Пир стервятников - Мартин Джордж Р.Р. - Страница 79

– Ты теперь богатый и сможешь вернуть ему то, что содрал с него за свою «помощь». – Бриенна не думала, что Донтос Холлард может представлять хоть какую-то угрозу. – Если он, конечно, все еще здесь.

Они двинулись в обход крепостной стены. Замок когда-то был треугольным, с башней на каждом углу. Деревянные ворота давно прогнили. Когда Бриенна потянула за одну створку, та отломилась и упала на нее. Внутри стоял знакомый зеленый сумрак – лес вторгся за стены замка. Но решетка за воротами уцелела, и ее зубья уходили глубоко в рыхлую землю. Прутья порыжели от ржавчины, однако не уступили, когда Бриенна их потрясла.

– Здесь давным-давно никто не ходил.

– Хотите перелезу? – предложил Подрик. – Вон там, где стена обвалилась.

– Слишком опасно. Камни еле держатся, и на них растет ядовитый плющ. Должна быть калитка.

Калитка нашлась на северной стороне замка, в буйных зарослях ежевики. Кто-то обобрал все ягоды и расчистил тропинку через кусты.

– А вот здесь кто-то недавно прошел, – насторожилась Бриенна.

– Ваш дурак со своими красотками. Что я вам говорил? Санса? Бриенне слабо верилось в это. Даже такой пьянчуга, как Донтос Холлард, вряд ли притащил бы ее в это богами забытое место. Руины вселяли в Бриенну какое-то смутное беспокойство. Сансы она здесь не найдет, но посмотреть все-таки надо. Тут побывал кто-то, явно желавший скрыться.

– Идем со мной, Крэб, – сказала она, – а ты, Подрик, постереги лошадей.

– Я тоже хочу пойти. Я оруженосец и могу драться.

– Потому-то я и хочу, чтобы ты остался. Вдруг в лесу разбойники есть – нельзя же бросать лошадей без присмотра.

Подрик поддел ногой камешек.

– Ну, как скажете.

Бриенна, пробравшись сквозь ежевику, потянула за ржавое кольцо. Калитка возмущенно завизжала и открылась с большим трудом. От этого визга кожа Бриенны покрылась мурашками. Она достала меч – кольчуга и вареная кожа не казались ей больше надежной защитой.

– Вперед, миледи, – поторопил ее Дик-Пройдоха. – Чего замешкались? Старый Крэб уж тысячу лет как помер.

В самом деле, чего она ждет? Не будь дурой, Бриенна. Там, внутри, колышется море, пробившее толщу скалы. Это в самом деле похоже на шепот – можно представить себе, как головы стоят на полках и болтают друг с другом. «Зря я не воспользовался своим волшебным мечом, – говорит одна. – Ох, зря».

– Подрик, – окликнула Бриенна. – Там у меня в одеяла завернут меч – принеси-ка его сюда.

– Сейчас, сир. Миледи, – сказал мальчик и убежал.

– Меч? – Дик почесал за ухом. – Вы ж его в руке держите – зачем вам еще один?

– Этот для тебя. – И Бриенна подала его Крэбу рукоятью вперед.

– Нет, правда? – Дик нерешительно протянул руку, словно опасаясь укуса. – Недоверчивая леди дает старому Дику меч?

– Ты хоть умеешь им пользоваться?

– Я Крэб. – Он выхватил у нее меч. – Во мне течет кровь старого сира Кларенса. – Он со свистом рассек воздух и ухмыльнулся. – Лорда, как говорится, делает меч.

Вернулся Подрик, неся Верного Клятве бережно, как ребенка. Дик присвистнул при виде роскошных ножен с львиными головами, но замолчал, когда Бриенна обнажила клинок. Даже в воздухе он звучал резче, чем обычный меч.

– За мной, – сказала она Крэбу и боком, пригнув голову, пролезла в калитку.

Перед ней простирался заросший двор. Слева находились ворота и какое-то обвалившееся строение – должно быть, конюшня. В стойлах, пробивая побуревшую соломенную крышу, росли молодые деревья. Справа гнилые деревянные ступени вели не то в темницу, не то в погреба. На месте главного здания валялись камни, зеленые и пурпурные от густого мха. Повсюду стояли шеренгами гвардейские сосны, между которыми, как белица-затворница, затесалось бледное молодое чар-древо. За его темно-красными листьями в проломе стены виднелись небо, море... и остатки костра.

Неумолчный шепот наполнял уши. Бриенна, став на колени у кострища, понюхала обгоревшую хворостину, поворошила пепел. Огонь горел здесь не далее как минувшей ночью – быть может, кто-то пытался подать сигнал проходящему кораблю.

