Приключения Бесхвостика Пелле - Кнутссон Йоста - Страница 11

После той знаменитой экскурсии Монс, когда он встречал Пелле, выглядел слегка обескуражено, хотя пытался делать вид, что ничего не произошло и держался довольно дружелюбно. Иногда он даже произносил несколько слов, например: «Неплохой снежок выпал ночью, а?» или «Вчера на базаре салаки было — завались», или что-нибудь в этом духе. Внешне это звучало вполне добродушно, но в действительности Монс был все ещё зол на Пелле и охотно сделал бы ему какую-нибудь гадость, но не мог придумать, какую.

Сегодня Монс сказал:

— Тоже прогуливаешься? — и хотел было пойти дальше, но Пелле остановил его вопросом:

— А ты какие подарки получил на Рождество?

— Подарки? — Монс наморщил нос. — Это ещё что за глупости?

— Я думал, ты знаешь, — сказал Пелле. — Это такие штуки, которые тебе дарят на Рождество. Мне, например, подарили мячик и мышь — игрушечную, понятно.

— Ещё бы! — ехидно расхохотался Монс. — Ещё бы тебе подарили живую мышь! Ты бы помер со страха, не знал бы, как ноги унести.

Пелле растерянно облизнулся. Он хотел бы ответить что-то язвительно-остроумное, чтобы сразить Монса наповал, но как назло, ничего не приводило в голову.

А Монса прямо распирало от ехидства.

— Чтобы поймать мышь, — крикнул он и двинулся дальше, — надо быть настоящим котом. Счастливого Рождества!

И только когда Монс уже почти ушёл, Пелле нашёл достойный ответ.

— А чтобы пожар погасить, надо быть очень настоящим котом! — крикнул он вслед Монсу.

А Монс прямой дорогой направился в старый сарай в Коньковом переулке. Там он встретил всю компанию: и Биля, и Буля, и Фрица, и Фриду. Они сидели и играли в карты. Игра называлась «Смешные семейки».

— Попрошу-ка юную Мышку-Полёвку, — сказал Фриц.

— А у меня её нет, — ответила Фрида. — Зато, как мне кажется, я вполне могу рассчитывать на пожилого господина Крота.

Фриц с неудовольствием отдал ей пожилого Крота. Теперь все четыре карты семейки Кротов были на руках у Фриды, и она довольно потягивалась.

Тут вошёл Монс.

— Бесхвостый Пелле, по-моему, вот-вот лопнет от зазнайства, — сказал он.

Остальные настолько заинтересовались этим сообщением, что бросили играть, только Фрида никак не могла налюбоваться на своих Кротов.

— Ты что, встретил его? — спросил Биль.

— Повстречал ты его, что ли? — сказал Буль.

— Только что, на Дворцовом Взвозе, — мрачно сообщил Монс. — Он нёс какой-то бред о рождественских подарках, которые он якобы получил. Задавался, в общем, как всегда. И — хотите верьте, хотите нет, он по-прежнему хвастает, что потушил пожар. Я уже не выдерживаю.

— Надо положить этому конец, — екдзал Биль.

— Покончить с этим надо, — сказал Буль.

— Похоже, что придётся, — сказал Фриц. — Как ты думаешь, Фрида?

— О ком ты? О юном Кроте? — она была настолько поглощена картами, что вообще не слышала, о чём идёт речь.

— Я знаю, что делать, — вдруг сказал Монс.

— Что делать? — спросил Биль.

— Что делать-то будем? — повторил Буль.

— Мы устроим новогоднюю вечеринку, — сказал Монс, — и пригласим Пелле.

— И поцарапаем его! — воскликнул Фриц. Глаза его загорелись.

— Нет, не поцарапаем, а вот что, — сказал Монс внушительно. — Он хвастался своими рождественскими подарками, а от нас он получит новогодний подарок, да такой, что просто сгорит со стыда.

— А какой? — спросили все в один голос.

— Пока не скажу. Но посмеёмся мы вволю, это уж точно, — заверил Монс.

— Замечательно! — сказал Биль.

— Превосходно! — воскликнул Буль.

— Великолепно! — закричал Фриц. — Что скажешь, Фрида?

— Вы о ком? О старенькой госпоже Крот? — спросила Фрида.

Глава двадцать первая. Пелле празднует Новый год

Несколько дней спустя, прямо перед Новым годом, Пелле и Монс опять встретились на улице.

