Любить — это так просто! - Т Быля - Страница 26

   — Слушаю.

   — Начнем с мистера Трента. Мой человек в Коннектикуте поговорил с семьей его бывшей жены. Дело плохо, Джейн. Они утверждают, что мистера Трента с самого начала интересовали только деньги Виктории, и подозревают, что она впала в кому по его вине. Сын прямо заявил, что они вынудили Джереми отказаться от части наследства, пригрозив передать дело в суд.

   — О Господи, вы хотите сказать, что Джереми откупился от них, чтобы замять расследование?

   — Такова версия родственников, — отозвалась Мелисса. — Кто знает, насколько они объективны? Но можно с уверенностью утверждать, что семья Виктории считает его своим злейшим врагом.

   — Похоже, у всех, с кем я говорила о Джереми, есть на него зуб. Как же докопаться до истины?

   — Будем продолжать работу. Детективы стараются выжать из полиции все что можно. Через пару дней свяжусь с вами.

   Джейн стало не по себе.

   — А как насчет Брейди?

   — Мистер Коулман — персонаж из другой оперы. В финансовом отношении он балансирует на краю пропасти, у него масса долгов и неважные перспективы.

   — Мне это известно. Что-нибудь еще?

   — Мистер Коулман пользуется большим успехом у женщин, чего не скажешь о нефтяных скважинах. Тут ему совсем не везет.

   — Тоже не новость.

   — Вскоре сообщу дополнительные подробности. Я попросила своих людей подготовить предварительный отчет, чтобы передать вам то немногое, что удалось узнать.

   — Спасибо, держите меня в курсе. — Джейн повесила трубку. Ничего нового для себя она не узнала, кроме того, что семьи бывших жен Джереми ненавидят его.

   Она села поближе к огню. Ее пробирала дрожь — не столько от холода, сколько от волнения.

   Немного погодя к дому подъехала машина. Было уже начало одиннадцатого — наверняка это Брейди. Джейн сразу стало легче. Невозможный человек! Ворвался в ее жизнь, перевернул все вверх дном, вверг ее в пучину сомнений, а она радуется его приходу и жаждет его общества!

   Дверь открыла Мануэла. Слушая, как они обмениваются приветствиями, Джейн с нетерпением ждала, когда Брейди войдет в комнату. Наконец он появился на пороге в своей неизменной дубленке и — на сей раз — в ковбойской шляпе. С минуту они молча смотрели друг на друга, потом Брейди снял шляпу и зашагал к ней.

   — Доброе утро, — весело сказал он. Приблизившись к ее креслу, он опустился на одно колено и взял Джейн за руку. — Вы прелестны и похожи на колокольчик свежим весенним утром.

   — Какой изысканный комплимент! Я похожа на колокольчик и пахну, как техасская роза?

   — Сейчас проверим. — Он обнял ее, уткнувшись лицом в ее шею.

   — Ой, у вас нос холодный! — смеясь, запротестовала она.

   — Какой аромат! Вы прекраснейшая роза Техаса!

   — А вы обыкновенный льстец, — поддразнила Джейн, изображая южный акцент. — Держу пари, вы говорили эти слова сотни раз.

   Его губы дрогнули в довольной улыбке.

   — Дорогая, главное — искренность, а сейчас я искренен, как никогда!

   — И это наверняка говорили.

   — Вы, несомненно, прелестный цветок, но не единственный же!

   — Я наслышана о ваших подвигах. — (Брейди бросил на нее вопросительный взгляд.) — Слухами земля полнится...

   — И что вам обо мне наговорили? Надеюсь, не только плохое?

 — А что, есть и хорошее? — Он легонько ущипнул ее за бок, отчего она вскрикнула: — Перестаньте! Терпеть не могу щекотку!

   Брейди рассмеялся. Она не сводила с него глаз. Все опасения и сомнения развеялись как дым. Она даже не ожидала, что будет так счастлива его видеть.

   — Ну и погодка сегодня, — хмыкнул Брейди, стряхивая с дубленки капли воды. — Если не возражаете, я разденусь.

   — Разумеется.

   Он выпрямился.

   — Наденьте, пожалуйста, шляпу, — попросила она. — Я впервые вижу вас во всей красе.

   Усмехнувшись, Брейди подчинился, лихо сдвинув шляпу набок.

