Соловьиная бухта - Саммерс Эсси - Страница 30

— Нет, Пьер, только не сегодня.

— Не спорь со мной. Разве ты не знаешь, что больных надо ублажать? И не дай бог, если нам сегодня что-то помешает. Теперь на нас навалится куча дел, ты же знаешь — приготовления к балу, хотя я проделал большую работу по телефону из больницы. Так что сегодня или никогда. Этот день принадлежит нам. Когда я веду машину, то нога совершенно не болит.

Поспешно натягивая коричневую парку поверх твидовой юбки и алого свитера, Марго чувствовала, как забилось ее сердце в сладостном предвкушении.

Когда они ехали по прибрежной дороге к горам, Пьер сказал:

— Я нарочно выбрал маленькую машину, потому что на ней легче преодолеть эту узкую дорогу, хотя большинство людей предпочитают ездить по Ваинуи. Но мне нравится вид с утесов. К тому же Франсуа сказал, что сегодня дорога Ваинуи закрыта. Впрочем, давай последуем совету мадам и, пока не доберемся до вершины, будем молчать. С седловины открывается самый потрясающий в мире вид!

Дорога взбиралась наверх по самому краю обрыва, и Марго невольно закрыла глаза. Желая рассеять ее страх, Пьер сказал:

— Я знаю здесь каждый дюйм и буду очень осторожен на поворотах. — И действительно, Пьер сигналил перед каждым поворотом. — Между нами и островами Чатем в пятистах милях к востоку никого нет. А Южный полюс всего в трех тысячах миль отсюда. Никогда не хотела побывать на Южном полюсе?

— Пьер, пожалуйста, держи руль обеими руками! Нет, Южный полюс не для меня. Я не знала, что дорога такая обрывистая. Наверное, ты к ней привык, но я не вижу ничего, кроме моря внизу и неба наверху.

— Это хорошо, — рассмеялся Пьер. — Хуже, когда ты видишь их вверх ногами! Но обратно мы поедем по другой дороге, — сказал он. — Мы спустимся к Литтл-Ривер. — Пьер посигналил, сделал поворот и вскрикнул: ему удалось затормозить всего в нескольких дюймах от зияющего провала в земле, покрытого тонкой коркой спрессованной гальки и песка.

Если бы не ремни безопасности, они ударились бы о лобовое стекло. Пьер медленно отъехал назад. Марго была в ужасе, но он ее успокоил:

— Ничего страшного, однако придется обследовать дорогу и решить, что делать. Если кто-нибудь поедет навстречу, то будет трудно вовремя убрать машину.

Они вышли из машины, приблизились к неожиданной преграде на их пути и в ужасе обнаружили глубокий провал, на дне которого лежали скатившиеся сверху валуны.

— Ничего не понимаю, — пробормотал Пьер. — Случись это в лощине, я бы подумал, что на поверхность прорвался подземный ручей. Но там внизу вода. Возможно, это открылась какая-то древняя пещера. На полуострове их множество. Эта яма занимает всю дорогу, нам ее не объехать. Надо что-то предпринять. И побыстрее. Я могу поставить машину поперек, чтобы ее было видно издали. И если кто-то появится с той стороны, он может вернуться и позвонить! А я пока переберусь в лощину и поставлю на дороге предупредительный знак.

— С твоей-то ногой? — изумленно уставилась на него Марго. — Не говори глупостей. Тебе только что сняли швы. Одно неловкое движение, и рана откроется. Что мы тогда будем делать? Если кто-то и пойдет на ту сторону, то это буду я.

Они принялись спорить, понимая, что действовать нужно быстро. Пьер вышел из себя:

— Как, ты думаешь, я буду себя чувствовать, видя, как девушка, которую я люблю, карабкается по этому глинистому откосу, который в любой момент может сползти вниз?..

— А что я буду чувствовать, видя, как по этому откосу карабкается человек с поврежденной ногой, которого я люблю? — перебила его Марго. — Как я вытащу тебя оттуда, если что-то случится? Боже, что я говорю?

Мгновение они молча смотрели друг на друга, потом Пьер свирепо произнес:

— Если звезды когда-то и были против кого-то на этой земле, то это против нас. Черт побери мадам и ее Боссю! Ладно, Марго. По крайней мере, мы теперь знаем, что делать. Я разверну машину и пойду за помощью. Вдруг встречу кого-нибудь по дороге. Если нет, то доберусь до первого телефона. Но сначала я должен убедиться, что ты перебралась благополучно. Будь осторожна!

