Поцелуй пирата - Медейрос Тереза - Страница 57

С заплаканным лицом Люси без сил опустилась на бухту канатов, оцепенело глядя на дощатый пол. Морис бережно накинул ей на плечи свой жилет. За подобный мятеж любого из матросов оставили бы на необитаемом острове с одним пистолетом, чтобы он смог застрелиться, прежде чем начнет умирать от голода и жажды.

Морис поспешил разослать людей с поручениями. Не все они воспринимали появление женщины на корабле с таким суеверным страхом, как Тэм или Падж. Тэм украдкой схватил свой пистолет и мгновенно исчез. Однако Падж почему-то медлил, проявляя несвойственную ему в подобных обстоятельствах смелость.

Он вытер взмокшую ладонь о красный шейный платок и застенчиво протянул руку Люси:

– Я… я прошу прощения, мисс. Не нужно мне было вас так называть. Это было нехорошо с моей стороны.

Люси взглянула на круглую физиономию, которую украшали знакомые очки, затем грустно улыбнулась и успокаивающе пожала матросу руку.

– Все забыто, сэр. Мне тоже не стоило вас так пугать.

– Последи за парусом, Падж, – мягко подтолкнул его Клермонт.

– Есть, сэр!

Он отдал капитану честь, пожирая его влюбленными глазами, и кинулся выполнять приказ.

– Падж ужасно боится женщин, – тихо сказал Морис. – Бедняге попалась в жены настоящая ведьма. Она изводила его бесконечными скандалами и даже побоями. После того как эта стерва ударила его кочергой по ногам, когда он спал, он не выдержал и сбежал от нее.

Меньше всего сейчас Люси интересовала судьба бедняги Паджа. Она смотрела на море, щурясь от солнца. Приятный ветерок трепал ей волосы, в гребнях волн рябили солнечные зайчики. Это был ее первый глоток свободы за все дни, проведенные на шхуне.

Морис подошел к Люси, но она по-детски расставила локти, защищаясь.

– Вы носили очки Паджа, да?

Он кивнул:

– Ох, эти проклятые очки! У меня от них дьявольски болела голова.

– А Тэм?

– Когда шхуна осталась в море, он ждал на берегу на случай, если понадобится мне. Потом вы стали угрожать мне увольнением… – Морис осекся. – А что касается самого Тэма, то он всегда хотел стать монахом. Но парень никак не мог выдержать обет безбрачия. Когда его застали в постели с молодой послушницей…

– Все ясно, – перебила его Люси. – Словом, теперь я воочию вижу, что ваша команда состоит из самых отчаянных головорезов Англии. Отлученный от церкви монах. Философ-любитель, который считает насилие неприемлемым способом борьбы с несправедливостью. Парусный мастер, который боится собственной тени…

– Но вы еще не видели Фиджета, – с лукавой усмешкой перебил Клермонт. – Он на самом деле убил свою свекровь. Правда, говорят, не родилась еще змея, которая больше заслуживала бы этого.

– Стоило бы ее свести с женой Паджа, – пробормотала Люси.

– Прошу прощения, если пришлось вас разочаровать. Вопреки тому, что о них пишут, большинство пиратов самые обыкновенные люди, которые по разным причинам уходят в море. Одни, спасаясь от жестокости хозяина. Другие – от безнадежной нищеты и серости жизни. Среди нас есть даже дезертиры королевского флота, которые не выдержали зверского обращения своих капитанов.

Люси насмешливо взглянула на него.

– Значит, вы – единственный настоящий злодей на вашей шхуне?

– Вряд ли, – осторожно проговорил Морис. – В конце концов, любой человек может стать злодеем, если столкнется с искушением, которого не сумеет преодолеть.

Она отвела взгляд, сделав вид, что только сейчас заметила Аполло.

– Если вы позволите, капитан, я попрошу вашего старшину проводить меня в мою… тюремную камеру.

– Люси! – с волнением воскликнул Клермонт.

– Да, капитан? – равнодушно отозвалась она, не показывая вида, как ее тронула та нежность, с которой он произнес ее имя.

– Ваше право верить или не верить мне. Но я действительно не нанимал тех хулиганов, которые напали на вас. И я никогда себе не прощу, что оставил вас тогда одну.

Люси молча смотрела на море, всем сердцем желая ему поверить. Ее удерживало опасение, что он снова сочтет ее легковерной дурочкой.

Морис напряженно ожидал ее решения. После того как он столько раз обманывал ее, ему было необходимо, чтобы она поверила хоть в этом.

