Собачий Глаз - Мартыненко Всеволод Юрьевич - Страница 94

Это же Хозяин Нищих и ГранМадам всея борделей города! Вот уж действительно трогательная парочка...

Внешность безобидных рантье никак не хотела увязаться с репутацией чудовищ похуже исполинской землекройки. Вот на какие денежки партайтодт-фарер мертвяков из могил поднимал! Удивительно, что при такой поддержке он весь Анарисс за Последнюю Завесу не загнал. Оттого лишь, наверное, чтобы спонсорам гешефт не нарушать.

Состояние этих двоих на пару сравнимо с моим собственным. Вровень почти с майоратом Стийорр, да и с любым из Тринадцати. А значит, схватка как минимум на равных пойти может, если только консерватизм и отсутствие фантазии не сыграют с дорассветными воротилами дурную шутку.

Только тогда и мне не всеми силами на них двигаться надо, а в одиночку, потихоньку. Как сейчас стою, так и, приступать.

Уарени Хтанг почуяла мой охотничий азарт не хуже, чем все остальное, и задерживать не собиралась. Но я сам скакунов придержал, потому что за это время появился еще один вопрос к Инорожденной Дня — как ни странно, касательно ее веры. Совсем по-иному показалась она мне. при личном разговоре, чем в пересказе.

— Слушай, а все-таки в чем суть насчет Сообразного Воздаяния?

— Что, зацепило? — светло и бесхитростно улыбнулась хтангская принцесса.

В ответ я только кивнул. Да еще покраснел, словно был пойман взрослой женщиной на детской шалости. Она замолчала надолго, затихла. Я уже решил, что больше она ничего не скажет. Но все же услышал:

— Для меня — в том, что нельзя позволять себе платить цену, о которой придется сожалеть. А для тебя... Сам подумай.

На этом аудиенция как-то естественно подошла к концу. Меня ждала моя погоня. И пуще вопросов о цене и ценности донимала мысль о сладкой парочке богоискателей.

Зачем им сдалась Древнейшая Кровь?

Найти место, где вершат свои подзаконные делишки двое властелинов порока, на старости лет сбрендивших на религии, было не в пример легче, чем все предыдущие звенья той же цепи. Странным оказалось лишь то, что помимо общего жилья их объединяет еще нечто. Раньше я думал, что поселиться рядом их заставила только одна на двоих тяга к показухе и пустой экономии.

Не знал бы точно, где искать, так сочетание хвастливого богатства с мелочной прижимистостью указало бы. Эти по заброшенным кварталам не прятались, хотя в богатом выбрали самое дешевое местечко. В самом конце улицы, рядом с участком, пустующим совсем уж невесть отчего.

Даже в небедной местности область занятий хозяев наложила отпечаток на обиталище. Зачем-то ресторацию устроили на первом этаже своего даже не особняка, а скорее доходного дома. Да и все вокруг гляделось как-то замусоренно, крикливо, с базарным оттенком.

Подтверждая выводы, навстречу попалась огрская арба, груженная здоровенной клеткой наподобие тех, что в зоосаду для мантикор и прочих редких тварей пользуют. Только не сей раз в ней не магическое зверье было, а самая простецкая уличная животина. Не из полезных, для забавы разводимая порода.

Клоуны — зверье, схожее с разумными существами хуже обезьянского отродья. Набили их в решетчатую тару туго, так что от тесноты те совсем сбесились. Только верещали и щелкали зубами, пытаясь высунуть хари наружу. Вот же твари!

Человекоподобные без разума, не похожие ни на одну из рас мира. И в то же время сходные одновременно со всеми. Как такое может быть, не понимаю...

Откуда вообще их столько взялось? Раньше клоунов держали только при балаганах, да еще на ипподроме, для родео. Еще, говорят, в богатых семьях была такая мода — приводить клоунов на детские праздники, чтобы те забавляли сыночков и дочек ужимками и прыжками. А теперь кривляющиеся фигуры в нелепых балахонах, с разноцветными харями и насаженными на них шарами искусственных носов кривляются под звуки дудок чуть ли не на каждом углу.

А откуда вообще берутся клоуны? Раньше никогда не задумывался. Так или иначе, сейчас там явный кризис перепроизводства. Если уже до предела набитыми клетками вывозят...

Ладно. Не до того сейчас. Надо прикинуть, как на разведку в дом проникнуть.

