В плену сомнений - Мартин Дебора - Страница 3

По правде говоря, чувство, которое испытывала Джулиана к Стивену, нельзя было еще назвать любовью. То были, скорее, привязанность и уважение. Конечно, со временем она научится любить мужа, но именно это отсутствие любви к Стивену и беспокоило ее сейчас. Ведь браки без любви так часто оказываются несчастными. И женитьба брата Дарси была тому красноречивым примером.

Она озабоченно взглянула на свою невестку Элизабет. На лице женщины было написано обычное для нее непроницаемо-ледяное выражение, не смягчавшееся даже в присутствии мужа. Женитьба Дарси на богатой наследнице носила сугубо корыстный характер. Но разве и ее собственное замужество не преследовало те же цели?

«Нет, — твердо сказала она сама себе. — Выйти замуж из корыстных соображений — это одно, но вот выйти замуж, чтобы спастись от одиночества, — это уже совсем другое». Даже в Ллинвидде бывает очень одиноко в холодные зимние ночи. Джулиана устала от одиночества. Ей нужны были муж и дети. К тому же Стивен действительно нравился ей. И она верила, что со временем им удастся найти свое счастье.

Незаметно для Джулианы ужин был окончен, и Дарси поднялся произнести тост. Он повернулся к сестре, и резкие черты его лица смягчились. Затем обратился к гостям.

— Я рад приветствовать вас, друзья, на нашем празднике, — начал он торжественно. — Вы оказали мне большую честь, приняв приглашение отпраздновать со мной и моей семьей столь важное для нас событие. — Он выдержал паузу, стараясь сохранить величественный вид. Но широкая улыбка озарила его лицо. — Год назад милейший маркиз Девонширский пришел ко мне просить руки моей сестры Джулианы. Судьбе было угодно, чтобы они прониклись друг к другу взаимной симпатией.

Лицо Дарси омрачилось.

— Смерть нашего отца не позволила ему иметь честь знать лорда Девонширского. Но я уверен, батюшка без колебаний признал бы его. Лорд Девонширский — один из самых уважаемых, умнейших и приятнейших людей, которых мне когда-либо доводилось знать.

Дарси расправил плечи, его взгляд вспыхнул решимостью.

— Сегодня, друзья мои, я с удовольствием объявляю от имени моей матушки и покойного батюшки о помолвке моей сестры Джулианы с присутствующим здесь достойнейшим из мужчин.

С удовлетворенным видом он поднял бокал:

— Так выпьем же! За леди Джулиану и ее будущего супруга Стивена Уиндхэма, маркиза Девонширского! Пусть Господь пошлет им счастье!

Гости сдвинули бокалы, но, прежде чем прозвучали первые слова поздравления, общий шум перекрыл зычный голос незнакомца, неизвестно откуда появившегося в зале:

— Остановитесь!

Дарси замер, не веря своим ушам. Десятки бокалов неподвижно повисли в воздухе, словно подвешенные на невидимых ниточках. Кровь с неистовой силой застучала в висках у Джулианы.

Она поискала глазами того, кому принадлежал голос, и увидела мужчину, возвышавшегося на пороге танцевальной залы, в которой был накрыт праздничный ужин. Высокий, стройный, одет с безупречным вкусом. Был ли это тот незнакомец, о котором говорил Дарси? Она еще не могла различить лица новоприбывшего, намеренно державшегося в тени, но то, что она успела заметить, ошеломило ее.

Он был одет строже, чем присутствовавшие в зале гости, да и манера, с которой он держался, выдавала свойственное его натуре высокомерие. Не обращая внимания на испуганный шепот и растерянные взгляды собравшихся, незнакомец решительно двинулся к новобрачным. Выхватив на ходу бокал из рук одного из гостей, он заявил:

— У меня есть для вас другой тост.

Что-то в его голосе заставило Джулиану вздрогнуть. Нет, этого не может быть — просто почудилось. Голос Риса был совсем иным — мягким и выразительным, а этот звучал резко, словно удар хлыста. Когда мужчина приблизился на достаточное расстояние, она заметила, что его богатое платье больше напоминало одеяние знатного вельможи, нежели скромный костюм простого валлийца. Тем более что незваный гость был выше ростом, держался увереннее, представительнее, чем…

Но какие бы доводы она сама для себя ни придумывала, ее паника усиливалась по мере того, как незнакомец медленно приближался к ним вдоль длинного ряда накрытых столов. Словно онемев, Джулиана рассматривала широкие плечи, черную курчавую бородку, прикрывавшую нижнюю часть его лица, такого привлекательного и такого до боли знакомого! Она поднялась, будто во сне, все еще не смея верить собственным глазам.

