Битва королей. Книга I - Мартин Джордж Р.Р. - Страница 59

«Так как же посмею я его тронуть, даже если он изменник?» – думал Тирион и вовсе не был уверен, что посмеет, по крайней мере теперь, когда идет война. Со временем он мог бы заменить людей Мизинца на ключевых постах своими, но…

Со двора донесся крик.

– Ага. Его величество убил зайца, – заметил лорд Бейлиш.

– Очень неповоротливого, как видно. Милорд, вы воспитывались в Риверране – и, как я слышал, очень сблизились с Талли.

– Верно. Особенно с дочками.

– И насколько же?

– Я лишил их невинности – этого довольно?

Свою ложь – Тирион был почти уверен, что это ложь, – Мизинец преподнес с таким небрежным видом, что многие бы поверили. Быть может, это Кейтилин Старк лжет? И о том, как лишилась невинности, и о кинжале? Чем дольше Тирион жил, тем больше убеждался, что ничего не бывает простым и мало что можно принимать на веру.

– Меня дочери лорда Хостера не любят, – признался он. – Вряд ли они захотят выслушать какое бы то ни было мое предложение, но к тем же словам, исходящим от вас, могут отнестись более благосклонно.

– Смотря какие это будут слова. Если вы намерены предложить Сансу в обмен на вашего брата, поищите кого-нибудь другого. Джоффри никогда не расстанется со своей игрушкой, а леди Кейтилин не такая дура, чтобы сменять Цареубийцу на девчонку.

– А если и Арью приложить? Я разослал людей на ее поиски.

– Пусть ищущие сначала найдут.

– Буду иметь это в виду, милорд. Я, собственно, надеялся на ваш успех с леди Лизой. Для нее у меня есть более заманчивое предложение.

– Лиза покладистее Кейтилин, это верно… но и боязливее, притом, как я слышал, ненавидит вас.

– Она полагает, что на то у нее есть причина. Когда я гостил у нее в Гнезде, она уверяла, что это я убил ее мужа, и не желала слышать никаких оправданий. Быть может, она изменится ко мне, если я выдам ей настоящего убийцу Джона Аррена?

Мизинец выпрямился:

– Настоящего убийцу? Признаться, мне стало любопытно. И кого же вы предлагаете?

Настал черед Тириона улыбнуться.

– Такие подарки я делаю только своим друзьям. Лиза Аррен должна будет это понять.

– Что же вам нужно – ее дружба или ее мечи?

– И то, и другое.

Мизинец погладил свою аккуратную бородку.

– У Лизы свои заботы. Кланы из Лунных гор стали беспокоить ее пуще прежнего… и теперь горцы лучше вооружены.

– Печально, – сказал вооруживший горцев Тирион Ланнистер. – Но я мог бы ей в этом помочь. Одно мое слово…

– И чего же это слово будет ей стоить?

– Я хочу, чтобы леди Лиза с сыном признали Джоффри своим королем, присягнули ему на верность и…

– …и вступили в войну со Старками и Талли? В вашем пудинге налицо таракан, Ланнистер. Никогда Лиза не пошлет своих рыцарей против Риверрана.

– Я об этом и не прошу. Во врагах у нас нет недостатка. Она могла бы помочь нам против лорда Ренли или лорда Станниса, буде тот двинется с Драконьего Камня. Взамен я обещаю ей возмездие за смерть Джона Аррена и мир в Долине. Я даже назначу ее выродка Хранителем Востока, как его отца. – «Хочу посмотреть, как он полетит», – пропищал в памяти Тириона детский голосок. – А чтобы скрепить договор, я отдам ей мою племянницу.

В зеленовато-серых глазах Петира Бейлиша, к удовольствию Тириона, отразилось искреннее удивление.

– Мирцеллу?

– Она сможет выйти за маленького лорда Роберта, когда подрастет, а до тех пор будет воспитанницей леди Лизы в Гнезде.

– А что скажет об этом ее величество королева? – Тирион пожал плечами, и Мизинец расхохотался. – Я так и думал. Вы опасный человечек, Ланнистер. Ну что ж, я могу пропеть эту песенку Лизе. – Снова хитрая улыбка и озорной огонек в глазах. – Если захочу.

Тирион молча кивнул, зная, что долгого молчания Мизинец не выдержит.

– Итак, – нимало не смущаясь, сказал после паузы тот, – что же вы припасли для меня?

– Харренхолл.

