Приключения Бесхвостика Пелле - Кнутссон Йоста - Страница 14

И с этими словами она чмокнула Пелле прямо в нос.

— Девочка права! — послышался голос из публики. Это была Старушка Майя с колокольни. — Девочка права! Дураки мы, что смеёмся, смеяться не над чем!

— Правильно! — послышались голоса. — Пелле не виноват, что ему откусили хвост!

— Давайте поколотим Монса! — крикнул кто-то.

— Поколотим! — закричали все, повскакали со своих мест и набросились на Монса. Ох, и досталось же ему — будьте уверены!

А Пелле и Ингрид веселились вовсю на весеннем балу, и это был самый весёлый бал, какой можно только вообразить.

Глава четвёртая. Снова лето!

Снова наступило лето.

— Ты когда поедешь в деревню? — спросил Бесхвостик Пелле Монса, встретив его в Норном переулке.

— В деревню? — подозрительно спросил Монс. — Это ещё что за глупости?

— Никакие не глупости, — сказал Пелле. — Мы завтра едем в деревню — Биргитта, Улле, их папа с мамой и я. Мы поедем на поезде, и мне придётся несколько часов лежать на подушечке в корзинке. Кстати, ты видел мою подушечку? На ней вышита жирнющая салака!

Монс впился глазами в Пелле.

— Тебе не надоело хвастаться? — прошипел он.

— Что, опять? — спросил Биль, высунувшийся из подвального окошка.

— Снова хвастается? — ещё один розовый нос появился в окошке. Это был Буль.

— Хуже, чем когда бы то ни было, — сказал Монс. — Теперь он, видите ли, поедет в деревню и будет валяться на подушечке с вышитой салакой. Лучше бы они тебе хвост вышили на этой подушечке. Просто, чтобы напомнить кое-кому, чего у него не хватает.

Теперь захохотали Биль и Буль. Они просто хватались за животы от хохота, Монс был очень доволен. Пелле смущённо облизнулся.

— Я тебе вот что скажу, — продолжил Монс, — настоящий кот не шляется туда-сюда, не ездит в деревню и не выпендривается, как ты. Я, например, всегда жил в сарае в Коньковом переулке, и можешь быть уверен, ничто не заставит меня тащиться в какую-то деревню — потому что я городской кот, а городские коты должны жить в городе. Можешь записать это в свою записную книжку, если она у тебя есть.

Закончив эту тираду, Монс огляделся, чтобы проверить, какое впечатление она произвела на окружающих. Биль и Буль смотрели на него с восхищением.

— Нет у него книжки! — сказал Биль и посмотрел на Буля.

— Откуда книжка-то? — сказал Буль.

— Так пускай он запомнит эти слова, раз у него нет записной книжки, — назидательно сказал Биль.

— Он просто должен выучить их наизусть, — сказал Буль.

— Как же вы не понимаете, — сказал Пелле, глотая слёзы, — если вся семья едет в деревню, я не могу остаться один в квартире! К тому же я соскучился по Большой Стине. Она куда симпатичнее, чем вы.

И Пелле ушёл. А Монс, Биль и Буль завопили ему вслед:

Эврабу совсем не изменился с прошлого лета. И добрая старая Большая Стина тоже не изменилась, хотя усы её немного поседели.

— Старею, — вздохнула она. — Подумай только, вчера я упустила этого негодного Фабиана у прачечной! Раньше-то мне ничего не стоило прищучить эту мерзкую крысу. А как твои дела, Пелле? Научился ловить мышей? Да ты, должно быть, уже специалист!

— Мьэ-э-э, — с сомнением сказал Пелле, — в городе не очень-то потренируешься. И потом, там так много салаки, что о крысах даже думать не хочется. Так что я мышей не ловлю, да по правде сказать, их там почти и нет. Не то что здесь, у вас. У нас мыши только в подвале, да и то не мыши, а какие-то огромные крысы, к ним даже подойти страшно. А здесь у вас — выбирай на любой вкус.

— Это так, — подтвердила Большая Стина. — Особенно славятся наши полевые мыши. Их не стыдно подать на обед самому кошачьему королю.

— А как наши старые друзья? — спросил Пелле. — Где телята Бринкеберг и Брункман? По-прежнему стоят в стойле?

— Если бы, — вздохнула Большая Стина и смахнула слезу. — К сожалению, Бринкеберг и Брукман уехали, и никогда больше сюда не вернутся.

