Прелестная обманщица - Николс Мэри - Страница 1

Мэри Николс

Прелестная обманщица

Глава первая

1816 год

Эмма стояла, опершись на поручни «Нежной девы». Корабль пробирался по устью реки. Берега

были скрыты в тумане. По воде плавали обломки дерева, капустные листья и даже дохлая собака – в

общем, присутствовали все грязные «украшения» большого города, как в реке Хугли в Калькутте, но

запах был другой – не пряный, а прогорклый. От сырости рыжие волосы Эммы завились в тугие

кудряшки.

Так вот она какая, Англия! И эту серую, мрачную, холодную страну британцы в Индии считали

желанной родиной! Даже отец, проживший в Индии двадцать пять лет, говорил об Англии с

ностальгией. Эмма вместе с братом Тедди родилась в Калькутте и покидала ее только в разгар жары –

их увозили в горы. Им и в голову не могло прийти, что однажды они поплывут в Лондон на грузовом

корабле, а весь их багаж составит старый железный сундук да две холщовые сумки.

Туман немного рассеялся, и они подошли к причалу. Эмма увидела десятки кораблей с флагами

самых разных стран, но больше всего было судов британской Ост-Индской компании, шире известной

под названием Компания.

Везде сновали портовые рабочие, загружая и разгружая суда.

К Эмме подошел брат. Он был хорошо сложен и высок для шестнадцатилетнего юноши, но

выражение лица и голубых глаз было еще по-детски наивным. Он никак не мог свыкнуться с мыслью о

смерти отца, которого, как и Эмма, боготворил.

Она с улыбкой повернулась к нему.

– Немного похоже на Калькутту, правда? Корабли снуют среди тумана, люди работают. – Она

помолчала. – Но, конечно, это не Индия.

– Здесь холоднее. – Он поднял воротник пальто. – Миссис Гудрайт говорила, что в это время

года здесь настоящая английская весна.

– Ее не стоило слушать. Для нее зима в Калькутте слишком жаркая.

Миссис Гудрайт была женой адъютанта и взяла на себя роль опекунши Эммы и Тедди после

смерти их отца.

К девушке и ее брату подошел капитан Гринуэй. У него была большая, почти совсем белая

борода и изборожденное морщинами лицо – результат пребывания на палубе в любую погоду. Но

грубоватый вид смягчали веселые голубые глаза и приветливая улыбка.

– Ну вот мы и добрались, сударыня, целы и невредимы.

В это время по трапу поднимались двое мужчин – на вид чиновники.

– Жаль, что погода не благоприятствует. Здесь это называют апрельскими ливнями. Но едва

появится солнышко, и вы увидите, какая это чудесная страна – не слишком жаркая и не слишком

холодная.

– Да, конечно, вы правы.

1

– Как только таможенники и санитарный инспектор закончат осмотр, вы сможете сойти вниз. Я

распоряжусь, чтобы ваш сундук отнесли на набережную. – Капитан протянул Эмме руку. – Я буду

занят, поэтому попрощаюсь с вами сейчас.

Она пожала ему руку.

– До свидания, капитан. Большое спасибо за все.

– Мне было приятно вам услужить. Должен отметить, мэм, что вы храбрый моряк. – Он

повернулся к Тедди. – И вы тоже, сэр. Желаю вам успеха.

– Благодарю вас. – Тедди пожал ему руку.

Плавание и в самом деле было нелегким. Эмма наблюдала за тем, как команда опускала паруса и

освобождала палубу, чтобы поднять крышки грузовых люков. Ее вдруг охватило странное нежелание

спускаться на землю предков.

Зачем они с Тедди все это затеяли? Страх, испытанный ею во время Шторма на море, был ничто

по сравнению с ужасом, охватившим ее сейчас. А если они совершили непоправимую ошибку? Ведь в

этой незнакомой стране ей не к кому обратиться за советом и они никому не нужны. Не лучше ли им

вернуться обратно?..

И вот она уже снова скачет на лошади через майдан1 в Калькутте, а топот копыт громко отдается

в ушах.