Любопытно было наблюдать за лицом Мизинца. Его отец был самым мелким из маленьких лордов, дед – безземельным межевым рыцарем; по наследству лорду Петиру досталось не более нескольких акров каменистой земли на обдуваемом ветрами побережье Перстов. Харренхолл же – одно из богатейших имений Семи Королевств, его земли обширны и плодородны, замок входит в число самых мощных крепостей государства… и будет побольше Риверрана, где Петир Бейлиш воспитывался и откуда был изгнан, как только посмел поднять взор на дочь лорда Хостера.

Мизинец не спеша поправил плащ, но Тирион уловил жадный блеск в его хитрых кошачьих газах. «Вот ты и мой», – подумал карлик.

– Харренхолл проклят, – с деланной скукой в голосе молвил наконец лорд Петир.

– Ну так сровняйте его с землей и постройте заново по своему вкусу. В монете у вас недостатка не будет. Я намерен сделать вас лордом-сюзереном Трезубца. Эти речные лорды доказали, что доверять им нельзя. Пусть присягают вам, если хотят сохранить свои земли.

– Даже Талли?

– Если из Талли к тому времени кто-нибудь останется.

Мизинец походил на мальчишку, только что украдкой откусившего кусочек медовых сот. Он, конечно, опасается пчел, но мед так сладок…

– Харренхолл со всеми его землями и доходами, – задумчиво произнес он. – Одним ударом вы делаете меня чуть ли не самым крупным лордом государства. Я не хотел бы показаться неблагодарным, милорд, но все же – почему?

– Вы хорошо послужили моей сестре в деле престолонаследия.

– Как и Янос Слинт, которому пожаловали тот же самый замок Харренхолл – и отняли обратно, когда Слинт перестал быть нужен.

– Тут вы меня поймали, милорд, – засмеялся Тирион. – Что вам сказать? Вы нужны мне, чтобы переманить к нам леди Лизу, – а в Яносе Слинте я и верно больше не нуждался. – Он передернул плечами. – Лучше уж вы в Харренхолле, чем Ренли на Железном Троне – что может быть проще?

– В самом деле – что? А понимаете ли вы, что мне, быть может, придется переспать с Лизой Аррен, чтобы добиться ее согласия на этот брак?

– Не сомневаюсь, что вы с честью выдержите это испытание.

– Я как-то сказал Неду Старку, что когда ты остаешься голый наедине с дурнушкой, то единственный выход – это закрыть глаза и приниматься за дело. – Мизинец сложил пальцы домиком и посмотрел в разномастные глаза Тириона. – Дайте мне две недели на устройство моих дел и приготовьте корабль, который отвезет меня в Чаячьий Город.

– Очень хорошо.

Мизинец встал:

– Приятное было утро, Ланнистер. И полезное… для нас обоих, полагаю. – Он поклонился, мелькнув желтым плащом, и направился к двери.

«Второй», – подумал Тирион.

Он прошел в свою спальню и стал ждать Вариса, который вскоре должен был явиться. Наверно, он придет в сумерках или когда взойдет луна… но лучше бы пораньше. Тирион надеялся этой ночью навестить Шаю и был приятно удивлен, когда всего час спустя Гальт из Каменных Ворон сообщил ему, что напудренный ждет у двери.

– Как жестоко с вашей стороны так мучить великого мейстера, – пожурил евнух. – Он неспособен хранить секреты.

– Что я слышу? Ворона говорит, что ворон черен? Или вы не хотите знать, что я предложил Дорану Мартеллу?

– А если мои пташки уже донесли мне об этом? – хихикнул Варис.

– Вот как? – Это самое Тирион и хотел услышать. – Ну, дальше.

– Дорнийцы пока не торопятся вступать в войну. Доран Мартелл созвал свои знамена, но и только. Его ненависть к дому Ланнистеров хорошо известна, и все полагают, что он поддержит лорда Ренли. И вы хотите этому помешать.

– Это всякому ясно.

– Единственная загадка здесь в том, что вы предлагаете ему за союз с вами. Принц человек сентиментальный – он все еще оплакивает свою сестру Элию и ее невинное дитя.

– Отец однажды сказал мне, что ни один лорд не позволит чувствам восторжествовать над честолюбием… а у нас в королевском совете как раз освободилось место после того, как лорд Янос надел черное.

– Место в совете тоже не пустяк, – согласился Варис, – но достаточно ли этого, чтобы гордый человек забыл об убиении своей сестры?