Клеопатра. Последняя царица Египта - Вейгалл Артур - Страница 23

В этот день в 44 г. до н. э. Цезарь, бледный и изнуренный, сидел на золотом троне на форуме, одетый в великолепный наряд, чтобы лицезреть празднества, когда внезапно в поле его зрения появился крепкий Антоний, разгоряченный от бега, наносящий удары ремнями направо и налево; ему, без сомнения, доставляли удовольствие грубые шумные шутки, выходящие за рамки приличий. За ним следовала возбужденная и громогласная толпа, и вполне вероятно, что и Антоний, и его спутники при этом проявили уважение к величественной фигуре диктатора и приветствовали его как Фавна-Луперка и царя празднеств. Пользуясь воодушевлением момента и действуя согласно договоренности, заключенной заранее с Клеопатрой или с самим Цезарем, Антоний вышел вперед и протянул диктатору царский венец, увитый лавром, одновременно предлагая ему царский трон Рима. Цезаря, как мы видели, уже приветствовали на публике как бога на земле, а теперь Антоний обратился к нему в образе Фавна-Луперка, прося его принять земной трон, как он уже принял трон небесный. Как только он заговорил, вопль одобрения раздался из рядов сторонников Цезаря, которые с этой целью были расставлены в различных уголках Римского форума. Но, к смятению Цезаря, приветственные крики не были подхвачены толпой, которая тихо выразила свое неодобрение. И диктатор, таким образом, был вынужден отказаться от предложенной короны, несмело демонстрируя свое пренебрежение. Это было принято всеобщими аплодисментами, и толпа отчетливо продемонстрировала свое настроение. Антоний снова протянул ему венец, и снова раздались лишь отдельные и не очень естественные крики его сторонников. После этого Цезарь, принимая эту ситуацию с максимально возможным тактом, решительно отказался взять венец; при этом толпа снова разразилась аплодисментами. Затем Цезарь распорядился, чтобы корону отнесли в Капитолий и чтобы в официальном календаре появилась запись о том, что он отказался от нее. Вероятно, Антоний, поняв, что был сделан неправильный ход, выкрутился из ситуации с шуткой, снова принялся лупить всех своим волшебным ремнем и повел толпу за собой с форума с таким же шумом и гамом, с каким он на нем появился.

Теперь шансы на немедленное получение царских полномочий стали еще более зыбкими. Цезарь планировал отправиться в Парфию приблизительно через месяц; и ему, вероятно, стало очевидно, что его надежды на трон следует отложить до той поры, пока не закончится грядущая война. В отношении Клеопатры ему ничего не оставалось делать, только просить ее готовиться к возвращению в Египет и там ожидать, пока он не завоюет Восток. И в течение последующих нескольких недель разочарованная и встревоженная царица, похоже, занялась приготовлениями к отъезду. Светоний пишет, что Цезарь в эти последние дни их совместного пребывания завалил ее подарками и наградами; он, несомненно, как мог, поддерживал ее, говоря о своих больших надеждах и честолюбивых планах на будущее. Еще был шанс, что монархия будет создана до войны, так как ходили разговоры о том, что Антоний со своими друзьями еще раз собирается предложить корону Цезарю в мартовские календы. Но Клеопатра не смела слишком сильно надеяться на это событие, помня о неудаче на луперкалиях. Для царицы, которая к этому времени предполагала уже сидеть на римском троне, обнадеживающие слова Цезаря были слабым утешением. Вероятно, она погрузилась в атмосферу мрачных предчувствий, когда распоряжалась упаковкой вещей и движимого имущества и готовилась вместе со своим ребенком к долгому путешествию по Средиземному морю в свое небогатое событиями царство Египет.

Глава 7

Вдова

Нет причин сомневаться в том, что Антоний, которому суждено сыграть такую важную роль на последующих страницах этой истории, несколько раз видел Клеопатру. После его примирения с Цезарем в начале лета 45 г. до н. э. он, вероятно, был постоянным гостем на вилле диктатора; и, как мы в скором времени увидим, его поддержка Клеопатры в отношении завещания Цезаря наводит на мысль о том, что ее привлекательность не была им не замечена. Как мы уже видели, Антоний познакомился с Клеопатрой и был уже пленен ею десятью годами ранее, когда он вошел в Александрию с Габинием, чтобы посадить ее отца Авлета на его шаткий трон. Он был человеком с импульсивным и переменчивым характером, и трудно точно определить его отношение к Цезарю в это время. Пока диктатор был в Египте, Антоний занимался делами Цезаря в Риме, но из-за ссоры после своего возвращения из Александрии Цезарь отстранил его от службы. Вполне естественно, что по этой причине Антоний испытывал сильные враждебные чувства к диктатору, и ходили даже слухи, что он хотел убить его. Но после войны в Испании ссора была забыта, и, как мы уже видели, именно Антоний предложил Цезарю корону на луперкалиях. Несмотря на это, Цезарь, по-видимому, не до конца ему доверял, хотя теперь Антоний был признан самым горячим сторонником партии Цезаря.

