Там, где нас не ждут (СИ) - Москаленко Юрий "Мюн" - Страница 62

Прокачка колодца между занятиями также занимает массу сил, я уже прокачался весьма не плохо, ещё немного и в этом месяце, точно, Хэрна догоню. Но, увы, по прилагаемой силе я всё также на нулях, нужна практика, причём боевая и надо ещё подрасти физически — сил не хватает.

Комплексы, что разработал Хэрн, повторяем постоянно, он разработал их для всего, тут и копьё, и шест, и багеры, и ножи, и кинжалы, и для работы со щитом. Даже работу с арбалетами, дотошный Хэрн, пытается перевести на комплексы. Вот только томагавки обделены его вниманием, принципиально не прикасается к ним, и мне самому приходится придумывать для них порядок применения, и также сам вырабатываю технику броска.

Сегодня, после двухстороннего боя на багерах, настоящего боя с клинками (я и Хэрн были в пошитых костюмах из кожи монстрика, но и они не всегда помогают), сильный порез получил Хэрн. Если бы я не удержал удар, то точно бы оставил учителя без головы, а так глубокий порез на шее. Очень удобно багером наносить двойной удар на завершающей фазе атаки. Пришлось срочно лечить, ставя сразу плетение второго уровня с максимальной приложенной силой, в результате чего ему резко похорошело, а мне очень сильно поплохело. И вы думаете, благодарный наставник разрешил мне отдохнуть, дудки, погнал отрабатывать заключительную часть занятий, прогоняя комплексы на скорость, причём одновременно и желательно синхронно с ним. Вот тут меня второй раз за все занятия просто отключило. Копьё летало само по себе, выкручивая разные пируэты, а моё я мысленно разбирало волнующий меня вопрос уменьшения времени, создания рун. Очнулся только тогда, когда Хэрн меня похвалил за точность выполненных упражнений.

— постой Хэрн, меня только, что снова накрыло, я не участвовал в твоих танцах, я думал о другом!

Хэрн посмотрел на меня, хмыкнул, и спросил такое, чего я от него никак не ожидал услышать

— ты, что думаешь, я не заметил? — а потом продолжил — Именно для этого я каждый раз и требую быстрого и точного выполнения комплексов. Сейчас, когда ты работаешь головой, следя за тем, правильно ли ты выполняешь движения или нет, любой воин сделает тебя на раз. Поверь, любой. Потому, что они прошли реальные бои, и там цена ошибки смерть или увечья. Пока ты очень слаб, может какого-нибудь крестьянина ты и способен осилить, но на сегодня это твой потолок. Поэтому и проводим тренировки с полной отдачей сил. Я хочу, чтобы хотя бы из первого настоящего боя ты вышел живой, не победителем, хотя это тоже важно, но главное — живым. Понятно. Тренируйся у тебя ещё всё впереди — и через паузу добавил — надеюсь!

Я стоял как оплёванный. Я не считал ещё себя великим воином, но и мальчиком для битья не считал, а тут такой удар — обидно. Хэрн подошёл, приобнял меня за плечи:

— не расстраивайся. Я не хочу, чтобы ты себя переоценивал при встрече с достойным и сильным противником, это будет для тебя фатальным. Твой козырь, это в первую очередь арбалет и магия, потом всё метательное оружие и уже на самый крайний случай, если не сможешь убежать, кинжалы, багер и шест. О копье пока молчу не та у тебя пока сила, не та, но знания они всегда будут с тобой, поэтому учись, совершенствуйся и тренируйся. А теперь на прокачку, отдохнул, хватит.

После такой лекции я ещё более старательно начал относиться к занятиям, особенно после обеда досталось арбалетам и томагавкам.

Арбалет я заряжаю теперь только магически, к концу занятий я по манне и силе пустой. Но всё равно работаю через силу, вытягивая из себя всё, что есть заодно и прокачиваюсь. Жаль, что зарядные магазины рассчитаны только на четыре болта. За два часа меня хватает на сорок выстрелов, представляете сорок. Мой носимый с собой запас болтов составляет пять магазинов, то есть двадцать выстрелов. Четыре магазина в подсумке, а пятый пристёгнут к арбалету. Я всё чаще возвращаюсь к мысли попробовать напитать болты энергией, но страшно. Уже несколько раз порывался, и каждый раз что-то да останавливало.

