Житие Иса. Апокриф - Мазуркин Александр - Страница 25

– Не только, – внимательно прищурился Ис. – Сбавляю скорость, подходим к перевалу.

– Неплохо бы сбросить и высоту, – заметил Геф, – посмотрим поближе.

– Снижаемся.

Для снижения не нужно было выпускать газ – он откачивался и сжижался. Высота не превышала ста метров. Корабль плыл над пыльной дорогой, ведущей на перевал. На самом перевале под ними было уже метров пятьдесят. Внизу с одной стороны отбрасывали короткую решетчатую тень проволочные заграждения, с другой – чернел затененный валом и частоколом ров.

Свои были предупреждены, но и они выскочили из укрытий, разинув рты, смотрели на огромное парящее веретено до тех пор, пока оттуда не раздался знакомый командирский голос Улука, приказывающий уйти в укрытие. Люди, знавшие крутой нрав своего начальника, исчезли, словно их не было. Для них мистика кончилась: уж коли этот лихой рубака и гроза нерадивых вознесся на этой штуке, все так и должно быть.

Когда же корабль завис над противником, там началось невообразимое. Многие, пав на колени и обхватив головы руками, ждали кары небесной, а может быть – и конца света. Впрочем, в имперской теогонии конец света, кажется, не был предусмотрен. Вышедший из шатра наместник взглянул на небо и окаменел. Когда его коснулась тень корабля, он даже глаза прикрыл от ужаса. Но на колени все же не пал. Стояла мертвая тишина. Даже лошади, словно что-то почувствовав, перестали ржать и рыть копытами землю.

Ис отворил нижнюю створку носового обзорного люка, высунул голову в шлеме – шлем его заставил надеть Геф, опасаясь случайной стрелы, – и, не напрягая голоса, сказал:

– Липпин, в прошлый раз ты едва унес ноги из нашей долины, в этот раз ты даже не попадешь туда. Я могу испепелить тебя и твой лагерь. Ты слышишь меня? Имперские солдаты, слышите ли вы меня?

– Слышим, – прошелестело внизу.

– Отлично. Пока вы живы, советую вам убираться к… в общем, в свою метрополию.

– Я посмотрю, кому и куда убираться! – вдруг обрел дар речи Липпин.

Геф сразу же оттянул назад Иса и захлопнул створку:

– Можешь через рупор говорить, еще лучше слышно будет.

– Есть ли кто в твоем шатре, Липпин?

– Нет, – ответил ошарашенный наместник.

– Отойди. И солдаты пусть отойдут. Сейчас он загорится.

Повторять не пришлось. Мгновенно вокруг шатра образовался пустой круг. Наместник медленно вышел из круга.

Ис прицелился и метнул из открытого на мгновение люка глиняный сосуд. Хрупкая глина лопнула на вершине шатра, брызнули огненные ручьи, шатер вспыхнул как сухая щепа.

– Тушить не советую. Если здесь есть участники прошлого похода, они могут порассказать, что это такое.

Участники были. И круг раздался еще шире.

– Давайте возьмем наместника, – вдруг предложил Улук.

– Нави, готовь лассо, ты же бывший пастух! – перешел к делу Ис.

Корабль отлично управлялся, и Ис толчками подвел его к тому месту, где неподвижно стоял глядящий в огонь Липпин. Солдаты отползли на четвереньках, не смея поднять головы. Наместник стоял, словно понимая, что бежать бесполезно. Внизу раздался вопль ужаса. И сразу после этого спокойный голос Нави:

– Можно подниматься, баран на борту.

Корабль набрал высоту в тридцать метров и медленно прошел над имперским лагерем.

– Слушайте все! – гремел сверху динамик. – Все, кто останется здесь до завтра, будут испепелены. Идите к морю, грузитесь на корабли и отправляйтесь домой.

И Ис похлопал потного Липпина по вздрогнувшему плечу.

Корабль еще не успел улететь, как шевельнулись возы, а уже издали увидели они клубы пыли, поднятые ногами солдат, спускавшихся с перевала. Им долго идти до Лазурного моря, минуя города: заходить в них Ис запретил.

– Теперь – курс на Узкую щель.

Там произошло то же самое. А день едва перевалил за середину.

– Воистину время измеряется не часами, а событиями, – изрек вдруг, вновь обретя велеречивость, Учитель.

– Прикажешь высечь это на каменных досках? – смиренно прошептала, лукаво блеснув глазищами, Мер.

