Битва королей. Книга I - Мартин Джордж Р.Р. - Страница 102

– Я здесь не затем, чтобы есть персики, – рявкнул Станнис.

– Милорды! – вмешалась Кейтилин. – Нам следует выработать условия нашего союза, а не дразнить друг друга.

– Отказываться от персика – вот чего не следует делать. – Ренли выбросил косточку. – Тебе ведь может больше не представиться случая. Жизнь коротка, Станнис. Как говорят Старки, зима близко. – Он вытер рот ладонью.

– Угроз я тоже выслушивать не желаю.

– Это не угроза, – отрезал Ренли. – Если уж я возьмусь угрожать, ты поймешь это сразу. По правде говоря, я никогда не любил тебя, Станнис, но ты все же моя кровь, и мне не хочется тебя убивать. Поэтому, если тебе нужен Штормовой Предел, бери его… как подарок от брата. Роберт когда-то отдал его мне, а я отдаю тебе.

– Он не твой, чтобы им распоряжаться. Он мой по праву.

Ренли, вздохнув, повернулся в седле.

– Ну что прикажешь делать с таким братом, Бриенна? Он отказывается от моего персика, отказывается от моего замка, он даже на свадьбу мою не явился…

– Мы оба знаем, что твоя свадьба – просто комедия. Год назад ты замышлял подложить эту девицу в постель к Роберту.

– Год назад я замышлял сделать ее королевой – но какая теперь разница? Роберт достался вепрю, а Маргери – мне. Тебе будет приятно услышать, что она была девственницей.

– В твоей постели она наверняка ею и умрет.

– Полагаю, что еще до конца года она родит мне сына. Кстати, сколько сыновей у тебя, Станнис? Ах да – ни одного. – Ренли улыбнулся с невинным видом. – Что до твоей дочери, то будь у меня такая жена, как у тебя, я бы тоже приставил к ней дурака.

– Довольно! – взревел Станнис. – Я не позволю тебе насмехаться надо мной, слышишь? Не позволю. – Он выхватил свой меч из ножен, и сталь в слабом солнечном свете вспыхнула неожиданно ярко, переливаясь красным, желтым и ослепительно белым. Воздух вокруг клинка замерцал, словно от зноя.

Лошадь Кейтилин заржала и попятилась, но Бриенна, въехав в пространство между братьями с собственным мечом в руке, крикнула Станнису:

– Убери меч!

«Серсея Ланнистер сейчас, наверно, смеется до колик», – устало подумала Кейтилин.

Станнис указал сверкающим мечом на своего брата.

– Я не лишен милосердия, – прогремел он, хотя все знали, что он лишен его напрочь, – и не хочу осквернять Светозарный братской кровью. Ради матери, родившей нас обоих, я даю тебе ночь на раздумье. Если до рассвета ты придешь ко мне со всеми своими знаменами, я оставлю тебе Штормовой Предел, твое старое место в совете и даже назначу тебя своим наследником, пока у меня не родится сын. В противном случае я тебя уничтожу.

– Станнис, – засмеялся Ренли, – меч у тебя очень красивый, спору нет, но мне думается, от его блеска у тебя повредилось зрение. Погляди через поле, братец. Видишь, сколько там знамен?

– Думаешь, эти тряпки сделают тебя королем?

– Королем меня сделают мечи Тирелла, топор Рована, палица Тарли, боевой молот Карона. Стрелы Тарта и копья Пенроза, Фоссовеи, Кью, Маллендоры, Эстермонты, Селми, Хайтауэры, Окхарты, Крейны, Касвеллы, Блэкбары, Морригоны, Бисбери, Шермеры, Дунны, Футли… даже дом Флорентов, братья и дядя твоей жены – вот кто сделает меня королем. За мной следует все рыцарство юга, и это еще самая меньшая часть моего войска. Следом идет моя пехота – это тысячи и тысячи пик. И ты собираешься меня уничтожить? Каким образом, скажи на милость? Уж не с помощью ли той жалкой кучки, которую я вижу под стенами замка? Если я скажу, что их тысяч шесть, я хвачу через край, – твоих тресковых лордов, луковых рыцарей и наемников. Половина из них перебегут ко мне еще до начала сражения. Мои разведчики доносят, что конницы у тебя меньше четырехсот человек – да и те вольные всадники в вареной коже, которым нипочем не устоять против рыцарей в броне и с копьями. Каким бы опытным воином ты себя ни мнил, Станнис, твое войско не выдержит первой же атаки моего авангарда.

