Большая книга ужасов 2014 (сборник) - Щеглова Ирина Владимировна - Страница 117

Она вспомнила похожего зверя, сидевшего в ночь пожара на автобусной остановке. Тогда он был с мальчиком Васей. А теперь – с Василием Ивановичем…

Полозов только предположил, что платок – у Наташки, и их дом вспыхнул. Стоит ему решить, что он у Женьки или у сестер – заполыхают и их дома. Он все сделает, чтобы мамкин платок не попал в чужие руки!

– Ира! – позвала ее Женя. – Пошли обедать!

Нет, нет! Она не допустит этого!

– Ирочка, что случилось? – теребила гостью тетя Зоя. – Ты так побледнела…

– Собаки испугалась, – прошептала Ира.

– Какой собаки?

Собаки около дома не было.

Ира сидела за столом, смотрела на окна полозовской избы, и сердце у нее холодело от предчувствия беды. Вот-вот случится что-то плохое!

Посреди улицы остановился трактор. Водитель дал два длинных гудка, так что стекла тоненько зазвенели. Полозов вышел на крыльцо, запер дверь, ключ положил в карман. И еще ладонью его прихлопнул, для верности. Или показал кому-то, что ключ у него, нечего и мечтать попасть в его дом без спросу?

Мотор взревел, шарахнулись во все стороны зазевавшиеся куры. Серые клубы выхлопных газов опустились на землю.

Председательская изба словно бы приосанилась, приготовившись ждать хозяина. Час, три, да хоть целую вечность! Вот и пусть ждет. Только не одна, а вместе с подарком.

Ира быстро доела суп, обжигаясь, залпом выпила чай.

– Я побегу, теть Зой, – крикнула она, забирая с веревки еще не просохшую одежду.

– Оставь. Зачем тебе мерзнуть в мокром? Дома переоденешься, потом все вещи и вернешь. К Женьке заглянешь, а то она скучает без вас.

Ира укрепила сумку с вещами на багажнике велосипеда и поехала по дорожке к реке, съехала в кусты. Так, теперь торопиться не стоит. Ира спрятала велосипед в высокой траве, осторожно вернулась к дороге.

Тетя Зоя и Женя разговаривали на крыльце. Женя кивнула, с чем-то согласившись, и радостно запрыгала вокруг матери. Тетя Зоя повязала голову платком, закрыла дверь и повела дочь через деревню в поле, к близкому лесу.

Ира выбралась из своего укрытия.

Деревня приходила в себя после ливня. Размытая дождем улица была пуста, от земли поднимался пар. Ира, стараясь оставаться незамеченной, пробралась к уже знакомому крыльцу дома председателя. Кладки с дровами видно не было. Зато над крыльцом имелся шикарный навес с новенькими белыми балками. Одна из них проходила сквозь стену куда-то внутрь террасы. В том месте, где балка пересекала дом, виднелась щель, как раз для платка. Ира подняла на цыпочки, но до балки не достала.

На что бы такое встать?

У Женькиного крыльца валялось ведро. Ира сбегала за ним, перевернула донышком вверх, осторожно наступила на него ногой. Железо скрипнуло. Ира подпрыгнула, забрасывая платок за балку, и ведро сложилось под ее весом в гармошку. Ира с грохотом скатилась на землю. К ногам Ларисы.

– Ты еще здесь? – обрадовалась она, увидев Иру. – Слушай, я не поняла, ты чего у меня-то об этом выспрашивала? Это же твоя бабка нам все рассказывала.

– Моя? – После падения Ира соображала туго.

– Ну, – кивнула Лариса. – Ты Воронцова?

– Воронцова, – согласилась Ира, и ей стало как-то не по себе. Словно перед ее взором опять возник список из одинаковых фамилий под сумрачным указанием: «Пали смертью храбрых…»

– Я что хочу сказать… – Лариса присела рядом с Ирой на корточки. – Не забивай себе всякой ерундой голову. Правда – неправда, было – не было… Пока ты об этом говоришь и думаешь, оно есть. Как только забываешь – все исчезает. Понимаешь?

– Нет, – честно призналась Ира.

– Цыганка эта… Пока она ни о чем не знала, все было нормально. Как только Васька с ней поговорил, крыша-то у нее и поехала. Она решила, что является наследницей колдуньи, стала ее вещи собирать. Поползли слухи. Вспомнили про лешака, и он вроде бы появился. Многое стало происходить. Вот твоя бабка и написала заявление в сельсовет. Из-за этого все и прикрыли. Он же, дурак, поисковик тот, ей что-то отдал…

– Кому? Бабушке?