На первый взгляд, проще всего в ресторацию зайти. Чтобы у таких хозяев заведение было без номеров наверху, никогда не поверю. Вот только, если клиентам есть ход с первого этажа, то есть и кордоны, страхующие их от несанкционированного проникновения куда не надо. И обойти их без шума ой как непросто...

Куда выгоднее было бы с соседнего дома на крышу зайти, да вот беда — нет соседних домов. С одной стороны проспект, с другой — участок заброшенный. Что-то везет мне сегодня на крайние в ряду строения. Так и хожу с угла на угол...

А вот насчет пустого участка — это мысль. Там и контур магической защиты может быть поставлен послабее. По старой памяти, на бывшую когда-то застройку заведен. Стоит попытаться. Правда, надо бы еще и задуматься, почему недешевая земля в престижном квартале пустует.

Но вполне может быть, что как раз из-за соседей...

Поначалу ничто не настораживало ни снаружи ограды, глухо заколоченной деревянными щитами, ни внутри нее. Разве что ощущение покинутости, заброшенности, окончательной какой-то пустоты. С тем, что за забором осталось, не сравнить.

Здесь все иначе было. Не так даже, как в старом центре. Там лишь призрак запустения витал, отголосок, не в полную силу звучащий. А здесь, всего в двух шагах от шумного богатства и крикливых попыток ему подражать, забвение давно и надолго вступило в свои права.

Казалось, ни звука, ни шелеста не пробивается извне за забитую досками узорчатую кованую ограду. Как отрезало все вокруг, будто вовсе не окраина это, а совсем дальняя, заброшенная сторона, до которой от любых обитаемых мест даже воздушным кораблем долгие дни пути.

Тишина и спокойствие, лишенные всякого признака жизни. Даже травинки-былинки не шелохнутся, иссохнув до призрачной легкости. Тронь — распадутся трухой, словно не жили, не зеленели никогда, радуясь солнцу.

Да еще руины, невидимые с улицы...

Остаток дальней стены, острия углов, зубья оконных и дверных проемов, проступающие из кургана песка и щебенки, в которые обратилось все прочее. Все ветхое, дряхлое до предела, и если еще стоит, значит, просто не в силах рухнуть.

А между огрызками стен холодным блеском, словно разлившаяся неотвержденная ртуть, сверкала какая-то ровная гладь. Светившаяся сиюсекундной новизной и презрением к вечности в противовес всему виденному здесь прежде.

Наверное, не лучшей идеей было подходить поближе и заглядывать внутрь развалин через дверной проем. Но отчего-то я не мог удержаться. Да и не ощущалось опасности в чуждом сиянии. Скорее тайна какая-то.

С приближением блеск глади угасал, видимый лишь под небольшим углом. Поверхность наливалась глубиной, пусть теплого тона, но все же слишком темной, неподобающей яркому дню. Будто в руинах открывался бездонный колодец, затянутый тончайшей пленкой или залитый очень прозрачной водой...

Вот только это был не колодец. Да и откуда ему здесь взяться, бездонному-то, в городе, на сотню ярдов вниз изрытому ходами канализации и прочих катакомб? Еще пара примет указывала, что теряющиеся в глубокой коричневой тьме бесконечные стены мелкокаменной кладки не вниз уходят. Или, вернее, не уходили когда-то.

Судя по тому, что полустершийся декор на остатках стен в пленке выглядел опрокинутым, как и марши опоясывающей их изнутри лестницы, не колодец — башню отражала она. Бесконечно устремившуюся ввысь башню, непредставимо высокую даже для полутора-ярдовой толщи стен у разрушенного основания. Магическое строение, призванное достигнуть неизмеримых высот, быть может, самого Небесного Города Итархина...

Очень осторожно, едва переставляя ноги, я попятился прочь, вплоть до самой стены доходного ресторационного дома. Все казалось, что, оборачиваясь, оступлюсь, не удержусь и буду обречен вечно падать в призрачную высь...

Как и предполагалось, защита на глухой стене, выходившей сюда, отсутствовала почти начисто. А на самом верху виднелось вполне приличных размеров окошко, ведущее на чердак. Что стена глухая — одно название. Карнизиков, дыр от вынутых балок, полузаделанных проемов и просто неровностей кому-кому, а мне с избытком хватит, чтобы до того окошка долезть. Тем более с тесаком.