Молли Мун и магическое путешествие во времени - Бинг Джорджия - Страница 48

— Петулька!

И тут до нее дошло. Петулька двигалась. А все остальные застыли на месте. Это Петулька остановила время!

— Петулька! Не урони камушек! — закричала она и рванулась вперед.

Но собачка была слишком взволнована Она раскрыла пасть, чтобы приветственно тявкнуть, и прозрачный кристалл, который она до этого сосала, упал на землю. И в тот же миг мир ожил. Старик в капюшоне громко закричал, десятилетняя Молли завизжала, А из тени выступил Закья. Он увидел прозрачный кристалл на земле, увидел убегающую Петульку. И Молли, рванувшуюся к кристаллу. Всего несколько мгновений понадобилось ему, чтобы понять, что происходит. Видимо, Молли очень нужен этот камушек. Он сунул руку в карман, чтобы достать оттуда собственный прозрачный кристалл. И похолодел.

Тот камушек на земле и был его кристаллом. Петулька его стащила.

Закья почувствовал себя преданным. Он рисковал собственной жизнью ради этой собаки. Он любил ее, такую красивую и большеглазую. А она изменила ему. Он спас Петульку от сабли стражника, спрятал ее и соврал Вакту, что она мертва Он кормил ее мясом павлина, устроил ей лежанку из кроличьих шкурок, украсил ее драгоценностями…

Молли, метнувшись к кристаллу, успела бросить пронзительный взгляд на Закью. Через пару секунд он уже был загипнотизирован.

Девочка схватила прозрачный кристалл. Мир снова замер, на этот раз — даже любимая Петулька. Молли взяла ее на руки. Петулька тут же ожила и запрыгала у нее на груди. Она вдыхала любимый запах хозяйки, лизала ее лицо, словно собиралась съесть. Собачка была так счастлива, так взволнована, испытывала такое облегчение! Она обожала Молли — жизнь без хозяйки была унылой и пустой. Никогда, никогда никто их больше не разлучит! Молли покрывала Петульку поцелуями, гладила спинку, мягкие ушки. Вдруг ее пальцы наткнулись на что-то твердое — у собачки было проколото ухо, и в нем болталась сережка. Молли заглянула Петульке в глаза и глубоко-глубоко вздохнула от счастья. Потом она посадила собачку на землю, и та снова замерла.

Молли огляделась. Фиолетовые старики окаменели в самых диких позах — со вскинутыми ногами, с жезлами, грозящими небу. Загипнотизированный Закья стоял неподвижно. Младенец лежал на плоском треснутом камне, а трехлетняя Молли свернулась клубочком на земле, обхватив себя руками.

Молли подбежала к ней, коснулась рукой, и малышка ожила. Она с ужасом огляделась и заплакала.

— Я хочу к Тлинки! Хочу к Локки!

Молли, присев на корточки, быстро загипнотизировала ее. Вскоре малышка уже улыбалась.

— Держись за мою юбку и не отставай, — велела Молли.

Потом она подошла к камню и подняла с него младенца. Сбоку, у стены, она нашла корзинку, в которой лежали бутылочки с молоком и водой, тонкие пеленки из муслина и салфетки. Открыв бутылочку с водой, Молли жадно напилась. Наконец-то!

— А ты забавная! — сообщила она младенцу.

Затем вместе с трехлеткой, держа на руках младенца, она направилась к десятилетней Молли. Мир вокруг был неподвижным и прохладным.

Десятилетняя Молли стояла, схватившись рукой за порез. Одной рукой прижимая к себе младенца, Молли соорудила из тонкой пеленки что-то вроде бинта и обвязала девочке шею. После этого она прикоснулась к плечу десятилетней Молли и, как только та зашевелилась, загипнотизировала ее.

— Ты не почувствуешь никакой боли, — мягко произнесла Молли. — И забудешь всё, что здесь увидела. Тебе будет хорошо. А сейчас возьми на руки младенца и береги его, как саму себя. Левую руку положи мне на правое плечо и не отпускай ни в коем случае.

Молли посадила Петульку в корзинку. Окружающий мир дышал холодом.

Необычная группа, состоящая из Молли разных возрастов, подошла к стене, где был спрятан мешок с кристаллами. Поставив на него корзинку, Молли велела девочкам подождать. Она обернулась вправо.

Там стоял Закья, похожий на замороженную крысу. Молли задумалась. Что бы такое с ним сделать?

