Собачий Глаз - Мартыненко Всеволод Юрьевич - Страница 97

Вот только кого бы к делу пристроить... Для меканских парней калибр мелковат, по такому делу и просить-то стыдно. Да и самих ребят мало, а тут стоило бы для надежности сеть пошире раскинуть. Снять пару-другую артелей «разменных» у дорассветных бугров... Выход, конечно. Но не хочется. По тем же причинам, что и раньше.

А если не дорассветных, то кого тогда? Спамеров?

Да нет, мальцы не хуже взрослых конкурентов натренированы перепродавать клиентов друг другу, накручивая цену. Монополизированный рынок не особо тяготеет к разнообразию услуг и соблюдению договоров. Тут бы подобрать исполнителей столь же массовых и поодиночке дешевых, но не особо склонных задумываться над собственной долей в любой прибыли...

Подростковые банды. Этих на сворку взять трудновато будет, зато по следу пойдут без особых раздумий и торопливой жажды перепродать. Банд много, значит, конкуренция и боевой дух на уровне. В контракт зубами вцепятся. Словом, лучший вариант.

Одна загвоздка — не знаю, как в иных городах, а в Анариссе эту нишу занимают девчонки от восьми до пятнадцати, чаще всего человеческой крови, которым и дома уже не сидится, и на панель еще не хочется. Позже-то таким все одно либо туда, либо за Последнюю Завесу. Не в белошвейки же!

Солидарность дорассветных и спамеров, несмотря на разницу в поколение, выражается в общем отношении к малолетним оторвам: не мужское, мол, это дело! Девчачья забава — по улицам лохов трясти и рожи друг другу бритвами полосовать. Оттого, наверное, что в здравом уме ни те, ни другие не станут связываться с отмороженными нимфетками. Как правило, у каждой старт карьеры сопровождался изнасилованием, частенько вперемешку с инцестом, и потому отношение к противоположному полу у них соответствующее.

Ну да выбирать не приходится. А на героя и дракон летит. Пары кварталов за спиной не оставил, как в виду замаячили первые девичьи силуэты, одетые и причесанные на один и тот же агрессивно-нелепый манер.

Разрезные почти до пояса юбки с бронзовыми кольцами-утяжелителями на конце каждой из полос, кожаные жилетки на голое тело. Волосы переплетены бисером, стеклярусом и взбиты вороньим гнездом с обязательными цветными прядями, указывающими на принадлежность к конкретной шайке. У этих — алый, желтый и медь «ведьминого меда». Мордочки от кончика носа к вискам тоже разлинованы извилистыми цветными полосами. «Гекопардовые Орхидеи», не первой лиги банда. На столь дорогой улице им и делать-то вроде бы нечего. Во всяком случае, так было, пока я еще жил в городе. Теперь, похоже, ситуация в корне изменилась.

Для проверки я еще прошелся вниз, к воротам Надежды, высматривая цветастых девах. Перемены обозначились еще более четко. Раньше малолетние бандитки шлялись поодиночке или всей стаей, теперь же на каждом перекрестке отсвечивали парочки расфуфыренных уголовниц. Время от времени к ним присоединялась третья, но ненадолго — одна из прежних гут же снималась с места и исчезала, чтобы объявиться в следующей паре. Чем-то мне такой порядок был знаком. Ну да, точно! Это же «скользящая сеть» — прием патрулирования рейнджеров под заклятием.

Да и многовато их как-то, причем не только за счет новых. Кое-кого я помню в цветах других банд. Плюс еще одна закономерность: чем мельче девицы, тем довольнее их мордочки. У некоторых даже глаза восторженно светятся. Соответственно, наоборот — чем крупнее бандитки, тем мрачнее и покарябаннее их физиономии.

Похоже, «Орхидеи» пережили переворот с последующей реорганизацией. Кто-то у них там завелся, причем одновременно с головой, коготками и здоровенной харизмой. У меня промелькнуло некое предчувствие, но оно не было настолько неприятным, чтобы обратить на него внимание.

Пора уже наметить кого-нибудь, чтобы выйти на контакт. Если есть дозор, должен быть и разводящий. И похоже, как раз его, то есть ее, Судьба мне и послала. Этакую светлогривую пышечку, споро притрусившую к только что обновленной двойке, обменявшуюся с рядовыми парой фраз и явно собравшуюся дальше. Судя по длине полос разрезной юбки — ниже колена, — блондинка состояла в банде в немалых чинах. Не сама бандерша, но уж унтер-офицерский состав — точно. Из ключевых, а то и доверенная...