– Бронза надежнее, – не растерялся Ис. – И дайте, бога ради, чего-нибудь покрепче воды нашему гостю, а то он не дождется посадки.

Обмякшему наместнику дали вина.

– До Священного города теперь меньше часа полета. А у нас там есть кой-какие дела. И верховному жрецу это будет приятным сюрпризом.

– Воображаю! – расхохотался Ртеп и энергично потер руки.

28

—Привет, Иф! – раздался с неба громовой голос, когда верховный жрец во главе семидесяти высших жрецов вышел из храма, дабы встретить небесного посланца. Верховный жрец задрожал, услыша этот голос, – у него была хорошая Память – и, как был, в парадных одеждах, опустился в пыль. Его спутники рухнули ничком, бороды в пыли, не решаясь поднять глаз. Они тоже знали, чей это голос!

– Онемел или не признаешь? В прошлый раз ты был побойчее! – наслаждаясь, гремел Ис.

Корабль снижался, уже можно было различить сквозь остекление рубки Иса, сзади него – Ртепа, Мер, Улука и Гефа, полубесчувственного Липпина успели убрать из рубки в нижнее помещение. Мер накинула на плечи Иса широкий фиолетовый плащ:

– От этого зрелища, как ты изящно выражаешься, жрецов хватит кондратий.

– Помилуй нас! – поднял дрожащие руки верховный жрец, он уже уверовал в Учителя. И трудно было осуждать его за это, слишком много впечатлений обрушилось на эту голову, хотя и не была эта голова дурной!

«Все так, но кузнец Геф сразу воспринял все по-иному!» – словно прочел мысли верховного жреца Ис. И снова докатилось снизу:

– …в священных книгах сказано…

– Что сказано в священных книгах, мы здесь разбирать не будем, – ответствовал Ис.

Верховный жрец умолк, сраженный собственной дерзостью. И медленно лег ничком, положив руки на голову.

– Прямо-таки классический жест, – неприметно толкнул в бок Учителя Геф.

И только взволнованный Ртеп начисто утратил чувство юмора.

Вот если бы он был на месте Учителя! Как бы он сказал!

Но все оставались на своих местах, и приходилось довольствоваться красноречием Иса:

– Немедленно распусти мздоимцев – храмовых стражей. И сам зарабатывай хлеб руками, а не кадилом! Десятина – отменяется. Все рабы – свободны. Имперских солдат – вон, их соплеменники уже ушли с перевалов. Они двинулись к морю садиться на корабли…

По плексигласу звякнула стрела, выпущенная имперским лучником. Других стрел не было – стрелка разорвала на куски наэлектризованная толпа. Прежде чем Ис договорил, толпа ринулась к имперской резиденции, хватая по дороге ошеломленных такой решительностью имперских солдат и вытряхивая их, как раков, из панцирей. Лишь голос Иса остановил всеобщее избиение. А через час, опасливо оглядываясь, сломленные солдаты Империи покинули бурлящий город.

– Ртеп, остаешься здесь комендантом. Нави, оставь ему свой десяток. Улук, будешь помощником Ртепа. Срочно собери имперское оружие, организуй охрану – здесь найдутся любители руки погреть! Борова-наместника – вон с корабля! Мы возвращаемся в долину. Люди, здесь остается мой друг Ртеп, я скоро вернусь!

Наместник не ушел далеко – его забили каменьями у городских ворот. Это уже потом Улук сформировал милицию и навел порядок.

Корабль пролетал над Малой долиной, и Ис снизился до бреющего полета. И когда аппараты, сжижавшие гелий, вдруг вышли из-под контроля и стали потреблять чудовищные порции энергии, Ис почувствовал знакомое полуобморочное состояние. Вновь совершился переход. Корабль вынырнул в пространство над каким-то парным чавкающим болотом. Ис рванул ручку, рабочие баллоны вновь наполнились гелием, и корабль медленно пошел вверх, направляясь туда, где виднелись белые от пены пороги какой-то реки с берегами, заросшими буйной зеленью.

– Земля! – каким-то непонятным чувством определил Ис. – Пожалуй, Африка.

Они едва дотянули до твердого берега – истонченная при пространственно-временном переходе оболочка не выдержала.

ВТОРОЕ ПРИШЕСТВИЕ

1

Они возникли в пустыне, недалеко от маленького оазиса – расчет был точен, ошибка в десять-пятнадцать километров была допустима.