— Какая жалость, — сказал Пелле. — Такие славные ребята. А куда они уехали?

— Кто знает, — снова вздохнула Большая Стина. — В один прекрасный день явились двое мужчин и забрали их. Как я ни выгибала спину и ни шипела на них — не помогло. Забрали и увели. Как вспомню, как эти несчастные плелись за ними, так становится грустно… Не понимаю, мне, наверное, что-то попало в глаз, — вдруг сказала она.

— Что-то летает в воздухе, — сказал Пелле. — Мне тоже что-то в глаз попало.

И он начал яростно тереть глаза лапой.

В этот момент по каменному забору шёл конюшенный кот Юнас.

— Вы что, здесь стоите и ревёте? — спросил Юнас. — Вот смеху-то!

— Ревём? — сказал Пелле. — Как бы не так! Будем мы стоять и реветь среди бела дня! Ты, похоже, сошёл с ума, Юнас! Если у нас слёзы на глазах, так это потому, что в воздухе летает какая-то дрянь, мог бы и сам сообразить!

— Как же, как же, — сказал Юнас с издёвкой, — чего тут не понять. Только летает никакая не дрянь, а отменные воробьи, и вы расплакались, что не можете их поймать. Ну, пока. Пойду раздобуду что-нибудь на обед.

— Юнас так же глуп, как и Монс, который там, у нас дома, — сказал Пелле.

— Юнас необразован, — сказала Большая Стина. — Впрочем, чего можно ждать от кота, который живёт на конюш-

Глава пятая. Пелле — корабельный кот

Как-то раз Улле, младший брат Биргитты, нашёл на чердаке старинную книгу под названием «Необитаемый остров». Это была страшно интересная книга, и Улле «проглотил» её от корки до корки за один день. В книге шла речь о корабле, потерпевшем кораблекрушение в открытом море. Весь экипаж погиб, в бушующих волнах — все, кроме двоих моряков и корабельного кота, которым удалось спастись в крошечной шлюпке. Волны много дней носили их по морю, пока утлое судёнышко не выбросило на необитаемый остров, где росли кокосовые пальмы и с деревьев свисали толстые лианы. Моряки построили себе хижину и жили в ней со своим котом несколько лет среди обезьян, ядовитых змей и огромных ящеров — остров просто кишел разными чудовищными хищниками. Много страшных приключений пережили моряки.

Улле не мог оторваться от книжки. Он прочитал её от первой до последней страницы, потом ещё раз и ещё — у него даже глаза покраснели от чтения. И его двоюродный брат Ниссе, приехавший погостить в Эврабу, тоже прочитал книгу. Целыми днями мальчики не могли ни о чём другом говорить, как об этой книге.

— И что, — сказал Ниссе, — тебе ничего не приходит в голову?

— О чём ты? — спросил Улле.

— А ты как думаешь? Мы с тобой вполне могли бы стать этими моряками. И кот корабельный у нас есть — Бесхвостик Пелле. На озере полно островов, и лодка стоит на причале. Так что мы в любой момент можем поиграть в «Необитаемый остров».

— Не думаю, что Пелле любит воду, — с сомнением сказал Улле.

— Полюбит, куда он денется, — решительно заявил Ниссе. — Я вообще считаю, что вы чересчур носитесь с этим бесхвостым котёнком. Он ничем не лучше других.

— Неправда, — сказал Улле. — Этот бесхвостый котёнок как-то потушил пожар у нас дома.

— Ну, раз он совершил такой подвиг, значит, и воды ему бояться нечего, — засмеялся Ниссе. — Он просто прирождённый корабельный кот.

— Тогда мы должны всё это сделать тайно, чтобы никто ничего не знал, — сказал Улле. — Если Биргитта проведает, что мы собрались с Пелле на озеро, она нам устроит весёлую жизнь.

— По-моему, твои родители собирались завтра в город? — спросил Ниссе.

— Собирались, — сказал Улле. — И что из этого?

— Завтра и отправимся, — сказал Ниссе и сделал страшные глаза. — С корабельным котом Пелле. На необитаемый остров.

Так оно и вышло — на следующий день родители Улле уехали в город.

— Пожалуйста, не вытворяйте тут ничего такого, — сказал папа, прощаясь. — Вечером мы вернёмся и привезём вам что-нибудь интересное. Что тебе привезти, Пелле?