Монтер путей господних - Сыромятникова Ирина Владимировна "tinatoga" - Страница 51

Сатал недоверчиво нахмурился (имперский чародей продолжал хныкать и пускать сопли).

— Если они не способны контролировать территорию у себя, как они собираются делать это в Ингернике?

— Спросите что полегче.

— Я же говорю — придурки!

— Не без того.

Сочтя свою работу выполненной, Сатал мгновенно выкинул са-ориотца из головы и отправился звонить старшему координатору. Чтобы черный да не похвалился?

— Что значит — возвращаешься? — холодно поинтересовались из трубки. — Резидент еще не схвачен, я точно знаю — мне Зертак звонил. Армейские ищейки по региону расползаются, как тараканы. Будешь за ними следить!

— Да какого!!! У меня жена! Дети сиротами растут!

— Жене я объясню, а пацаны только рады будут. У меня на будущей неделе совещание по проблеме И'Са-Орио-Т — вопрос с диверсантами должен быть решен.

И Ларкес дал отбой.

Сатал шипел и плевался, но противник был далеко, и бросить ему вызов немедленно боевой маг не мог. Персонал керпанского офиса НЗАМИПС с тревогой следил за неистовствующим волшебником. Часа через полтора Сатал неожиданно успокоился и начал делать совсем уж странные вещи: погасил в кабинете свет и засел там один, что-то бормоча под нос. Тут даже эмпаты согласились, что пора звать на помощь. Штатный целитель (услышав, кого придется врачевать) потребовал вызвать поддержку из службы очистки. Чистильщики неожиданно оказались все в разъездах (вот ведь какие трудяги!), а армейский капитан спросонья долго не мог понять, что от него-то гражданским нужно. Прежде чем в офисе появился кто-то решительный, маг успел забраться в служебный автомобиль и умчаться в ночь.

Вернулся Сатал почти через сутки и привез в багажнике жестоко спеленатого бельевой веревкой человека.

— Вот вам ваш резидент! Допрашивайте.

— Так что ж вы раньше… — поразился капитан.

— Я ж тебя не спрашиваю, почему ты маленьким не издох?!

И все расспросы завяли на корню.

Днем позже кто-то из особистов рассказывал, что видел Сатала дегустирующим новое слово в кулинарии — воздушный творожок. Причем делал он это с таким видом, что спрашивать его о впечатлениях кадровый армейский офицер не решился.

Выслушав немного неформальный отчет, старший координатор тепло поздравил подчиненного и предложил дать пару дней отпуска для устройства личной жизни, на что тот ответил заковыристой бранью, полностью обнажив свое плебейское происхождение (а вот у Рэма Ларкеса родители начали вести свою родословную еще до рождения короля Гирейна).

Хотя свидетелей у телефонного разговора не было, маг подарил закрепленному на столе зеркальцу широкую удовлетворенную улыбку (просто для тренировки). Черные так предсказуемы! Странно, что им вообще кто-то платит за работу деньги. Впрочем, не всякий человек может позволить себе безнаказанно злить боевого мага, а вот старший координатор региона — запросто, что делало работу персонала вдвое эффективнее. Ежедневная рутина должна быть не тягостью, но восприниматься как отдых! Теперь на расширенное заседание министерского Круга Ларкес придет под знаменем победы, а не с сомнительным известием, что враги в очередной раз разбежались.

От этой мысли одержимого мага мучительно передернуло. Полтора десятилетия кропотливой подготовки и осторожного выслеживания не вызывали в нем такой бури эмоций, как последние три года, наполненные стремительным обменом ударами. Ларкес не владел даром импровизации, зато умел рассматривать проблему всесторонне, предусматривать любые мелочи и оттачивать план действий до совершенства. В итоге самый талантливый и дерзкий противник рано или поздно запутывался в расставленных сетях и становился законной добычей координатора. Ловушку для Посвященных Ларкес готовил пятнадцать лет, однако достигнутое с таким трудом преимущество не оказалось абсолютным.

«Как вообще можно загнать в угол провидца?»