Обширное открытое пространство вокруг форта было расчищено Робертом Клайвом2 пятьдесят

лет назад, исходя из военных целей. Теперь майдан использовался англичанами и калькуттской знатью

для развлечений, утренней верховой езды и прогулок прохладными вечерами. Заклинатели змей и

фокусники развлекали прохожих, здесь же проводились праздники и играли в крикет, а обезьянки

карабкались по банановым деревьям. Но в то незабываемое раннее утро народу на майдане было мало.

Сезон дождей еще не закончился.

Эмма натянула поводья и остановилась, поджидая брата. Солнце уже припекало, и тонкая

струйка пота потекла у нее между лопаток. Позже, как обычно в это время года, температура понизится

и начнется ливень. По высохшим дорогам потекут ручьи, образуя лужи. С деревьев будет капать,

канавы переполнятся, а обычно медленная река Хугли выйдет из берегов, как уже бывало много раз.

Но Эмма и Тедди привыкли к этому. Их волновала не погода, которая была предсказуема, а

долгое отсутствие отца. Майор Эдуард Монтфорест участвовал в боевой операции против гурков3,

нападавших на индийские земли с холмов Непала.

– В том месте невозможно развернуть военные действия. – Тедди, как и многие из тех, с кем он

учился в колледже, живо обсуждал военную операцию. – Там одни голые скалы, ущелья и бурлящие

потоки. Туда практически невозможно подтянуть боеприпасы и орудия, зная, что за каждым камнем

наверняка укрылся меткий стрелок.

– Хорошо, что тебя не слышит полковник. Твои слова равноценны измене, – усмехнулась Эмма.

– Он находится рядом с папой, так что ничего не услышит. А папа думает точно так же, за что

получил выговор и упрек в трусости. Папа – трус! Да он храбрейший человек на свете. Он ни за что не

уклонится от сражения, если сочтет, что оно необходимо.

– Я согласна с тобой, Тедди, – сказала Эмма. Она знала, что брат преклоняется перед отцом и

очень по нему скучает, так же как и она сама. – Вернемся домой. Может быть, сегодня поступят вести

от него.

Они развернулись в сторону форта, остановились возле конюшен и передали лошадей груму

расседлать и почистить. Затем прошли мимо правительственного здания к жилому району, где стояло

их бунгало4. Служанка Сита наверняка уже готовила завтрак. Тедди был, как всегда, голодный, но он

забыл о еде, увидав, что на веранде стоит военный, явно поджидая их.

– Это капитан Гудрайт! – воскликнул Тедди. – Они вернулись. – Он побежал вперед. – Где мой

отец? Они одержали победу? Когда полк вернется? – набросился на капитана с вопросами Тедди.

Но тот, не ответив ему, повернулся к Эмме.

– Доброе утро, мисс Монтфорест. Я прибыл по поручению сэра Эдуарда...

У Эммы упало сердце. По скорбному выражению лица этого обычно жизнерадостного человека

она поняла, что случилось несчастье.

– Пожалуйста, пройдем в дом – там прохладнее, – стараясь говорить спокойно, пригласила всех

Эмма. – У вас есть новости?

1 Майдан – площадь в городе, используемая для базаров либо парадов. – Здесь и далее примечания переводчика.

2 Клайв, Роберт (1725–1774) – английский генерал и государственный деятель, служивший в Индии.

3 Гурки – народность, живущая в Непале.

4 Бунгало – дом с верандой.

2

– Да. – Он тяжело вздохнул. – И боюсь, что плохие. Мой печальный долг сообщить вам, что ваш

отец, майор Монтфорест, пал в бою.

– Пал? – переспросила Эмма, сжав ладони, чтобы не дрожали. – Вы хотите сказать... – у нее

перехватило дыхание, – что он умер?

– Да. Мне очень жаль. Они попали в засаду к северу от Горакпура. Погибли все – сто отличных

солдат.

Эмма упала в кресло.

Наступила тишина – все молчали и думали о человеке, доблестном воине и любимом отце. Они

знали, что больше никогда его не увидят, так как из-за жары погребения в Индии происходили очень

быстро и нечего было и помышлять о том, что тела убитых привезут и похоронят в присутствии