К 1 марта в рядах заговорщиков насчитывалось шестьдесят или восемьдесят сенаторов, которые в основном были друзьями диктатора; и если бы тогда Цезарь попытался провозгласить себя царем, его сразу убили бы. Однако ходило слишком много слухов о заговорах против него, чтобы предпринять такой шаг, так что дни проходили без каких-либо событий. Цезарь запланировал свой отъезд из Рима на Восток 17 марта, и считалось возможным, что его последнее посещение сената 15 марта или его отбытие из столицы может оказаться тем моментом, когда в его пользу будет проведена демонстрация, в ходе которой в качестве прощального подарка Цезарю будет предложена корона. Поэтому заговорщики решили покончить с Цезарем 15 марта, в день мартовских ид, когда Цезарь, вероятно, в последний раз придет в римский сенат как диктатор.

Необычный сумрак окутал Рим в этот день, и, возможно, из-за слухов, что зреет заговор, вокруг актеров этой незабываемой драмы сгустилась атмосфера, предвещавшая беду. Цезарь в своей обычной деловой манере занимался подготовкой к Восточной кампании и собирал на нее средства со своей обычной беспринципностью и сообразительностью; но не требуется никакого воздействия на историческое воображение, чтобы заметить его подавленное состояние, которое, вероятно, разделяли с ним его сторонники. Большинство заговорщиков были друзьями и коллегами Цезаря – людьми (таких было много), которых он простил за прошлые прегрешения во время гражданской войны и сделал их доверенными лицами в своей администрации. В тот момент Цезарь, по-видимому, жил с Кальпурнией в своей городской резиденции и был настолько занят делами, что не мог часто приходить к Клеопатре. Поэтому царица, вероятно, страдала, пребывая в состоянии тревожного ожидания. Мартовские календы, когда ожидалось провозглашение монархии, прошли; и теперь диктатор мог предложить ей лишь одну последнюю надежду на осуществление их совместного плана до его отъезда. Вероятно, Цезарь сказал ей, что в отношении трехлетнего Цезариона она не может на что-то рассчитывать, пока не будет создан трон; сейчас явно не тот момент, когда можно оставлять ребенка своим наследником. Племяннику Цезаря Октавиану, активному и энергичному молодому человеку, придется стать его преемником в случае смерти диктатора, а его огромное состояние будет поделено. Вероятно, Цезарь вспомнил об убийстве юного сына Александра Великого после смерти его отца и не желал, чтобы его собственный мальчик был точно так же зарезан своими алчными опекунами (в 309 г. до н. э., через 12 лет после смерти в 323 г. до н. э. Александра Македонского, его сын Александр и мать Роксана [дочь бактрийского аристократа Оксиарта] были умерщвлены по приказанию Кассандра [сына полководца Александра Антипатра], контролировавшего Македонию [ранее Кассандр казнил и мать Александра Олимпиаду]. – Ред.). И все же Клеопатра откладывала свой отъезд в надежде на то, что великое событие произойдет 15 марта, чтобы, по крайней мере, вернуться в Египет, зная о том, что статус жены Цезаря ей обеспечен.

Угнетенное состояние необычно действовало на нервы людей, и начали распространяться рассказы о зловещих знаках, предвещающих беду, и чудесах. В небе появлялись необъяснимые огни, а глубокой ночью слышался ужасный шум. Кто-то сказал, что видел несколько призраков в человеческом облике, которые боролись друг с другом; они пылали, как будто были раскалены докрасна. А в другой раз было замечено появление множества странных птиц на Римском форуме, что было дурным знамением. Однажды, когда Цезарь совершал жертвоприношение, обнаружилось, что у жертвы нет сердца, – это было самым плохим предзнаменованием. В других случаях ежедневные гадания оказывались чрезвычайно неблагоприятными. Старая гадалка, которая, наверное, слышала о заговоре, предупредила диктатора, чтобы он остерегался Мартовских ид, но Цезарь, смелость которого всегда была феноменальной, не позволил этому предсказанию изменить его планы.