Собачий Глаз - Мартыненко Всеволод Юрьевич - Страница 58

Пытаясь отогнать от себя осознание очередной назревающей проблемы, я зачерпнул еще порцию грибного питья. Это оказалось то ли ошибкой, то ли спасением — как посмотреть.

Неправда, что бывают межрасовые сексуальные предубеждения. Бывает много света и мало «клюкаловки». Гоблинихи, глядевшие на меня масляными глазками, после очередного глотка показались вполне симпатичными.

— У-ти, зелененькие... — не сдержал я доброжелательного бормотания, вызвав в рядах соблазнительниц неподдельный восторг.

Эх, не с того краю высокородная зашла. Подпои она меня поосновательнее, может, и сумела бы склонить к нарушению Высокой клятвы...

Образ беснующейся Леах, вызванный услужливой памятью, оказал на меня благотворное воздействие. Даже несколько отрезвляющее, насколько сие вообще было возможно. В результате я отдал себе некоторый отчет в происходящем и даже вяло попытался уклониться от гоблинячьих нежностей.

— Ж-женатый я, д-девочки... К-как есть ж-женат! Образ Хирры, представший перед моим внутренним взором, отчего-то совсем не был осуждающим, скорее источал любопытство — как-то выкрутишься, муженек?

Увы, зеленявки женского пола имели превосходство не только в числе, но и в массе каждой отдельной представительницы. Медленно, но верно, с убаюкивающим воркованием гоблинихи тянули меня от общественной поилки в уютный гнездовой уголок. Общее обалдение, сексуальное любопытство и пьяный задор были мне абсолютно не в помощь...

Из последних сил выпрямившись в полный рост, я попытался дать решительный отпор. Зеленокожие колобки раскатились было в стороны от пошатывающейся фигуры, но тут же приготовились предпринять не менее решительный штурм. Едва ли не друг по другу карабкались, настойчиво оттирая в укромный уголок...

Так и не знаю, удалось ли пышнотелым зеленокожим прелестницам то, что столь рьяно пыталась проделать Лесная. Ибо в тот момент, когда гоблинихи окончательно оттеснили меня от корыта с клюкаловом, я попросту и без затей отрубился. Словно лишь регулярные глотки немудреного спиртогрибного зелья без капли магии и держали меня доселе в мире существ, обладающих волей и разумом.

Пришел в себя я уже за пределами гоблинятника. Видимо, малость очухался от сырого ночного воздуха в слегка изумленном и весьма изрядно помятом виде.

И обнаружил себя едва ли не прямо у входа в шатер высокородной. Будто мне ее за день с лихвой не хватило, чтобы по ночам еще общения жаждать! Тем более в состоянии столь непотребном, что отпор страсти ли, ненависти Инорожденной не смогу дать никаким способом. Гоблинские самки на меня, что ли, столь легкомысленно повлияли?

На счастье, свет в шатре зеленого шелка не горел. То ли отсыпалась хай-леди ау Риер после сегодняшнего, то ли вовсе домой еще не пришла, предпочитая развеяться на сон грядущий. В любом случае беспокоиться за нее не хотелось. Пусть хоть всю ночь шляется, мне-то что!

Однако не всем это было столь же безразлично. Во всяком случае, темной массой заворочавшемуся во тьме Раптору 08 — однозначно нет. Запалив габаритные гнилушки, чтобы не перепугать меня окончательно, кадорг попытался подступиться с соответствующим вопросом. Как будто от меня сейчас можно добиться вразумительного ответа! Хоть кому, хоть Победившим Богам с их аватарами, хоть Побежденным с демонами...

Язык отказывался повиноваться даже для того, чтобы высказать все это. Выходил только хрип, сип и какое-то шипение. Единственным, что мало-помалу передавалось от меня Раптору неведомым внесловесным путем, было мое полное изумление. На мой взгляд, оно явственно отражалось на рисованной у него на забрале рожице, черты которой кривились и плясали у меня перед глазами.

Кадорг, как заботливая нянька, пытался оградить мой шатающийся и раскачивающийся организм от вполне возможного падения, заходя то с одной, то с другой стороны. Или это он у меня от выпитого не только в глазах, но и во всем теле двоился? А может быть, в таком состоянии я принимал за его заботу все столкновения с окрестными предметами и деталями рельефа.

