В плену сомнений - Мартин Дебора - Страница 91

— Оувертон… быть может. Но не Дарси. Тот занят только своими собственными интересами.

— Да, это правда. — Ей было трудно защищать Дарси, ведь в глубине души она разделяла мнение Стивена. И все же ей не хотелось, чтобы из-за нее пострадали дела брата. Тот и так уже достаточно наказан за свое непомерное властолюбие. — Но его ложь не возымела бы успеха, если бы Рис тогда не поверил ему. Если бы Рис попытался как-то уведомить меня… прислать посыльного, я никогда бы не обручилась с тобой. — Она отвела взгляд. — Я тоже сыграла не последнюю роль во всей этой истории. Мне не следовало позволять тебе ухаживать за мной, зная, что сердце мое будет всегда принадлежать другому. И поэтому твой гнев на Дарси прежде всего должен пасть на меня.

Стивен молчал. Джулиана вздохнула.

— Ты можешь не поверить мне, но мне кажется, что Рис вовремя вернулся. Если бы мы успели с тобой пожениться, я вряд ли бы смогла стать целиком твоей. А ты не заслуживаешь жены, которая тебя не любит.

Он отшатнулся, но с трудом выдавил из себя:

— Я был бы счастлив в любом случае.

— Нет, не был бы. Поверь мне, Стивен, семейная жизнь приносит гораздо больше удовлетворения, если любишь супруга.

Его взгляд пронизывал ее до глубины души.

— А ты любишь своего супруга, Джулиана?

— Да, я люблю его. И он любит меня.

Он вздрогнул, словно от удара, но быстро овладел собой.

— Что ж, я полагаю, теперь для меня уже бессмысленно оставаться на обед. Ты четко изложила свою позицию, и мне ничего не остается, как принять ее.

Джулиана почувствовала облегчение. Ей не придется целый обед страдать, глядя, как Рис и Стивен не сводят глаз друг с друга. Но ей ужасно не хотелось, чтобы Стивен ушел таким несчастным.

— Я надеюсь, когда-нибудь ты простишь меня, — прошептала она. Боже, да она повторяет недавние слова Дарси! У нее, верно, и нет никакого права просить у Стивена прощения, ибо ее ложь была поистине отвратительной.

Девоншир скорбно улыбнулся и со вздохом сказал:

— Пожалуй, другого выхода у меня и нет. Вражда между нами ни к чему не приведет.

Она мысленно попыталась сравнить его с Рисом. Стивен никогда бы не позволил эмоциям взять верх над собой. Рису же беспрерывно приходилось бороться, чтобы чувства не захлестнули его. Может, когда-нибудь Стивен все же встретит девушку, которая завладеет его сердцем? Но Джулиана уже не будет иметь к этому отношения.

Она тяжело вздохнула. Осталось еще кое-что, что требовало прояснения.

— Мне не совсем удобно говорить об этом, Стивен, но я обещала Дарси, что поговорю с тобой о вашем общем предприятии.

— Тебе не о чем беспокоиться, — сразу понял Стивен. — Я обнадежил твоего брата, что не откажусь от участия в его деле, если он поможет мне встретиться с тобой. Так что он выполнил все, в соответствии с договоренностью. — Он понизил голос: — Надеюсь, ты не станешь винить меня, если я просто порву с ним дружеские отношения?

— Нет. Я думаю, даже сам Дарси не станет тебя за это винить.

Наступило неловкое молчание.

— Пойдем, я провожу тебя, — наконец произнесла Джулиана, открыв дверь.

— Да, это будет самым благоразумным в настоящий момент. — И он последовал за ней к выходу.

В передней Джулиана колокольчиком вызвала лакея. Тот сразу же явился на зов, и одновременно на пороге гостиной возник Рис. Воган двигался к ним с нарочитой небрежностью, однако на лице его застыла мрачная решимость.

— Его светлость уходит, — пробормотала Джулиана, обращаясь к лакею. — Принеси плащ и шляпу.

Лакей поспешно вышел. Лорд Девоншир твердо встретил угрюмый взгляд Вогана.

— Вы не останетесь на обед, Девоншир? — напряженно спросил Рис.

Стивен быстро глянул на Джулиану, затем перевел взгляд обратно на Риса.

— Нет. Я должен признаться, что я ошибался наваш счет, Воган.

Она почти физически ощущала, как напряжение покидает Риса.

— Что ж, вы достаточно честны, чтобы это признать. — В свои слова Рис вложил нечто похожее на уважение.

