Звездоплаватели - Мартынов Георгий Сергеевич - Страница 146

От внимания Белопольского не ускользнуло это совпадение Он скачал о нем своим товарищам.

— Москва! — вздохнул Второв. — Восход Солнца на Земле! Утро и голубое небо, а на нем розовые облака.

Он поднял голову к черному, усыпанному звездами небу Цереры и вдруг стремительно вскочил на ноги.

Соскочили со своих гамаков Белопольский и Коржевский.

Что-то пронеслось со стремительной быстротой прямо над ними. Они успели заметить у близкого горизонта огненную линию, точно в окружающей их пустоте сверкнула длинная молния.

— Болид! — вскрикнул Коржевский.

Белопольский побледнел.

— Болид? — спросил он сдавленным голосом. — Болиды оставляют за собой огненный след, сгорая в атмосфере, раскаляются трением о воздух. Здесь нет воздуха, нет атмосферы.

— Что же это?..

Белопольский ничего не ответил. Он смотрел в ту сторону, где исчез неизвестный предмет, и краска медленно возвращалась на его лицо.

“Неужели?” — беззвучно шептали его губы.

И безумная надежда сжала сердца обреченных людей. Они задыхались от волнения, столь сильного, что, казалось, продлись оно еще минуту — и человек не сможет больше выдержать это напряжение.

Все трое стояли неподвижно, не спуская глаз с горизонта, точно надеясь, что неизвестное тело, названия которого они не решались произнести даже мысленно, вернется назад.

Оно не вернулось.

Прошло около трех минут — и снова, в том же направлении, над ними пронеслось что-то. Мелькнул и исчез на том же месте огненный след… вторично сверкнула молния.

— Несомненно! — сказал Белопольский. — Но как, откуда?!

Было ясно, что-то кружилось вокруг Цереры. Что-то с огненным хвостом позади!

— Звездолет! Звездолет! — закричал Второв.

В третий раз пронеслось тело. Они увидели — в лучах Солнца блеснул длинный корпус. Его форма была слишком хорошо знакома!

Космический корабль пролетел над ними четвертый, пятый, шестой раз. Откуда он взялся? За пятнадцать суток немыслимо было долететь от

Земли до Цереры.

Все медленнее становился его полет.

Командир корабля, очевидно, подлетел к Церере на чрезмерно большой скорости и теперь постепенно снижал ее, готовясь к посадке.

Знал ли он, что на этой планете трое людей нуждаются в помощи? Или звездолет явился сюда случайно, не подозревая о присутствии “фаэтонца”?..

Белопольскому было известно, что ни один космический корабль не собирался покинуть Землю в ближайшие месяцы. Только “СССР-КС3” должен был находиться в космосе, но и он уже вернулся.

Чей же это корабль?

Может быть, “СССР-КС3” полетел за ними вдогонку? Форма неизвестного корабля была, в общем, такой же, но Белопольскому казалось, что этот звездолет немного длиннее и уже.

Нет, это не “СССР-КС3”!

Звездолет совершал последние круги. Он летел теперь со скоростью реактивного самолета, но и этого было много, чтобы как следует рассмотреть его. От одного горизонта Цереры до другого было не так далеко.

Где он опустится? Видит ли его командир желто-серые кольца “фаэтонца” на серебристой равнине? Корабль пролетел прямо над ними, но ведь и это могло быть случайностью…

А вдруг командир корабля и не думает о посадке?.. Рассмотрев планету на малой скорости, он мог, не опускаясь на нее, снова набрать скорость и улететь дальше, по своему пути… Зачем опускаться, если экипаж не подозревает о присутствии “фаэтонца”?..

— А вдруг это не земной звездолет? — неожиданно сказал Второв.

— Могло случиться, — сказал Белопольский, не обращая внимания на эту фразу, — что в какой-нибудь стране решили совершить космический рейс без ведома Космического института. Корабль мог вылететь очень давно, и тогда командир понятия не имеет о “фаэтонце” вообще. Во всяком случае, он не за нами прилетел сюда. Немыслимо совершить такой путь в столь короткое время.

Звездолет снова появился на горизонте. Теперь он двигался совсем медленно. И больше не скрылся. Широкими кругами летал он над кольцевым кораблем, словно намеренно показывая, что видит его.