Эта мысль резанула по нервам мага, скрутила в его душе тугой узел из безвыходной ненависти, ярости и предчувствия неудачи. Обычно черные чужды душевных мук, но одержимость не давала Ларкесу забыть проблему, и решить ее сейчас он тоже не мог. Ненависть жгла, черный Источник хищно ворочался, требуя разрушений, а бессилие что-либо предпринять распаляло все ту же ненависть. И так до бесконечности.

Почти ничего не различая сквозь красную пелену, Ларкес нашарил в ящике стола хрустальный графин и отхлебнул прямо из горлышка. Жидкий яд проскользнул внутрь, внося хаос в мысли мага и разрывая порочную цепочку. Только благодаря этому нехитрому, старому как мир приему старшему координатору так долго удавалось держать свое безумие под контролем, а ведь физическое состояние волшебника сильно зависит от душевного. Никто не позволит руководить регионом магу с внешностью маньяка-убийцы!

«У меня есть еще один козырь! — твердо напомнил себе координатор. — Знать бы еще, где он болтается».

Эта мысль окончательно вернула Ларкесу самообладание и напомнила о текущих делах. Пора было проверить, чем занимается одна очень активная личность, по сообщениям агентов, настойчиво пытающаяся нанять боевого мага. Негодяйка втерлась в доверие к молодому Тангору, а теперь пользовалась его отсутствием для своих темных дел! Поскольку гарантировать безупречность юноши с точки зрения закона было затруднительно, Ларкес собирался разобраться во всем лично и без свидетелей. Собственные слабые способности играли колдуну на руку — куратора у него никогда не было.

Никто не спросил, куда он идет, почему один и зачем отказался от машины, — за долгие годы подчиненные привыкли к собранности и целеустремленности старшего координатора. Эту черту своей репутации Ларкес знал и поддерживал, потому что считал полезной. В этот раз он отправился не в архив, не в ресторан и даже не в театр драмы, который посещал, подражая Тангору. Старший координатор взял билет на паровоз и поехал в пригород, туда, где всего двадцать лет назад по утрам горланили петухи, а по тропинкам меж столетних лип можно было бродить весь день, не встретив ни единого человека.

Что происходит в заброшенном владении по адресу Липовые ряды, тринадцать, Ларкес представлял так ясно, словно лично при всем присутствовал. Учащийся колледжа прикладной магии Басс Рофан печати мага пока не имел, но очень нуждался в средствах (а какому черному не нужны деньги?), поэтому недолго колебался, когда за разрешенную в общем-то ворожбу некая Фиберти предложила ему безумную сумму в сто крон. Правда, заказчица была не местная, и ее басня про наследство дедушки доверия не вызывала, но в случае неудачи половина суммы все равно отходила исполнителю.

Безответственная балаболка, похоже, не задумывалась, какой вред нанесет противоправное действие неустойчивой психике черного мага. Вдруг ему понравится! Ларкес намеревался вразумить мальчишку и поймать эту самую Фиберти на горячем. В качестве превентивной меры координатор выступил перед учащимися колледжа с короткой, но прочувствованной лекцией о вреде нелицензированного колдовства (заодно и убедился, что в ответственный момент Рофан сможет узнать его в лицо).

Во времени проведения ритуала маг не сомневался — до вчерашнего дня шли дожди, что ворожбе не способствовало (водостойкими маркерами учащихся не снабжают), а завтра в колледже занятия допоздна (при свете факелов особенно не поколдуешь). Природа помогала слежке: низкие облака крали свет, до срока превращая день в сумерки, порывистый ветер шуршал ветвями и теребил палые листья. Парк был пуст, собаки и их хозяева в такую погоду предпочитали сидеть дома. Голые кусты сирени, разросшиеся на руинах некогда весьма приличного особняка, надежно скрывали преступников.

Ларкес раздвинул ветки концом зонтика-тросточки и постоял пару минут, наблюдая, как Рофан заканчивает чертить пентаграмму. Студент пыхтел, отдувался, но не халтурил и черновую работу заклинателя проделал очень хорошо. Когда начинающий колдун выпрямился, с наслаждением разглядывая свой титанический труд, Ларкес призвал Источник и обозначил свое присутствие.