Великие женщины мировой истории. 100 сюжетов о трагедиях и триумфах прекрасной половины человечества - Коровина Елена Анатольевна - Страница 103

Столь же новаторской и востребованной оказалась идея трансформирования английской мужской моды (недаром она общалась с Артуром Кейпелом и другими англичанами!) в женскую. Шанель позаимствовала у мужчин свитера и блейзеры, галстуки и запонки на блузки, пиджаки и пальто, которые приталила по женской фигуре. И главный шик – брюки, то утянутые дудочкой, а то – клеш. У гениальной Коко все это мужское заимствование превращалось в ультраженское, сверхмодное и современное. «Я просто угадала запрос времени», – скромно скажет потом Шанель.

Шанель дружила почти со всеми великими деятелями искусства. Но выделяла отчего-то русских творцов. Сначала это были поразившие ее танцовщики, художники и композиторы Русских сезонов в Париже, особенно антрепренер Дягилев и композитор Стравинский. Потом – российские эмигранты, заполонившие город после революции. Среди них оказался даже великий князь Дмитрий Павлович Романов, с которым у Шанель были нежные интимные отношения. Понимая, сколь нелегко эмигрантам, Коко часто обшивала русских красавиц безвозмездно. Ну а тех, кто хотел бы работать у нее манекенщицами или швеями, брала без разговоров на работу, часто приплачивая премиальные.

Да что говорить о русских служащих, если именно парфюмеры-эмигранты из России создали для Королевы моды духи «Шанель № 5»! Правда, авторство до сих пор оспаривается: одни говорят, что духи создал некий парфюмер Виригин, другие – Эрнест Бо. Но и тот и другой работали до революции в Москве на фабрике парфюмера Генриха Афанасьевича Брокара, которого знал весь мир. Коко выставила «москвичам» жесткие условия: «Я хочу, чтобы духи пахли не розой или жасмином, а целым садом! Запах должен стать символом женской тайны, которая приоткрывается постепенно».

По легенде, парфюмеры изготовили несколько ароматов. Шанель больше всего понравился запах из пробирки под номером 5. Так и появилось брендовое название. И право слово, Генрих Брокар мог бы гордиться учениками!

Другое судьбоносное открытие Шанель сделала перед концертом всемирно известного русского баса Шаляпина. Коко спешно сушила волосы над горелкой и опалила их. Недолго думая, решительная мадемуазель схватила ножницы и резанула по волосам, словно по ткани. Так на ее голове появилась короткая стрижка. Ну а после спектакля весь Париж воспринял это за новый крик моды. И на другой день парижанки подстриглись «под Шанель».

Было и еще одно славное дело, начавшееся «с подачи» русского – антрепренера Дягилева. Однажды Шанель узнала, что он прогорел в Лондоне, показывая балет «Спящая красавица». «Приходите ко мне!» – прошептала она Дягилеву тайком. А когда ошарашенный антрепренер явился, Шанель вручила ему огромную сумму денег. С тех пор она и занялась благотворительностью. Но помогала с условием – все должно оставаться в тайне.

Только вот личная жизнь у Шанель не заладилась. В начале жизни Коко остро ощущала, что она не ровня аристократическому миру, ну а когда ее звезда взошла в зенит, строптивая Коко уже сама считала многих аристократов недостойными себя. Даже сам знаменитый английский герцог Вестминстерский получил от Коко отказ. «Герцогинь Вестминстерских может быть много, а Коко Шанель – только одна!» – отрезала царица моды.

Что ж, богатая и знаменитая к тому времени Шанель всегда слыла парадоксальной и непредсказуемой. В конце 30-х годов она неожиданно закрыла свой Дом моды и уехала в Швейцарию. Сначала стали поговаривать, что она устала от борьбы за первенство, потом – что у нее роман с высокопоставленным наци – Вальтером Шелленбергом. Так это или нет – достоверно неизвестно. Но после освобождения Франции Шанель попытались обвинить в сотрудничестве с фашистами. Однако Коко быстро доказала несостоятельность обвинения. «Мужчины приходили ко мне как к женщине или как к модельеру! – объявила она. – Но как к политику ко мне не приходил никто!»