Металлический корпус тускло сверкал в лучах Солнца. Из-за отсутствия воздуха неосвещенная сторона не была видна, и казалось, что над Церерой летает странная половина звездолета.

Его форма не оставляла сомнений, — это был земной корабль. Белопольский не ошибся: корабль был длиннее и уже “СССР-КС3”.

— Никак не могу вспомнить, в какой стране строят такие звездолеты, — сказал Белопольский. — Корпуса такой длины я еще не видел.

— Чего мы ждем? — спросил Второв. — Корабль сейчас опустится. Надо выйти к нему навстречу.

Они быстро надели пустолазные костюмы. Командир звездолета видит “фаэтонца” и, даже если не знает, что это такое, посадит спой корабль рядом с ним. Это было очевидно.

Они вышли из центрального шара как раз в тот момент, когда совсем рядом, на такие же “лапы”, какие были у “СССР-КС3”, загадочный звездолет опустился на “землю”.

Его огромный корпус высоко поднимался над низкими кольцами “фаэтонца”. На носу золотыми буквами блестело название корабля.

Оно было написано по-английски:

“Prince of Wales”.

И ниже:

“Made in England”.

ФИНИШ

Как только стало известно о решении Мельникова и Белопольского направить “фаэтонец” к Церере, волнение и тревога охватили всех работников звездоплавания.

А вслед за первым пришло второе известие — “фаэтонец” увеличил скорость до ста двадцати километров в секунду.

Всем было ясно, что возлагать такие большие надежды на фаэтонскую технику, совершенно неизвестную, считать ее беспредельно мощной, нет никаких оснований. И грозную опасность, нависшую над тремя людьми, увидели все.

Напрашивался вопрос: как могло случиться, что Мельников и Белопольский не подумали об этом решающем обстоятельстве? Как могла забота о сохранении “фаэтонца”, понятная сама по себе, до такой степени ослепить их, лишить способности мыслить с элементарной логикой?

Вспомнились высказывания некоторых ученых, которые, еще в период подготовки к космическим рейсам, писали о влиянии космоса на психику человека.

Необычны условия межпланетного полета. Чужды условия вне Земли. Из поколения в поколение десятки и сотни тысяч лет человек жил на Земле. И глубоко вкоренилось в нем сознание ее постоянного присутствия. Трудно вырвать то, что врастало тысячелетиями. Легко ходить по Земле. Но, сделав шаг в просторы Вселенной, человек должен научиться “ходить” и там.

Земля тверда. Атмосфера плотна. Кругозор ограничен линией горизонта. Так было всегда. И вот исчезла тяжесть, кругом абсолютная пустота, и со всех сторон безграничный простор. Нужно время, чтобы привыкнуть к этому.

Законы жизни в пустоте еще не изучены людьми. А они иные, чем на Земле!

Только этим можно было объяснить странное и непонятное поведение Белопольского, строго логичный, математический ум которого был хорошо известен.

И Мельников, “железный звездоплаватель”, как часто называли его в кругах людей, близких к космическим рейсам, очевидно также подпал под влияние космоса.

Нельзя так долго находиться вне Земли! — таков был закономерный вывод.

— За последние годы, — сказал по этому поводу известный ученый профессор Коллинз, — человек одерживал над космосом одну победу за другой. И он успел привыкнуть к ним. Это опасно. Легко забыть, что Вселенная далеко не покорена. С космосом надо обращаться очень осторожно, иначе он еще не раз покажет свои зубы.

В этом высказывании была немалая доля правды.

“Головокружение от успехов” — не пустая фраза. Оно коварно и подкрадывается к человеку незаметно для него.

Экипаж “СССР-КС3” триумфально прошел свой путь. Звездоплаватели посетили Арсену, справились с враждебной им природой Венеры. И даже кольцевой корабль фаэтонцев, создание другого мира, оказался подвластен им. Трудно не поддаться сознанию своего могущества! А отсюда ошибки!

В тот же день, когда астрономы, наблюдавшие за “фаэтонцем”, известили Камова о том, что Белопольский увеличил скорость своего корабля, состоялось экстренное заседание ученого совета Космического института.