«Что это с Монсом? — подумал Пелле. — Он просто светится».

И точно, можно было подумать, что Монс решил исправиться.

— Ты уж прости меня, Пелле, — сказал он, — если я тебя обидел тогда.

— Да ладно, — сказал Пелле, — я тоже вёл себя не так уж хорошо. Но я на тебя не сержусь.

— Ну вот и хорошо, — обрадовался Монс. — И ещё я хотел тебя спросить, нет ли у тебя желания прийти к нам на новогоднюю вечеринку, в этот, знаешь, большой сарай в Коньковом переулке. Закусим, как следует, и все получат подарки.

— Звучит неплохо, — сказал Пелле, — лишь бы вы не столкнули меня в озеро.

Монс засмеялся.

— Ты же знаешь, что в сарае нет никакого озера!

— И правда, нет, — сказал Пелле и засмеялся с облегчением. — Спасибо, я приду. А когда?

— В семь часов, — сказал Монс. — Одежда обычная.

И Монс зашагал дальше. Не так-то трудно было надуть этого Пелле!

На вечеринку собралось несметное количество кошек. Кроме Монса, Биля, Буля, Фрица и Фриды — вы их уже знаете, — пришло ещё множество, которых Пелле никогда не видел. Тут были Большой Клаас и Маленький Клаас, и Рикард, и весёлые сестрички Хильда и Хульда, и даже был гость издалека, некий Мурре из Скугстиббле, приехавший в город навестить своих родственников.

Праздник удался на славу. Мурре из Скугстиббле рассказывал истории из сельской жизни. Рассказы его, может быть, были не так уж и забавны, но сам Мурре так заразительно фыркал и хохотал, что просто нельзя было не рассмеяться. Большой Клаас показывал фокусы, а Хильда и Хульда танцевали чечётку. И наконец настало время подарков. Монс с важным видом раздавал пакеты. Фриц получил миску для молока, а Фрида — палочку для облизывания, которую она тут же начала лизать.

Настала очередь Пелле. Монс достал небольшую коробочку. Коты обступили Пелле — всем хотелось поглядеть на подарок.

В коробочке лежала медаль! Она была уродливой и неуклюжей, и на ней было написано: «Кот-задавака».

— Друзья мои! — воскликнул Монс. — Мы все знаем, как Бесхвостый Пелле любит медали, поэтому мы вручаем ему самую подходящую для него медаль. Дамы и господа! На медали написано «Кот-задавака», а на обратной стороне начертаны слова, которые кое-кому неплохо было бы зазубрить на всю жизнь. Здесь написано: «Лучшее украшение кота-хвост!»

Ох, какой поднялся хохот! Мурре из Скугстиббле просто свалился со стула и катался по полу, обхватив живот передними лапами. Фриц и Фрида сделали от радости кульбит. Ничего смешнее в своей жизни они не видали.

— Сейчас мы наградим хвастунишку Пелле медалью, — торжественно сказал Монс. — Но где же он? Он что, сбежал?

Во всеобщей суматохе никто не заметил, как Пелле исчез.

Он медленно шёл домой, и в горле у него стоял комок.

— Почему они меня так ненавидят? — чуть не плача, вздыхал он. — Как будто я виноват, что у меня нет хвоста.

Но новогодний праздник закончился для Пелле всё-таки просто замечательно.

Когда он пришёл домой, его немного пожурили, что он в такой день ушёл из дому без позволения. Но потом Биргитта посадила его на высокую подставку для цветов, и папа торжественно поднялся из-за стола. В руках у него был красивый футляр. Он открыл его, и там на красном бархате лежала роскошная блестящая медаль. На ней было написано не «Кот-задавака», а «За примерные поступки». Биргиттин папа попросил тишины и произнёс следующее:

— Дорогой Пелле! Мы решили, что в первый день нового года ты получишь новую медаль вместо той, что ты потерял. Потому что ты очень хороший кот, ты заслужил медаль, и она у тебя будет. И эта медаль ещё красивее, чем та, поэтому я предлагаю, чтобы ты носил её не всегда, а только в торжественных случаях — на званом обеде, на свадьбе, ну и так далее. А так пусть она висит над твоей корзинкой. Да здравствует Пелле! Ура!

Да, это был настоящий новогодний праздник. Единственное, о чём жалел Пелле, что Монс и все остальные коты этого не видели.