   — Зонты на ранчо ни к чему, — пояснил он. — Шляпа лучше защищает голову от дождя.

   Джейн окинула его восхищенным взглядом.

   — Должна признать, вы потрясающе смотритесь, мистер Коулман! Настоящий ковбой!..

   — Вижу, вы сегодня оделись под стать мне.

   — Только шляпы не хватает.

   — Я пришлю вам такую же, как только вернусь домой. Нет более жалкого зрелища, чем ковбой без шляпы.

   — Боюсь, я не гожусь на роль Неукротимой Джейн, — парировала она, — но все равно спасибо.

   Он пригляделся к ней повнимательнее.

   — Ваш костюм хорош, вот только обувка подкачала. — Подмигнув, Брейди отложил дубленку и шляпу в сторону, сел в кресло и уставился на огонь. — Кое-что нас объединяет, — заметил он, указывая на камин. — Нет ничего лучше для поднятия духа.

   — Верно, особенно в такой день.

   С минуту оба молчали, любуясь яркими языками пламени.

   — Вы не передумали насчет поездки в Биг-Сур? — спросила Джейн. — В такую погоду...

   — Вам не хочется?

   — Я согласна ехать куда угодно. Но предупреждаю: на побережье будет не очень уютно.

   — Конечно, можно и дома посидеть. Но моя душа жаждет приключений. И ваша, по-моему, тоже. Пожалуй, нам стоит отбросить осторожность...

   — Вы правы, — кивнула Джейн. — После вчерашнего я сделала тот же вывод. Не надо бояться жизни. Это был ваш подарок мне.

   Ее слова явно обрадовали его.

   — И что теперь? По коням?

   — По коням! И плевать на грозу!

   — Тогда в путь?

    Джейн кивнула.

   — Но прежде мне нужно вам кое-что сказать.

   Он снова опустился в кресло.

   — Слушаю вас.

   — Вернулся Джереми.

   Лицо Брейди потемнело.

   — Вот как?

   — Да. Его встревожил наш телефонный разговор, и он прилетел ближайшим рейсом. Мы долго беседовали.

   Новость не обрадовала Брейди.

   — Я умолчала о нашей с вами встрече, — продолжала Джейн, — но задала несколько интересующих меня вопросов.

   — И что же?

   — Похоже, у него на все есть ответ.

   — Ничего удивительного, — пробурчал Брейди. — Джей Ти скользкий, как уж.

   — Не могу судить со всей категоричностью, но кольцо я ему вернула и попросила об отсрочке оформления наших отношений.

   — Почему?

   — Я провожу собственное расследование.

   Брейди одобрительно кивнул.

   — Я знал: стоит открыть вам глаза, и Джей Ти не сумеет вас одурачить. Рад, что вы проявляете осторожность!

   — За это я должна благодарить вас, Брейди. Спасибо.

   — К вашим услугам.

   — Заодно сообщаю, что навожу справки и о вас. Не вижу причин делать исключение.

   Брейди заколебался.

   — Что ж, в логике вам не откажешь. Раскопали что-нибудь пикантное?

   — Ничего нового. Только то, о чем вы и сами упоминали в той или иной форме.

   — Слава Богу!

   — Значит, мне нечего опасаться? — спросила Джейн.

   — Когда я еще пешком под стол ходил, мой отец говорил, что можно хитрить за карточным столом, в бизнесе, даже в отношениях с женщинами, только не с правдой: с ней шутки плохи. На собственном опыте я убедился, что честность — лучшая политика.

   — Замечательная философия.

   — Мой старик был беден, но не глуп.

   — И, судя по всему, счастлив.

   Брейди на секунду задумался.

   — В общем, да. Но перед смертью он кое в чем признался. «Если б можно было начать все сначала, — сказал он, — я бы иначе повел себя с твоей матерью. В молодости женщины — это удовольствие, но, когда ты стар и тебе некого любить, свобода становится в тягость».

   Интересно, к чему он клонит?

   — И какой вывод?

   — После его признания я начал бояться старости, скажем так.

   Джейн рассмеялась.

   — Да ну вас! С вами никогда не знаешь, шутите вы или говорите серьезно...

   — Это все потому, что я стараюсь окружить себя ореолом таинственности, — отозвался Брейди. — У каждого мужчины свои приемы заморочивания женских головок. Мой состоит в том, чтобы говорить правду, но не вполне традиционным способом.