– Цыганке. Нашел какие-то вещи, вроде бы после колдуньи оставшиеся. – Лариса помолчала. – Я понимаю, тебе интересно, но не стоит во все это лезть. Я зачем пришла-то… Валя, говорят, чудит там у вас? Не обращай внимания. Чем меньше будешь об этом думать, тем меньше оно тебя коснется. Слышишь?

Ира кивнула. Поздно ее предупреждать. Все, что должно было произойти, уже произошло. А о том, что будет впереди, – и подумать страшно!

Кажется, Лариса угадала причину Ириной тоски.

– Может, чем-то помочь тебе? – тихо спросила она.

– Не надо. Я сама справлюсь.

– Давно это было. Я думала, что все уже закончилось. Но такие вещи, наверное, никогда не заканчиваются.

Ира согласно кивнула:

– Я лучше с бабушкой поговорю.

– Тебе она ничего не расскажет. Мы-то ее уговаривали сколько! И то – она согласилась, лишь надеясь, что Васька только музею свои записи оставит. А он взял и к цыганке пошел.

– А где сейчас Вася?

Лариса долго не отвечала, смотрела на реку, словно с силами собиралась.

– Нет больше Васьки. Он сразу же после этой истории под грузовик попал. У нас на глазах. Он с цыганкой поругался, она ему всякие проклятия вслед кричала. Среди них было и о грузовике, ну, что он задавит парня. И задавил. Про раскопки больше никто и не заикался.

Глава 9 Мотоцикл на грядках

Ира мчалась домой. Проскочила мимо пустынного пляжа, въехала на пригорок. Колеса велосипеда скользили по мокрой глине. У колодца тарахтели тракторы.

Ей оставалось проехать под холмом до болота, подняться в ельник и со своего конца выбраться к деревне. Если ее приезда ждут, то со стороны леса, а не от реки. Попасть бы поскорее домой, там она будет в безопасности.

У колодца стояла цыганка Настя, задумчиво терла рукой ногу. На земле лежало коромысло с ведрами. Увидев Иру, она выпрямилась и горестно вздохнула:

– Что делать-то?

– А что здесь сделаешь? – остановилась Ира. – Я бы этого председателя…

Но Настя перебила ее:

– Вода-то ушла.

– Ушла, – согласилась Ира. От болота почти ничего не осталось.

– Не там ушла, – всплеснула руками Настя. – Из колодца ушла!

Ничего себе! В колодце воды было на донышке, и та – мутная. Ключи, бившие раньше из-под песка сильными фонтанчиками, иссякли. Зеленые стенки деревянного сруба потемнели, водоросли свисали с них грязно-бурыми ошметками. Посреди всего этого безобразия барахталась большая серая лягушка, неизвестно как забравшаяся сюда.

– Делать-то что? – опять спросила Настя. – Где я теперь воду наберу?

Иру до того поразил вид пустого колодца, что она не сразу сообразила, что ответить Насте.

– Что ж они, не подумали, что творят? – причитала молодая цыганка. – Убрали болото, вода и ушла. Нам-то что делать? На другой конец деревни за водой ходить?

Ира бездумно качала головой, наблюдая за барахтаньем лягушки. Водой у них занимался Павел, поэтому вопрос, куда за ней идти, повис в воздухе. На другом конце деревни стоял хороший колодец с солидной воротиной, с навесом-домиком вместо простой крышки. Не ближний свет, конечно, но все же вода…

– Надо, наверное, сказать кому-нибудь, – пробормотала Ира. Вода ушла – хороший повод натравить деревню на Полозова.

– Кому скажешь?

– Председателю.

Машинный треск, как зудение комара, давно разносился над лугом и рекой, но вот он неожиданно стал громким, резко приблизившись. «Что этот трактор здесь делает?» – недовольно подумала Ира. И только потом сообразила, что трактора так не трещат. Что трещать так может только…

Мотоцикл мчался прямо на нее. Она шагнула назад, споткнулась о велосипед и упала.

– Привет! – На Павле была мокрая рубашка, заляпанные грязью штаны. Искупался, братишка. Так тебе и надо! – Мы тебя искали.

– Я не терялась, – буркнула Ира, подбирая ноги, чтобы побыстрее встать.

– Давай, помогу.

Павел перегнулся, сгреб сестру за плечо, потянул ее на себя. Ира повисла в воздухе, беспомощно дернула ногами. Красина уже возилась с ее велосипедом. Ну конечно! Пакет с мокрой одеждой. Ирка и сама ошиблась бы.