Она коснулась его груди и заглянула ему глубоко в глаза. Его воля стала податливой, как растаявший кусок сливочного масла

— Закья, ты меня достал, — начала Молли. Старичок покорно смотрел ей в глаза. — У меня из-за тебя сплошные неприятности. Ты украл мою собаку, причем дважды. Ты похитил меня. Ты помогал Вакту, хотевшему меня убить. Всё это ты делал для того, чтобы угодить своему хозяину. Но теперь он очень далеко отсюда — в трехстах миллионах лет, так что вряд ли вы когда-нибудь увидитесь снова. — Она перевела дыхание. — Закья, я задам тебе вопрос. Что бы ты сделал с собой, если бы оказался на моем месте?

Закья скривил губы.

— Кинул — бы — в колодец.

— Правда? И не пожалел бы?

— Нет. Потому что — я - это — заслужил.

— А ты не думаешь, что тебе надо дать возможность исправиться?

— Нет.

— Ты очень безжалостный человек, Закья. Почему?

— Жизнь — научила — меня — жестокости — а - не — жалости.

Молли грустно покачала головой. Ее опыт показывал, что всё, что случается с тобой в жизни, вносит какие-то изменения в твой характер. И радостные, и грустные события, и плохое, и хорошее — всё заставляет тебя меняться. Страшные случаи останутся в твоей памяти навсегда — так же, как и чудесный праздник или нечаянное счастье. И чем больше радости было в твоей жизни, тем увереннее ты себя чувствуешь.

Какой же ужасной была жизнь Закьи, если никто никогда его не жалел! Только Молли пожалела.

— Ладно, — сказала она, — Тебе повезло, Закья, что в моей жизни было много хороших людей, научивших меня доброте и жалости. Думаю, тебе тоже пора попытаться стать добрее. Поэтому мы поступим так… — Молли уставилась на луну в поисках вдохновения. — Отныне, всякий раз, как ты заметишь человека, нуждающегося в помощи (естественно, если он не собирается воровать, грабить, бить или убивать)…В общем, если ему действительно нужна помощь, ты будешь кидаться помогать. И, помогая, будешь воображать, что тебе тоже когда-то так же помогли. Таким образом, у тебя постепенно накопится множество воспоминаний о том, как люди были к тебе добры. Чем больше у тебя соберется таких воспоминаний, тем ты сам станешь добрее, С каждым хорошим поступком твоя злость будет убывать. Как тебе такой план? — Молли потерла ноющий лоб.

— Давай, я сделаю тебе традиционный индийский массаж головы? — предложил Закья, уже стремящийся помочь.

Молли улыбнулась.

— Нет, не сейчас, спасибо. А теперь скажи мне, с помощью какого кодового слова Вакт загипнотизировал обоих махараджей?

Закья пожал плечами и покачал головой.

— Ну ладно, — вздохнула Молли. Сжав красный кристалл, она вошла во временной поток вместе с Закьей. — Закья, свои распоряжения я запечатаю кодовой фразой, которой ты не запомнишь. Это будет… «ЧИСТАЯ СТРАНИЦА».

Молли почувствовала, что силы ее на исходе.

Взяв корзинку с Петулькой и мешок с кристаллами, собрав вокруг себя всех младших девочек, она приготовилась вернуться в будущее. Молли сосредоточилась на кристалле и вошла во временной поток. Всё вокруг завертелось.

Последним, кого успела увидеть Молли, был Закья, бегущий к старому жрецу, растянувшемуся на земле. Закья хотел помочь ему встать.

Глава тридцать четвертая

— Хорошая девочка! — сказала Молли Петульке, погладив ее по черной бархатистой головке и потрогав развевающиеся на ветру ушки. Собачка кротко посмотрела на хозяйку, потом бросила взгляд на остальных девочек. Она догадывалась, кто они такие, но четыре Молли одновременно — это все-таки было слишком сложно для нее. Поэтому Петулька предпочла смотреть, как мелькают мимо месяцы.

Чувствуя себя опытным пилотом, Молли направила свою команду к временной точке, наиболее приближенной к тому моменту, когда она покинула Рокки и остальных в лодке.

Она замедлила движение. Сквозь защитную пелену потока стало видно вечернее небо. Наверное, лодка уже причалила. Мир вокруг казался расплывчатым и размазанным. Не выпадая полностью из временного потока, Молли вывела девочек за ворота крепости, и они, едва касаясь земли, пошли по улицам Бенареса по направлению к реке.