Любовь по учебнику психологии - Питерс Энн - Страница 5

– Где она? – спросила Хэлли, имея в виду соседку.

Майк огляделся. Он только сейчас сообразил, что потерял Памелу где-то у кордона.

– Я не знаю. У нее такие рыжие волосы...

Забыв недавнюю злость, он внимательно осматривал толпу. Что, если Памела упала и ее затоптали, как едва не случилось с Хэллоран Маккензи?

– Это она? – показала Хэлли.

– Да. – Тревога пронзила Майка. Памела стояла в окружении нескольких женщин и плакала. Ее всегда идеально уложенные волосы выглядели так, как будто в них запуталась стая птиц. – Памела!

Майк побежал к ней, Хэлли за ним.

– Ради всего святого, что случилось?

– Какие-то подростки избили ее, – сказала одна из женщин.

– Отвезите меня домой, – всхлипнула Памела, словно слепая протягивая вперед руку. Майк с изумлением увидел, что эту руку вдруг подхватила Латиша. Так называемая подруга Коринны.

Ярость опять охватила его.

– Почему ты не с Кори? – закричал он на девочку, которая плакала и была тоже растрепана, как и ее мать. Это он заметил мгновение спустя.

– Нас р-раздел-лили и... и...

– Ладно, ничего! – сказал Майк устало, его злость прошла так же внезапно, как и возникла. Все это – сплошное безумие. Криками и необдуманными поступками тут ничего не добьешься. – Хэллоран! – Выводя Памелу и ее дочь из толпы, он повернулся к Хэлли. – Послушайте, я должен отвезти их домой. Не могли бы вы... то есть... я понимаю свою назойливость, но не могли бы...

– Не могла бы я поехать в полицейский участок и найти Коринну? – закончила Хэлли за него, когда он замялся. И в то время как все внутри у нее кричало: «Нет, нет, нет», она услышала свой голос: – Конечно. Хотя вы понимаете, что я не смогу освободить ее.

– Знаю. Я сам приеду туда, как только смогу. И, Хэллоран, – он положил ей руку на плечо и остановил, когда она, коротко кивнув, направилась к машине, – спасибо.

– Конечно, – сказала Хэлли, отводя глаза. Меньше всего ей хотелось ехать в полицейский участок. И как только ее угораздило во все это ввязаться?

Пахло пылью, потом и грязными телами. Полно народу. Много пьяных. И все на взводе. Даже обязанные присутствовать в участке по долгу службы полицейские. Так казалось Майку. Безусловно, они уже давно забыли, что такое профессиональная учтивость.

Как и обещала, Хэлли ждала его в участке. Она выяснила, что фургон, везущий юных «разбойников», уже прибыл и что дети помещены в одну большую камеру. Разгневанные родители, включая Майка, требовали освобождения своих отпрысков. Раздраженные полицейские трудились над проверкой документов. Это позволило бы им избавиться от нежеланных постояльцев, а заодно очистить участок от толпы.

Разговор между Майком и Хэлли не вязался: они ожидали, когда выведут Коринну. Отвозя Памелу домой, и потом в своей машине по дороге к участку, и даже во время разговоров с Полицейскими Майк не забывал, что не одинок в борьбе за свою дочь. Это удивляло, беспокоило, тревожило. Тревожило потому, что Хэллоран Маккензи была первой женщиной после Бэкки, которая вызвала в нем желание познакомиться поближе.

Зачем это ему? У него и так достаточно проблем.

– Мисс Маккензи. – Он повернулся к ней с натянутой улыбкой. – Не знаю, как вас и благодарить.

– Тогда не надо, – отозвалась Хэлли. Она устала и к тому же была немного сбита с толку волнами сдержанности, время от времени исходящими от этого мрачного мужчины, окатывающими ее, как охлажденный воздух из открытого холодильника. – Я еду домой, но надеюсь увидеть Коринну в своем кабинете завтра утром за полчаса до начала занятий.

– Я прослежу за этим, – пообещал Майк, чувствуя неловкость оттого, что, кажется, обидел ее. Но он был не в том состоянии, чтобы пытаться исправить ситуацию, даже если бы и захотел. А он и не хотел.

Эта женщина – учительница его дочери, к тому же еще и классный руководитель. Она примчалась на стадион, считая своей обязанностью оказать, если потребуется, помощь. И вовсе не ему, Майку Паркеру, она помогала там и даже здесь, в участке. Он просто отец одной из ее учениц.