Марго почувствовала небывалый пролив сил. Ее глаза сняли.

— У нас все получится, Пьер, Теперь я могу сделать все, что угодно. — Внезапно она побледнела. — Развернуться на этой дороге? Нет, Пьер! И пешком ты далеко не уйдешь.

— Марго, я сто раз разворачивался на этих дорогах. Я должен поставить машину так, чтобы перекрыть путь. Ты ведь знаешь, это необходимо сделать.

У Марго пересохло во рту.

— Да, знаю, но сделай это до того, как я перейду лощину. Я не смогу видеть тебя оттуда. И не спорь больше.

Пьер сел в машину. Марго, покрывшись потом, не сводила с него взгляда. Его руки твердо держали руль, слух был напряжен.

Но вот колеса сделали последний поворот, машина развернулась, и Марго с облегчением вздохнула. Пьер укрепил колеса большими камнями, после чего, Хромая и тяжело опираясь на палку, подошел к ней. В его глазах застыло страдальческое выражение.

— Ну а теперь ты. Не будем терять время, от этого могут зависеть чьи-то жизни. Когда ты переберешься, иди прямо до поворота, там тебя увидит любой водитель. Любая машина, если таковая появится, довезет тебя до первого дома. Там знают, с кем связаться, но я все же скажу тебе, что делать, — на случай, если хозяев не будет дома. Пусть водитель останется на дороге и останавливает проезжающие машины. Не волнуйся за меня. Слушай внимательно. Ты должна взобраться как можно выше, подальше от провала. Когда минуешь его и окажешься в лощине, я тебя уже не увижу. Чем дальше ты будешь отходить, тем тверже будет земля, но все равно смотри под ноги. Не думай о дороге, пока не окажешься й безопасности. Я буду внимательно следить за ней и, если увижу машину, зареву, как бык. А теперь в путь!

У них не было времени поцеловаться. Цепляясь за траву, Марго взобралась на сыпучий глинистый склон и крикнула;

— Отсюда земля в лощине кажется твердой, даже с краю!

— Держись подальше от края! Не срезай путь. Так, хорошо, вперед… Я буду наблюдать за тобой, пока смогу тебя видеть.

Им обоим — но, вероятно, больше всего Пьеру, которому пришлось стоять на месте и ждать, — казалось, что прошла целая вечность, хотя на самом деле минуло двадцать минут. Идти было не очень трудно, если не считать одного участка, где почва показалась Марго не очень надежной, — ей пришлось подняться наверх и пробираться сквозь заросли. На склоне горы, скользком и поросшем пучками травы, земля, к счастью, оказалась твердой. Теперь Пьер опять видел Марго. Она махнула ему рукой, неуклюже съехала с обрыва и приземлилась на острой гальке берега.

— Марго, назад! Не так близко к краю! — крикнул Пьер.

Она приложила руки ко рту и крикнула в ответ:

— Хорошо, Пьер, иди и будь осторожен. Отсюда просматривается вся дорога.

Она видела, как он убрал камни из-под колес и медленно поехал к склону. Глупо так бояться, успокаивала себя девушка. Он ведь отлично знает эту дорогу. Перед Марго простиралась половина побережья Южного острова, вот оно — уединение, которого они так искали, но именно теперь ей так хотелось увидеть хотя бы одного человека. Но не было никого, кроме морских птиц и беспечного жаворонка, звеневшего в синем небе.

Однако минут через пять послышался шум приближающейся машины. Марго вышла на дорогу и вытянула перед собой руку. Водитель затормозил и высунул голову из окна.

Марго быстро объяснила, в чем дело, и водитель вышел из машины. Увидев провал, он присвистнул.

— Пьер велел мне идти к первому же дому и сообщить обо всем, — сказала Марго.

— Я как раз там и живу. Но пока я не вернусь, не уходите с дороги.

Водитель вернулся быстро, на этот раз с грузовиком и в сопровождении жены. Они захватили с собой несколько высоких кольев, которые должны были служить временным ограждением, пока не прибудут рабочие из управления дорожных работ. Из кузова водитель вытащил разорванную на куски красную ткань.

— Наша дочка хотела сшить красное платье. Не знаю, что скажет она теперь.