Между тем Париж быстро забывал довоенные увлечения. На смену Шанель пришли молодые модельеры. Но блистательную Коко рано было списывать со счетов. В 1957 году она поразила Париж новой коллекцией. А ведь ей было уже 74 года. Да кто бы еще ринулся в бой и выиграл в таком возрасте?!

И снова она работала без отдыха. Свою последнюю коллекцию, принятую на ура, показала в 87 (!) лет – в первый день 1971 года. 10 января того же года ее и не стало, зато умерла на рабочем месте.

Между прочим, доходы империи моды Шанель составляли 160 миллионов в год. В ее нарядах ходили все модницы мира – от королев до простых домохозяек. А в собственном гардеробе Коко душеприказчики нашли всего три платья. Недаром же сама Коко призналась однажды: «Главное – быть независимой. И я была. Вот только не знаю, была ли я счастлива…»

Подснежник в крови

Она родилась во дворце и была настоящей прирожденной принцессой Индии. Ее отца, известнейшего суфия-проповедника Хозрата Инаята Хана, люди звали просто Учителем. Ее мать Амина Бегум родилась в семье американцев, но приняла веру любимого человека, чтобы выйти за него замуж. Свою старшую дочь Хозрат и Амина назвали Нур-ун-ниса, что означало «Свет женственности». Потом в семье родилось еще несколько дочерей и сыновей, но Свет-Нур осталась любимицей. Отец называл ее Солнышком, ну а мать – Маленькой солнечной дочкой. Не об этом ли вспомнила потом Нур, когда написала крохотную сказку «Пэрс-Нэж» (белый цветок – по-русски «Подснежник»), столь невероятно предсказавшую ее судьбу.

«У Великого Солнца была дочь с лучезарными волосами и небесно-голубыми глазами, И Великое Солнце очень любил ее, потому что, когда она играла в облаках, все небо звенело радостным смехом…»

Когда девочке было 5 лет, семья переехала в Париж, ибо именно там нашлось множество сторонников суфия Хозрата. Учитель учил, что весь мир един и потому никому нельзя причинять боль, ведь это будет и твоя боль. Один из сторонников Хозрата подарил его семье большой благоустроенный дом. В Париже маленькая принцесса стала называться просто Нур Инаят, пошла в школу, а потом и в университет. Казалось, жизнь готовила ей радость и счастье. В семье царил культ музыки. Отец Нур считал, что музыка – олицетворение мировой гармонии, он предложил лечить прекрасными звуками не только психические, но и физические болезни. Он рассказывал, как древние индусы лечили звуками, и сам считал, что каждый орган человека откликается на особую мелодию, и составил множество книг на эту тему. То есть Инаят Хан стал одним из родоначальников музыкотерапии.

Нур Инаят Хан

Его любимая дочка Нур играла на арфе, фортепиано и старинных инструментах Индии, которые отец смог найти в Европе. Вместе с младшими братьями и сестрами Нур переодевалась в индийские одежды и разыгрывала перед друзьями отца театральные сценки по мотивам индийских сказаний – Рамаяна, Махабхарата и пьесы современного поэта и драматурга Индии Рабиндраната Тагора.

Но счастье не длится вечно. Когда Нур исполнилось 13 лет, обожаемый отец умер. Мать столь сильно переживала его смерть, что заперлась в своей комнате. Несколько лет потом ее не интересовало ничто, даже собственная семья. Нур пришлось стать опорой и для младших детей, и для матери.

«Но однажды она взглянула с белых облаков вниз, и тут слезинка скатилась с ее щек. Там, внизу, лежал большой мир – такой серый и мрачный, такой печальный на вид…»

Да, мир оказался не столь добрым, радостным и счастливым. Теперь Нур наводила в доме строгую экономию, ухаживала за матерью, следила за младшими – чтобы были накормлены, ходили в чистой одежде и крепких башмаках. Она научила братьев и сестер стирать и гладить, мыть за собой посуду и чистить башмаки. Но главное – она учила младших не обращать внимания на косые взгляды окружающих, уметь с честью проходить по улице, когда вслед им кричали: «Черномазые, немытые!» И хотя кожа детей была всего лишь чуть темнее кожи парижан (ведь их мать была белокожей), все равно часто находились желающие оскорбить и унизить. Может, потому, когда Нур начала сочинять и публиковать детские сказки, их герои всегда преодолевали страхи и несчастья.