Белое солнце Пойнтера - Мартыненко Всеволод Юрьевич - Страница 63

– Да! Слушаю!!! – сразу отозвалась раковина звонким голосом моей древнейшей. Спокойствием в интонации, с которой были произнесены эти слова, и не пахло – одна напряженность.

– Ты в казармах?! Добралась?! – Ее беспокойство разом передалось и мне.

– Добраться-то добралась! Только выбраться не могу! – Нервная натянутость в голосе Келлы потихоньку сходила на нет.

– Что, арестовали? – по своей привычке предположил я худшее.

– Нет! Стражники казармы обложили, арсенал отрезан! – Слова эльфочки сняли с моего сердца порядочных размеров камень. – А тяжелое вооружение еще вчера в Сахисс морем отправили!

Ладно, все среди своих, а не в руках сбрендившего царедворца, возжелавшего высшей власти. Драгуны анарисскую эльфь в обиду не дадут, если слово бинбаши Джумы аль-Сахисси что-то для них значит. А его позавчерашние восхищенно-почтительные взгляды в сторону моей младшей жены не заметить было трудно…

Вот только если непокорные узурпатору части не в силах сдвинуться с места, то на выручку согражданам на обрыве прийти по-прежнему некому.

– Если пробьетесь, идите к морю! – все равно на всякий случай проорал я, уже порядочно запыхавшись от бега. – Отбивать народ с морской сиесты, их стражники топить собрались!!!

– Поня-я-ятно… – уже мрачно и зло протянула Келла и разом оборвала связь.

Так… Кого вызывать следующей? Памелу со студиозусами тоже могли запросто блокировать в академии, а Хирра… что она сможет одна?

Спустя мгновение мне стало не до столь сложных вопросов. За очередным поворотом полдюжины лиловых деловито теснили тяжелыми сайсами троих повстанцев. Точнее, одного ветрострелка с разряженным гарпунометом и двоих горожан – драконида при бирюзовой повязке и человека без всяких отличительных знаков. Пустынное копье песчаного солдата было куда легче стражничьего, а цивильные вообще отмахивались каким-то бамбуковым дрекольем из ближайшего забора.

Один убитый человек и два дохлых лизардманка уже открыли счет этой баталии, обещавшей в ближайшие полминуты еще больший урожай трупов. Ветрострелок с драконидом держались неплохо, даже заработав пару-другую рваных царапин, а вот по всем признакам постороннему горожанину приходилось туго. Двигался он с трудом и все время клонился на правый бок, по которому тянулась длинная, хотя и неглубокая рана.

Быстро окинув взглядом окрестности на предмет засад или иных неожиданностей, я выдернул из портупеи собственный стреломет. Короткие болты анарисской выделки хоть и полегче местных гарпунов, зато руку не так мотают при выстреле. Так что четыре верхних ствола я опустошил за три секунды, пустив «погулять» только одну стрелу. Первый стражник с ходу полыхнул зеленым и разбежался ящеричными обезьянами, оставив одного из них валяться трупом, а двое других изрядно сбавили напор, озабоченные засевшими в мясе стрелами больше, чем добиванием повстанцев.

Эх, жаль, что надсеченные иглы в нижних стволах, оказавшиеся в посольском стреломете вопреки всем здешним установлениям, в свалке бесполезны – своих задену, а орудовать «козьей ногой» да переводчиком огня и вовсе некогда. А тут еще двое лиловых – легкораненый человек и один из незадетых драконидов – сами взялись за метатели.

Тут стало совсем не до размышлений. Я сумел-таки разрядить два нижних ствола в сторону отшатнувшегося от своих стражника, осыпав его стальным дождем, а дальше пришлось положиться на тесак. Обухом по стволу стреломета, отбивая готовый сорваться с шептала гарпун, острием в живот ближайшего противника! Рванул на себя бестолково забившееся тело – и тупой удар вражьей стрелы пришелся в обмякающую чужую плоть! Изумрудное тление срывающегося заклятия промелькнуло перед глазами быстрой полосой, и «мой» драконид рассыпался на ораву верещащих лизардманков, оставив меня без прикрытия. Стряхивая обезьяний трупик с тесака, я демонился так, что позавидовала бы торговка рыбой с Альфорт-рынка.