Когда наконец Люси повернулась к нему, ее глаза сверкнули с прежним вызовом, которого он уже давно не видел в них.

– Я не могу сказать, что верю вам, сэр. С другой стороны, у меня нет доказательств вашего участия в том нападении. Если бы я их имела, то сейчас Падж уже зашивал бы вас в парусиновый мешок.

С этим сомнительным отпущением грехов она встала и величественно направилась к старшине. Морис взглянул на Аполло и сделал ему какой-то знак. Невозмутимое лицо его товарища отразило мгновенное удивление, но в следующую минуту он отсалютовал капитану в знак подчинения.

Морис облегченно вздохнул. Люси хотя бы отчасти поверила ему. Теперь, даже если это будет стоить ему некоторого беспокойства, он готов отплатить ей той же монетой.

На обратном пути трюм уже не казался девушке таким страшным и запутанным. Она едва поспевала за Аполло.

– У вас очень болит голова, Аполло? Мне так стыдно! Но дело в том, что накануне я страшно разозлилась.

Под руку подвернулась подушка, ну, я швырнула ее в дверь, а потом забыла убрать.

– Бог с ней, с подушкой, мисси, – отвечал гигант, потирая солидную шишку на лбу. – По правде говоря, меня больше беспокоят ваши угрозы убить капитана.

– Я подумаю над этим, – уклончиво пообещала Люси.

Он проводил ее в каюту и, поклонившись, собирался уйти. Люси высунула голову за дверь.

– Аполло?

– Да, мисси?

– Вы ничего не забыли?

Он растерянно нахмурился, затем просиял широкой улыбкой.

– Ваш ленч! Сейчас же принесу. – И он быстро затопал по коридору.

Люси только теперь ощутила голод, но не это беспокоило ее.

– Да не ленч! Дверь! Вы забыли запереть дверь!

Аполло на ходу обернулся, сияя радостной улыбкой.

– Нет, не забыл, просто больше это не нужно. Капитан разрешил вам гулять по всей шхуне.

Люси тихо опустилась на пол, ошеломленно глядя ему вслед. Может, Аполло и не понимал этого, но Морис дал ей нечто большее, чем право передвижения по своему кораблю.

Все – таки брюки и рубашка Мориса были безнадежно велики Люси. Тогда Падж взялся за иголку, и благодаря его стараниям старая одежда Тэма вскоре выглядела так, словно была сшита специально для нее. Ее тоненькая фигурка быстро примелькалась матросам «Возмездия».

Когда Тэм окончательно забыл пережитый им страх под ударами ее зонтика, то оказался самым дружелюбным компаньоном. Он со снисходительным терпением старшего брата сопровождал ее во всех прогулках по кораблю. Люси с улыбкой замечала его склонность поважничать перед ней.

Казалось, шхуна была построена каким-то гениальным мастером, наделенным к тому же довольно странным чувством юмора. Все ее три палубы и трюм имели потайные люки, скрывающие под собой трапы. Люси постоянно боялась упасть в какой-нибудь из этих люков. Их крышки откидывались порой совершенно неожиданно, стоило только прислониться к бизань-мачте или потрогать скважину замка в ружейном складе.

Постепенно Люси стала разбираться, что к чему.

Зачастую единственная возможность спасения пиратского корабля от преследования целиком зависела от его способности мгновенно развивать большую скорость и быстро и незаметно ускользать от противника. Следовательно, ему необходима была искусная маскировка. Не случайно традиционную белую парусину на шхуне заменили плотным черным шелком, благодаря чему она и сливалась с чернильно-черными волнами ночного моря. С этой же целью все деревянные части корпуса и палуба старательно выкрашивались черной краской, которая регулярно подновлялась. Внушительная по размерам камбузная печка, установленная на корме, служила для выбрасывания столбов пара, под прикрытием которого шхуна могла незаметно исчезнуть.

Оказывается, таинственное отсутствие людей на палубе «Возмездия», так поразившее Люси во время ее первой встречи со шхуной, объяснялось довольно прозаично. Дело в том, что на одном уровне с фальш-бортом находилась фальш-палуба, состоящая из складывающегося каркаса с натянутым на нем черным брезентом. В случае неожиданного нападения противника, когда обстоятельства вынуждали к поспешному бегству, каркас за считанные минуты расправлялся над палубой, скрывая баки, шканцы и носовую часть палубы. К тому же он давал неоценимое преимущество в скорости и маневренности судна под парусами. А команда в это время спокойно управляла кораблем снизу, используя хитроумную систему блоков, зеркал и потайных отверстий.