никому не пожалуюсь. И, клянусь, ты больше никогда не заставишь меня плакать. Пусть я буду жить вечно, но ни слезинки не пролью из-за такого гадкого мальчика. Ты… ты… — В ее ограниченном запасе обидных прозвищ просто не находилось слова, достаточно оскорбительного для этого наглеца. — Ты настоящий Макдоннелл!

Она выбралась из канавы, хватаясь за корни и ветки, чтобы не скатиться обратно к ногам Моргана, а вдогонку неслась ругань по-гэльски, в которой девочка, к счастью, не понимала ни слова.

Первые тяжелые капли застучали по земле, и Сабрина припустилась бежать. Раскат грома поглотил рыдания Моргана. Будущий глава клана Макдоннелл обхватил тонкими руками ствол дерева и плакал, как ребенок, и слезы его смешивались со струями дождя.

Дугал Камерон грел ноги у огня камина, когда в гостиную ворвалась дочь. Вся мокрая, оставляя влажные следы на драгоценном восточном ковре, девочка бросилась к отцу.

— Попала под ливень, ненаглядная?

Она молча кивнула, ударившись головой о его подбородок. Дугал крепко прижал к груди дрожащий теплый комочек и дал дочери время успокоиться. Он было испугался, что Сабрина сотрясается от плача, но, когда она подняла лицо, ее глаза были сухими и гневно сверкали.