Но торопиться, собственно, было уже некуда. Пока я геройствовал, как последний идиот, двое здоровых повстанцев порубили оставшихся лиловых. Даже раненый не остался в стороне, с каким-то привизгом домолачивая своим бамбуковым дрыном валявшегося со стрелой в боку стражника. Оттаскивать его как-то никто не брался.

Втроем с ветрострелком и бирюзовоповязочником мы, тяжело дыша, стояли над последним оставшимся в живых вражеским драконидом, ожидая, когда агония завершится распадом на составляющих его обезьянов. Вот-вот засветится зеленым – и делать ничего не надо…

Умирающий затих, но остался прежним. Ничего не произошло. Он действительно был драконьей крови.

Хисахский солдат сложно выругался, помянув все созвездия зодиака в одном постельном танце, а драконид с бирюзовой повязкой отшатнулся, злобно зашипев и скрестив противолежащие пальцы свободной руки в отрицающем жесте. Наверное, не будь его рот сухим от рождения, так и плюнул бы на труп.

– От дурной рассыпной стрелы помер – по вине и смерть! – подытожил свою тираду ветрострелок.

Ох, не любят наш анарисский боеприпас по обе стороны пустыни. Знал бы – выкинул посольские запасы еще дома, без всякого сожаления… И может, сдох бы сейчас на улице, как этот предавший свою кровь представитель четвертой расы разумных. Себе изменять не дело даже в мелочах…

– Откуда сам такой? – перенес внимание с оружия на его владельца словоохотливый солдат.

– Из Анарисса. – Скрываться без толку, в парадном-то мундире рейнджерского премьер-капитана, даже не будь у местных чутья на чужаков. – Посольство разгромили…

– Что, ваше тоже?! – с ноткой язвительности ответил вопросом драконид. – После смерти султана разнесли все посольства, кроме вашего!

– Стражники?! – Теперь уже я удивленно встретил вопрос вопросом. К чему Музафару громить потенциальных союзников? Или это провокация, призванная объяснить необходимость столь масштабного усмирения непокорных?! Ничего не понимаю…

– Нет. Наши, – настала очередь замешательства повстанца, с трудом пришедшего к аналогичным выводам. – Или кто-то вроде наших…

Ага. Вот и я о том же.

Но разобраться в тонкостях политической интриги здесь же, на месте, нам было не суждено – с перекрестка, откуда я сам вышел минуту назад, вывалила целая орава стражников. С дюжину, наверное, и с тремя людьми в тех же лиловых туниках во главе. То есть с настоящими стражниками, не сегодняшнего обезьянского призыва…

Похватав бесхозные гарпунометы и сайсы, мы рванули к противоположному концу улицы, на ходу лязгая взводящими рычагами, затем резко тормознули, возвращаясь за горожанином, в исступлении мычавшим над трупом стражника, и дали деру вдвое быстрее. Едва-едва успели засадить гарпуны в стволы трофейного оружия…

К тому моменту, как мы, уже вчетвером, добрались до дальнего переулка, лиловые одолели полдороги до нас. Пару раз они останавливались, чтобы выпустить залп – стрелы свистели по сторонам, то и дело звякая наконечниками о стены и камни мостовой. И тут навстречу нам из помянутого переулка вывалились еще столько же стражников!

– Ложись!!! – заорал я, как под аркналетом, и первым со всего маху покатился под ноги встречным.

Ветрострелок выполнил команду не задумываясь, драконид – чуть замешкавшись, а мирный житель в своем помрачении просто скопытился, лишившись подмоги. Аккурат в этот миг преследователи, закончив тщательно прицеливаться, разрядили свои стрелометы. Рой гарпунов прожужжал над нами и с глухим стуком встретил строй преграждавших дорогу. По тем, кто уцелел, высадили из всех стволов мы трое, а ближайшему подсек ноги сайсой и вцепился в глотку вконец сбрендивший горожанин.

Дальнейшее слилось в дюжину секунд непрерывного безумия. Каждый в одиночку прорывался сквозь зеленые сполохи срывающихся с мертвецов заклятий, кроша противника направо и налево. Фонтаны бирюзовой и алой крови хлестали в небо, смешиваясь в облако тошнотворных брызг.

Каким чудом не задело никого из нас троих – вряд ли знают даже боги. Подхватившись, мы с удвоенной силой бросились прочь от настигающих преследователей, уже не делая попыток оторвать сумасшедшего от очередного трупа.