– Там увидим, брат. – Станнис убрал меч в ножны, и всем показалось, что мир лишился части своего света. – Придет рассвет, и мы увидим.

– Надеюсь, брат, что твой новый бог милостив.

Станнис, не удостоив Ренли ответом, повернулся и поскакал прочь, но красная жрица задержалась еще на миг.

– Советую вам покаяться в своих грехах, лорд Ренли, – сказала она и последовала за Станнисом.

Кейтилин и лорд Ренли вернулись в лагерь, где его тысячи и ее горстка ждали их возвращения.

– Это было забавно, хотя большой пользы не принесло, – проронил Ренли. – Вот бы и мне такой меч! Впрочем, Лорас, несомненно, поднесет мне его в дар после битвы. Я сожалею, что до этого дошло.

– Уж очень весело выражаете вы свое сожаление, – сказала Кейтилин, чье огорчение было непритворным.

– В самом деле? Что ж, пусть так. Станнис, должен сознаться, не из тех братьев, которых любят. Как вы думаете, его сказка правдива? Если Джоффри – отродье Цареубийцы…

– …то законный наследник – ваш брат.

– Да – пока он жив. Дурацкий, впрочем, закон – вы не находите? Почему старший сын, а не тот, который лучше годится? Корона мне к лицу куда больше, чем Роберту, не говоря уж о Станнисе. Я чувствую в себе задатки великого короля – сильного, но великодушного, умного, справедливого, усердного, верного друзьям и беспощадного к врагам, однако способного прощать, терпеливого…

– И скромного? – подсказала Кейтилин.

– Нет короля без порока, миледи, – засмеялся Ренли.

Кейтилин чувствовала большую усталость. Все было напрасно. Братья Баратеоны потопят друг друга в крови, и ее сын останется с Ланнистерами один на один – а она бессильна это остановить. «Давно пора мне вернуться в Риверран и закрыть глаза отцу, – подумала она. – Это по крайней мере в моих силах. Пусть я плохая посланница, зато хорошая плакальщица, да помилуют меня боги».

Их лагерь расположился на гребне низкой каменистой гряды, идущей с севера на юг. Он был намного аккуратнее, чем широко расползшийся стан на Мандере, поскольку и людей здесь было вчетверо меньше. Узнав о нападении брата на Штормовой Предел, Ренли разделил свое войско, как и Робб у Близнецов. Свою многочисленную пехоту он оставил у Горького Моста вместе со своей молодой королевой, обозами, вьючными животными и громоздкими осадными машинами, а сам повел своих рыцарей и вольных всадников быстрым маршем на восток.

Как он похож на Роберта, даже и в этом… но у Роберта всегда был Эддард Старк, сдерживавший его бесшабашные порывы. Нед, конечно, настоял бы на том, чтобы взять с собой все войско и окружить осадную армию Станниса. Ренли же отверг этот выбор в своем упрямом стремлении поскорее сцепиться с братом. И провизия, и фураж – все осталось в нескольких дневных переходах позади с повозками, мулами и волами. Он должен вступить в бой немедля – иначе они начнут голодать.

Кейтилин, отдав лошадей Хелу Моллену, направилась вместе с Ренли к королевскому шатру в середине лагеря. В его зеленых шелковых стенах собрались капитаны и лорды-знаменосцы, чтобы узнать, чем кончились переговоры.

– Мой брат совсем не изменился, – сказал молодой король, пока Бриенна расстегивала его плащ и снимала с него корону. – Его нельзя смягчить ни учтивостью, ни замками – он хочет крови. Ну что ж, я настроен удовлетворить его желание.

– Ваше величество, я не вижу нужды давать сражение здесь, – заметил лорд Матис Рован. – В замке сильный гарнизон, основательный запас провизии, сир Кортни Пенроз – опытный командир, и не построен еще такой требюшет, который проломил бы стену Штормового Предела. Пусть лорд Станнис держит свою осаду. Ничего хорошего это ему не принесет, а пока он сидит здесь голодный, холодный и без надежды на успех, мы возьмем Королевскую Гавань.

– И дадим повод говорить, что я испугался встретиться со Станнисом лицом к лицу?

– Только дураки могут сказать такое, – возразил лорд Матис.

– А вы что скажете? – обратился Ренли к остальным.

– Я скажу, что Станнис для нас опасен, объявил лорд Ренделл Тарли. – Если оставить его в покое, он окрепнет, в то время как наши силы после сражения уменьшатся. Ланнистеров в один день не побьешь. К тому времени, когда вы с ними разделаетесь, лорд Станнис может стать столь же сильным, как вы… или еще сильнее.