В конце концов, изнемогая от жажды пролить свет на свою житейскую ситуацию и проистекающее из нее отношение к хай-леди ау Риер, я оказался способен лишь на три кратких фразы, обращенных во множественном числе ко всему, что столь бережно меня окружало.

— Й-я с х-хоб-блинами гт-пил! В-в-в х-хоб-блин-нятник-ке! И-и х-хде в-ваша с-сучка выс-сокород-дная, з-знать н-не знаю!!!

Надо понимать, от такого Раптор охренел окончательно, ибо более не препятствовал мне в дальнейших действиях. Последние не отличались разнообразием. Я икнул, обошел зеленый шатер — не столько кругом, сколько неровной многолучевой звездой или чем-то вроде гоблинской магической спирали, — и справил малую нужду на его заднюю стенку.

После чего с чувством выполненного долга завалился спать. Как выяснилось впоследствии, не сходя с места. Разве что на пару шагов в сторону меня еще хватило.

С утра голову ломило не просто сильно — кадавренно. Во всю осадную мощь. От грибной основы гоблинского самогона тоже наблюдались своеобразные последствия. Или от закуси того же происхождения. Хорошо, успел добежать до отхожего места, а то высокородная по возвращении застала бы свое обиталище в совсем уж прискорбном виде. Ей и так без стирки шатра не обойтись.

Пива в лагере, понятное дело, не было по определению. Кадавризированные организмы его в свой искусственно симулированный метаболизм ввести не в состоянии никоим способом, вот и в хозяйстве не имеют. И еще неизвестно, что доливают в свою выпивку для компенсации особенностей этого самого метаболизма. Хорошо, если только древесный спирт и легкие фракции возгонки каменной смолы — от всего этого хоть последствия известны.

Да и вообще старое меканское правило — только свое пить или от проверенного самогонщика — никто не отменял. То, что вчера с гоблинами я это правило позабыл, силу его только подтверждает.

От одной мысли о «клюкаловке», любезной сердцу зеленявок, позывы к опорожнению всех внутренностей всеми путями неуклонно возобновлялись. Более же ничего годного к опохмелке на сотню-другую миль в округе не присутствовало, включая личные запасы. Содержимое фляжки экономить надо было! Да что уж теперь-то...

В условиях даже относительно мирного сосуществования с Леах обойтись без регулярного промывания мозгов спиртным никак не получалось. Вот и подобралась заначка незаметно, без следа и сожаления. До поры до времени, конечно.

Теперь поздно страдать о впустую растраченном альтийском джине. Проблему с похмельем решать надо. Неотложно. Подручными средствами. Ну-ка, что у нас в наличии из спиртосодержащих субстанций технического назначения?

Так... Негусто. Даже из имеющегося кое-что отпадает. К примеру, черный жирный технический гуталин для обработки кожаных элементов конструкции кадавра. Всем хорош, и с градусом расстается легко, но для разделения фракций нужен грубый ноздреватый огрский ржаной хлеб, который на те же пару сотен миль в округе сыскать в равной степени затруднительно. А так на меканском жарком солнышке быстро бы готова была выпивка с закуской в одном лице.

Правда, по нынешнему моему желудочному состоянию это тоже не проканает. Значит, и жалеть нечего. Тут нужна жидкость желательно с максимально нейтральным вкусом и запахом. Не полировальный эликсир, в ведре воды разболтанный, а что почище. И покрепче.

Остается одна возможность. Антифриз. Спирто-глицериновый, как по заказу. Должен быть пусть не в изобилии, но определенно. Если, конечно, никто еще раньше не сыскал применение ценному ресурсу. Альтернатив быть не может — по штату антифриз положен, значит, есть. Хотя на хрена он в меканской влажной жаре нужен, чины снабжения ответить не сумеют при всей необходимости А что теперь его малость поменьше будет, тоже не их забота. Испарился, блин. Вымерз!

Тем более что специфика приготовления необходимого напитка скоро сделает это заявление истиной.

Одержимый появившейся наконец целью существования, я помахал рукой кадоргу, пребывавшему неподалеку в каком-то ожидании. На мое счастье, это оказался Раптор 08. Ему к общению со мной не привыкать, хоть поймет, что к чему.