Догнав ее лишь через квартал, я по привычке окликнул девчонку: «Эй, малышка!», но тут же осознал свою ошибку.

Это поначалу, со спины, я принял унтер-бандершу за совсем уж малолетку. Даже мне она была всего лишь по плечо — до пяти футов не хватало пары дюймов. Но округлый полный задик и крутые бедра наводили на размышления, а когда девчонка повернулась, все сомнения рассеялись: спереди она была одарена еще круче, чем сзади. Во всяком случае, любую из ее дынек одной ладонью мне было не охватить. Обеими пришлось бы, и то полная пригоршня с горкой получится...

Впрочем, об этом лучше лишний раз не думать. Мне еще дела с ней вести, а на пристальный взгляд на свои прелести такие реагируют быстро и незатейливо — либо свинчаткой в лоб, либо бритвой по яйцам. Ничего, что оружия на первый взгляд не видно, стандартный комплект на месте: кастень — две шипастые отливки из свинца или латуни с дырками для пальцев, соединенные цепью в пару футов, — вокруг пояса под юбкой, дюжина заточенных спиц в корсетных швах жилетки, бритва или нож сзади, в кармане-ножнах между лопатками

Так и я не кадавр, заикой заклятый. Только у меня все на виду — к чему скрывать. Мужчина, по своей воле решивший заговорить с одной из «Орхидей», уже достоин пристального внимания. Особенно если у него под мышками торчат рукоятки офицерских восьмиствольников, а на ремнях армейского сетчатого жилета удобно устроились «осиные гнезда», для сохранности обернутые восковой бумагой.

На этот раз я не пренебрег пружинными бомбами. Правда, взял только те, что с парализующим ядом на иглах «снежинок». А вот файрболлы совсем на виду развешивать не стал — но ими тоже озаботился. Всего полдюжины, в городе больше не понадобится. Тяжелого кадавра попросту в улицу не протолкнешь, а все остальное таким образом снесет вместе с парой стен в придачу.

Еще одна меченая кость у меня в запасе тоже с ходу не просматривалась. Это из тех способностей, что прорезались после общения с Мечом Повторной Жизни и только усиливались от каждой новой попадавшейся на пути Реликвии. Ощутив вблизи поток одной из подвластных теперь сил, я слегка напрягся, подзывая аспект поближе.

Тем временем, оценив мой арсенал в сравнении с собственным, пышечка решила на «малышку» не обижаться. Только смерила взглядом подчеркнуто и присвистнула.

— Чего надо, дядя?

— Да так, дело есть, — зашел я издалека, как тесайрский перехватчик на наш флайбот.

— На сколько? — Мышление у опасной куколки оказалось вполне конкретное.

— Золотых на дюжину. — Насколько я еще помню по собственному городскому житью, такая сумма вполне обеспечит работой на день вдвое большее число исполнителей.

Блондиночка задумчиво кивнула, соглашаясь, что, таки да, повод к разговору есть. Уже хорошо. Теперь главное — правильно выстроить задачу. Но сие попроще будет: в отличие от спамеров, ограничение контракта которых звучит как «без грязи и мокрятины», малолетние уголовницы на вторую часть этой формулировки плевали с набережной небесного города Итархина. А к первой моя нужда в них не сводилась. Упаси Судьба...

— Присмотреть надо за одним домом и за товаром, что в этот дом попасть должен, — следом за наживкой пошел крючок. — Возьметесь?

— Смотря за каким... — протянула девчонка. — Ты-то сам кто такой? Из «хватов», что ли, такой любопытный?

Это уже лишнее. До расспросов дела доводить не стоит. Пора ошарашить блондинку по полной, чтобы впредь не задумывалась. Лучше всего — правдой, поскольку я уже убедился, что в городе моя популярность разрослась едва ли не до размеров славы Хогохи Неправедного.

— Подымай хуже! — Я оскалился во весь рот. — Я Потрошитель Пойнтер!

— Да ну! Врешь ведь! — с насмешливым недоверием покачала головой мелкая бандитка.

— Под ноги посмотри, — доброжелательно посоветовал я в ответ.