– Ээээээй, – закричал Дик, – есть тут кто?

– Тихо, – одернула его Бриенна.

– Может, там кто-то прячется и не решается показаться. – Он подошел к ступеням, ведущим вниз, заглянул в темноту и снова позвал: – Ээээээээй, есть кто внизу?

Одно деревце закачалось, и из кустов выскочил человек, такой грязный, точно все это время сидел прямо в земле. В руке он сжимал сломанный меч, но Бриенну поразило не это, а его лицо с маленькими глазками и плоским широким носом.

Друзья его называли Пиг – или Свин.

После этого все стало происходить очень быстро. Из колодца бесшумно, как змея, скользящая по мокрой листве, вылез второй человек – с коротким, толстым метательным копьем, в полушлеме, обмотанном грязным куском красного шелка. Бриенна и его узнала. Позади нее, из красных листьев на дереве, высунулась еще одна голова.

– А вот вам и ваш дурак, – задрав голову, сказал Крэб.

– Дик, – вскричала она, – ко мне.

Шагвелл, гогоча, свалился с чардрева. Его шутовской наряд от грязи почти утратил свою пестроту, а вместо трещотки он вооружился кистенем – тремя шипастыми шарами, приделанными цепью к деревянной рукоятке. Шагвелл махнул им понизу, и одно из колен Крэба превратилось в фонтан из костей и крови.

– Смехота, – крякнул шут. Меч, который дала Дику Бриенна, улетел куда-то в бурьян. Крэб корчился на земле, крича и держась за покалеченную ногу. – Глядите, это же контрабандист Дик, который нарисовал нам карту. Ты проделал весь этот путь, чтоб вернуть нам золото?

– Ой, не надо, – причитал Дик, – ой, нога...

– Что, больно? Хочешь, вылечу?

– Оставь его, – крикнула Бриенна, а Дик, закрывая окровавленными руками голову, опять завопил: – НЕ НАДО! – Шагвелл, раскрутив свой кистень, обрушил его на лицо Крэба. Раздался отвратительный хруст, и в наступившей тишине Бриенна услышала стук собственного сердца.

– Какой ты плохой, Шагги. – Человек, вылезший из колодца, засмеялся, увидев лицо Бриенны. – Опять ты, женщина? Решила нас выследить? Или соскучилась без друзей?

Шагвелл, перескакивая с ноги на ногу, вращал кистенем.

– Она из-за меня приехала. Она обо мне грезит каждую ночь, когда сует пальцы в щелку. Она хочет меня, ребята! Кобылища стосковалась по своему веселому Шагги! Я ее накачаю дурацким семенем через задницу, и она ожеребится маленьким мной.

– Тогда тебе другая дырка нужна, Шагги, – со своим дорнийским распевом сказал Тимеон.

– А я попробую и ту, и другую. Для верности. – Он приблизился к Бриенне справа, между тем как Пиг обходил ее слева, вынуждая прижаться спиной к утесу. Проезд на троих, вспомнила Бриенна.

– Вас здесь только трое.

– Мы все разбрелись кто куда после Харренхолла, – сказал Тимеон. – Утсивок со своими подался на юг, в Старомест, Рорж решил попытать счастья в Солеварнях, а мы с ребятами двинули в Девичий Пруд, но на корабль так и не попали. – Дорниец взвесил копье на руке. – А Варго сильно расхворался от твоего укуса. Ухо у него почернело и стало гноиться. Рорж и Утсивок хотели сразу уйти, а Хоут им – нет, мол, держите замок. Я, говорит, лорд Харренхоллский, и никто этого у меня не отнимет. Шепеляво, само собой, как всегда. Мы слыхали, что Гора убивал его по частям – нынче руку отрубит, завтра ногу, а обрубки потом забинтует, чтобы козел не загнулся. Член он приберег напоследок, но тут за ним прислали птицу и отозвали его в Королевскую Гавань, поэтому он прикончил Хоута и уехал.

– Я здесь не из-за вас. Я ищу... – Она чуть было не сказала «свою сестру». – Ищу одного дурака.

– Так я и есть дурак, – пропел Шагвелл.

– Ты не тот. Я другого ищу... он путешествует со знатной девицей, дочерью лорда Старка из Винтерфелла.

– Тогда тебе нужен Пес, – рассудил Тимеон, – но его тут тоже нет. Только мы.

– Сандор Клиган? Почему он?

– Так она у него, дочка Старка. Я слыхал, она ехала в Риверран, а он ее украл, пес поганый.