Когда она говорила с ним, ее лицо, испачканное грязью и искаженное усталостью, было жестким. И тон был холодным.

– Значит, договорились, – сказала она, – я бы хотела, чтобы вы в течение нескольких дней забирали Коринну после занятий и привозили ее в школу по утрам. Пожалуйста, поймите, мое участие неизбежно, но я не могу выходить за рамки профессиональных обязанностей. На моем попечении еще девять учеников, и, если, кроме учебы, я начну вмешиваться в их личную жизнь, мои нервы не выдержат. Вы ведь понимаете?

– Вполне, – ответил Майк, подумав про себя, что это как раз то, что ему нужно. – Наши семейные проблемы вас абсолютно не должны касаться.

Что ж, подумала Хэлли, по крайней мере здесь полная ясность.

– Итак, – она откинула назад волосы и встретила его взгляд, – я с вами прощаюсь.

– Доброй ночи. – Майк хотел подать руку, но она уже направилась к выходу. – Еще раз спасибо.

Выйдя на улицу, Хэлли поздравила себя с тем, что прояснила свою позицию. Выполнила дневную норму добрых дел, говорила она себе, теперь можно заняться собственной жизнью. Будущие контакты с Майком Паркером будут минимальны. Смертельно уставшая, мечтающая о ванне, она вставила ключ в дверцу машины.

Начала поворачивать его, и тут ее взгляд скользнул вниз к переднему колесу. Испуг охватил ее. Чертова шина спущена! Что же дальше? Сраженная новым ударом судьбы, Хэлли уронила голову на крышу машины.

Чем она заслужила это? Насколько же неблагосклонна к ней судьба, решившая, что ей еще рано домой. Она устала, проголодалась...

– Мисс Маккензи!

Хэлли резко вскинула голову. Потом глубоко вздохнула и медленно обернулась. На нее обеспокоенно глядел Майк Паркер. А рядом, с дерзким и воинственным выражением лица, стояла Коринна.

– Что-то случилось? – спросил Майк, хмурясь.

Хэлли молча указала на шину; ее взгляд остановился на девочке.

– У тебя все в порядке, Коринна?

Девочка безразлично пожала плечами и отвернулась, упрямо поджав губы. Но что-то на мгновение вспыхнуло в ее глазах, прежде чем она отвела их, и теперь она явно хотела подавить это.

А ведь она не такая стойкая, какой хочет казаться, подумала Хэлли.

Да, все эти разглагольствования с Майком и с самой собой о невмешательстве в личные дела учеников были только риторикой. Глядя на девочку, Хэлли поняла, что ее участие в дальнейшей судьбе ребенка неизбежно.

Хотя бы с одним учеником, но так бывало каждый год. Может быть, потому, что у нее самой был добрый и чуткий советчик, когда она была не в ладах сама с собой и с миром. Мать была слишком подавленна – ее брак разваливался, а Хэлли нуждалась в поддержке. Сейчас у нее достаточно сил противостоять неприятностям и с матерью они лучшие подруги.

Некоторые дети просто западали Хэлли в душу – дети, которые нуждались в понимании и поддержке. Коринна Паркер была из их числа.

И отец девочки был тут ни при чем. Чтобы подчеркнуть это, Хэлли резко отказалась от помощи.

– Отвезите дочь домой, мистер Паркер. Мне уже приходилось самой менять колесо, большое спасибо.

Хэлли пожелала обоим Паркерам спокойной ночи и пошла доставать из багажника домкрат, гаечный ключ и запасное колесо.

Она сделала все, чтобы оттолкнуть Майка от себя. Но тот не сдался.

– Я буду вам очень признателен, мисс Маккензи, если вы поговорите с Коринной, пока я займусь колесом. Со мной она разговаривать отказывается. И еще, – добавил он, предвосхищая протест, так как был уверен, что Хэлли будет возражать. – Я понимаю, что моя просьба превышает границу, установленную вами, но...

– Я не собиралась отказываться, – перебила его Хэлли, не желая больше спорить с ним о колесе, которое он уже вытаскивал из багажника. – Если вы дадите мне ключи и скажете, где стоит ваша машина, мы с Коринной пойдем и сядем в нее.

– Это «бьюик», – сказал Майк, протягивая ей ключи. – Похоже, я должен благодарить вас снова и снова.