После небольшого замешательства к Дарси, по-видимому, вернулось присутствие духа.

— Что за вопиющая дерзость! Я вас не знаю, сэр, и уверен, что никто вас сюда не звал. Извольте покинуть этот дом, пока мои слуги не вышвырнули вас вон!

Он подал знак слуге, который тотчас же заспешил к непрошеному гостю.

С мрачным видом мужчина выхватил шпагу. Его оружие не походило на те бутафорские шпаги, что подвешивают к своему платью щеголи, стремящиеся придать своему виду некоторую мужественность. То был настоящий, несущий смерть клинок, при одном виде которого сбежавшиеся слуги враз отшатнулись.

Убедившись в том, что больше никто не преграждает ему путь, незнакомец обратился к Дарси:

— Присмотрись внимательнее — и ты увидишь, что ошибся.

Теперь он стоял совсем близко, всего в шести футах от хозяйского стола.

— Если кого и следовало пригласить сюда сегодня, так это меня. Негодяи, вы думали, что вам удалось избавиться от меня. — Он смерил ожесточенным взглядом каждого, кто сидел за главным столом. — Иначе зачем вам было устраивать весь этот грязный фарс?

Джулиана не знала, куда деваться от стыда, и лишь безмолвно смотрела в глаза мужчины. Сердце бешено стучало у нее в груди. Не может быть! Господи, этого не может быть!

Она увидела, как в бешенстве вскочил со своего места Стивен.

— «Негодяи»! «Фарс»! Вы мне заплатите за эти слова, сэр!

Мужчина усмехнулся, и на его мрачном лице отразилось удовольствие:

— Ошибаетесь, лорд Девоншир. Это вы мне за все заплатите. Не правда ли, Джулиана?

Стивен изумленно повернулся к невесте, но Джулиана даже не взглянула на него, чувствуя на себе лишь испепеляющий взгляд незнакомца. Эти голубые глаза! Комок подступил у нее к горлу, и задрожали колени. Святой Боже, только у одного человека в мире были такие глаза!

— Тебе следовало бы рассказать ему все, Джулиана, — резким голосом сказал он. Его взгляд пылал гневом и осуждением, от которого у нее перехватило дыхание. — Думаю, после твоего рассказа никому и в голову не придет говорит о какой-то помолвке.

— Не может быть… — с трудом пролепетала она.

Глаза мужчины сузились.

— Что не может быть? Не может быть, чтобы я возвратился? Что я требую принадлежащие мне по праву земли… наследство… тебя, наконец? Говорю тебе, может быть. И так оно и будет.

Его слова привели общество в настоящее смятение, лишь оба брата Джулианы, рассвирепев, рвались призвать наглеца к ответу.

Какими бы горькими словами он ни хотел уколоть ее, Джулиана больше не чувствовала гнева, а лишь сильнейшее потрясение, лишившее ее дара речи. Она словно увидела перед собой пришельца с того света, хотя мужчина, стоявший в нескольких шагах от нее, совсем не походил на бесплотный призрак.

— Рис… — прошептала она и оперлась на спинку стула, ища поддержки.

Но Рис даже не улыбнулся ей и лишь глядел на Джулиану ледяным взглядом. Затем медленно поднял свой бокал.

— За тебя, Джулиана, моя дорогая супруга. Я пришел за тобой.

И тогда впервые в жизни сознание покинуло ее.

Часть I

Кармартен, Уэльс

Июль 1777 года

1

— Не может быть! Неужели это Рис Воган? Вон тот, что будет сейчас говорить? — прошептала Джулиана на ухо сидевшей подле нее Летиции, своей камеристке, и указала на молодого человека, который с самым серьезным и непреклонным видом оглядел собравшуюся в комнате толпу.

Оратор мало чем походил на своих громогласных и несдержанных собратьев по союзу борьбы за освобождение валлийских земель «Сыны Уэльса», собравшихся сегодня в тесном подвальчике кармартенской книжной лавки «Джентльмене Букшоп».