Сегодня занятие шло немного нервно. После таких откровений держать себя в узде становилось всё сложнее и сложнее. После часа стрельбы, причём бегом с препятствиями, при зарядке арбалета с помощью магии ничего сложного в этом нет, я подряд три раза промазал по стоящей мишени. По мнению Хэрна я сам ни в коем случае не должен маячить на одном месте, представляя собой отличную мишень, а должен двигаться, причём именно в движении пытаться поражать цели, как стоящие на месте, так и раскачивающиеся Хэрном. И такое меня зло взяло после промахов, аж затрясся весь, и не соображая, перед очередным выстрелом, нажал на кнопку отбора манны. Жуткий холод пронзил всё тело, в глазах зарябило и я уже теряя сознание из последних сил нажал на курок, выпустив сияющий болт в цель, сам рухнув на песок лагуны.

Мишень куда я стрелял, сделана была Хэрном из чурок деревьев охватом как мои три руки в два ряда. Когда я очухался, возле меня молча крутился Хэрн, и такой страх по менталу от него исходил, что я сам испугался, пока не понял, что он боится именно меня.

— что там Хэрн? Я попал?

— попал господин. Хорошо так попал, просто прекрасно. Только теперь стрелять некуда, нет больше мишеней, надо новые делать и болта одного нет. Вот, что от него осталось. — он протянул мне на трясущейся ладони кусок металлического изрядно помятого оперения болта.

— помоги, пожалуйста, встать — попросил я Хэрна пытаясь подняться на ноги — Пошли к мишени, хочу посмотреть, что случилось.

Н-да, картина маслом. Руины Помпеи. Сама мишень и стоящие рядом с ней мишени разворочены взрывом. Чем же я накачал так болт, что там, так сильно шандарахнуло.

" Бедная моя лагуна." — Я осмотрелся вокруг, но видимых повреждений больше никаких нет. Фух, от сердца отлегло. Больше таких экспериментов здесь делать не буду.

А теперь займёмся анализом. От чего мне стало так плохо, чуть сознание не потерял. Манны ещё валом, а вот силы практически нет. Недавно обед был, а теперь есть хочу просто по страшному.

— Хэрн сооруди что-нибудь поесть, желудок от голода сводит.

— может кусочек НЗ, для пробы.

А что идея, посмотрим, как мясо монстра с такой задачей справится, ведь если повезет, то с его помощью я несколько таких выстрелов произвести смогу.

— неси только по быстрому.

И чем теперь заняться, покидаю я пока томагавк и ножи, в стоящую в сторонке небольшую мишень. Настроение, не смотря на трясущиеся от слабости руки и ноги было на высоте. Я был очень рад, что у меня получилось пройти очередной рубеж.

Вон и Хэрн несётся с тарелкой. Какой эстет, белого воротничка и полотенца через руку не хватает. Надо его спросить он к бобику не ходил. Как там пациент. И что-то он подозрительно молчит о вещах, что отдали вместе с подарками, не поверю, что не успел посмотреть.

Подбежавший, запыхавшийся Хэрн скороговоркой выдал перл

— господин, лучшая закуска, но выпить не предлагаю, хотя и стоило бы.

Сунув один из двух лежащих кусков копчёного мяса себе в рот, жуя, спросил,

— а что за повод для пьянки.

На что бодрый и какой-то радостный Хэрн выдал вообще шедевр

— хозяин, только канны могут заряжать магией болты арбалетов и то очень не многие, и такого результата даже лучшие никогда не добивались, а вы с первого раза разворотили целое укрепление. Вы настоящий канн, господин.

Н-да, довольно паршивое сравнение. Уж кем-кем, а канном мне быть как-то не в кайф. Как вспомню, разгромленный караван, то кулаки сжимаются от ярости. Но Хэрн тут не причём, поэтому можно ему сказать и спасибо, за комплемент. Дипломатия, мать его!

После мяса монстра силы вернулись в прежнем объёме, нужно завтра стрельбу из арбалета по каменным глыбам на полигоне провести, выделим на эти цели пять кусочков мяса, и магазин болтов. Интересно, каков будет результат.

Дальнейшие занятия были скомканы. Я остервенело, метал ножи, в оставшуюся мишень. Успехами особенными похвастать не мог, но с нуля всё-таки счёт тронулся, и это не могло меня не радовать. Точность сильно хромала. Из десяти я попадал в мишени раз шесть, иногда семь. В движении, и в прыжках результаты были и того меньше. Но я не отчаивался, помня недавно состоявшийся разговор. И к концу занятий я довёл число попаданий до девяти раз. Я был счастлив, первый раз по этой дисциплине меня накрыл экстаз. И в этом состоянии двигаясь на максимальной скорости бегом, кувыркаясь, и в прыжках я выдал абсолютный результат. Это был прорыв. Я смог, я прорвался на следующий качественный уровень. Я докажу, я буду жить и не позволю никому диктовать мне условия. Я свободный человек и жить я буду так, как захочу.