— Честность здесь ни при чем, — сдавленно проговорил Стивен и принялся поспешно одеваться. — Я хочу сказать вам одну вещь, Воган. Если я когда-нибудь заподозрю, что вы обращаетесь с Джулианой так, как в тот день, когда вы отобрали ее у меня, обещаю — я сделаю все возможное, чтобы похитить ее у вас.

Джулиана взглянула на него с изумлением. Обычная сдержанность на минуту покинула Стивена, и Джулиане пришло в голову, что она недооценила глубину его чувств.

Рис обнял ее за талию подчеркнуто собственническим жестом.

— Я не дам вам такого шанса. Можете быть уверены, я сознаю, какой ценностью владею.

Впервые за все время своего визита Стивен улыбнулся.

— Тогда я желаю вам удачи. Многие сознают это, только когда лишаются того, чем владеют. — И с этими словами он вышел вон.

Едва дверь за ним закрылась, Рис заключил Джулиану в объятия. Она была готова поклясться, что каждая черточка его лица выражала необыкновенное облегчение.

— Надеюсь, ты понимаешь, что за последние десять минут я умирал тысячу раз.

Она не удержалась от упрека:

— И поделом тебе. Теперь ты понял, как страдала я эти два дня, не зная, приедешь ты или нет.

— Нет, ты не могла страдать сильнее, чем страдал я в эти дни. — Он привлек ее еще теснее к себе. — Слуги в Алинвидде тебе расскажут, что я стал сущим чудовищем после твоего отъезда.

— Боюсь, что ты должен еще немного пострадать. — Она высвободилась и дернула за шнурок звонка, сзывающего всех на обед. — И вытерпеть общество моих братьев.

Рис простонал.

— Ты прекрасно знаешь, чем можно меня доконать.

— Да. — Она усмехнулась, встала на цыпочки и поцеловала его в лоб. — Но если ты будешь очень-очень послушным и совсем не чудовищем, я обещаю так вознаградить тебя, что тебе будет о чем вспомнить.

— Я ловлю тебя на этом обещании, моя возлюбленная жена, — пробормотал он, проводя рукой по ее бедру. Глаза его сияли. — И я желаю получить свою награду как можно скорее.

Рука Джулианы покоилась на сгибе его локтя. Рис наблюдал, как Нортклифф в сопровождении матери и младшего брата спускается по лестнице в гостиную. На какой-то момент он удивился, не заметив рядом с графом его жены, но тут же отогнал эту мысль, когда встретился с ним взглядом.

Они не встречались с тех пор, как Нортклифф с позором покинул зал заседаний городского совета, и Рис был поражен изменениями, происшедшими в этом человеке за столь короткое время. Вся его былая самоуверенная надменность исчезла; он ссутулился и страшно исхудал, и кожа его приобрела какую-то нездоровую бледность.

И все же он по-прежнему умело пользовался маской высокомерия, которую и на этот раз ему удалось надеть.

— Рад вас видеть, Воган.

Рис сдержался и никак не отрагировал на столь лицемерное приветствие. Ради Джулианы он постарается быть вежливым сегодня.

— Добрый вечер, Нортклифф.

Нортклифф повернулся к сестре.

— Где лорд Девоншир?

— Он ушел, — ответила Джулиана. Нортклифф побелел, и она поспешно добавила: — О, не беспокойся! Он сказал, что не собирается прерывать ваши деловые отношения.

Обойдя застывшего на месте брата, Оувертон подошел к Вогану и протянул ему руку.

— Я рад, что вы приехали, Воган. — Он покосился на сестру, и Рису захотелось узнать, что же ему теперь известно об их отношениях с Джулианой. Затем Оувертон поднял глаза на Риса и широко улыбнулся. — Да, мы очень рады вас видеть.

— Вы хорошо выглядите, сэр, — произнесла вдовствующая графиня, высокомерно поглядывая на Риса. — Моя дочь рассказала мне, что Ллинвидд процветает благодаря вашим заботам.

Рис вопросительно обернулся к жене.

— Неужели? — На мгновение он почувствовал страх. Что еще она рассказала матери о нем, об их браке?

Склонив голову, Джулиана сказала:

— Думаю, мама просто сомневалась, сможешь ли ты обеспечить мне жизнь, достойную дочери графа. Но я успокоила ее на этот счет.

Джулиана произнесла эти слова со смирением, но и с оттенком сожаления. И в этой интонации, словно в зеркале, отразились ее отношения с матерью. Нет, она не могла ей ничего сказать. Вдовствующая графиня, безусловно, не была тем человеком, кому Джулиана могла довериться.