Жемчужина Сиднея - Маршалл Паола - Страница 30

Эстер отложила ложку, а Том встал и подошел к ней. Он опустился на колени возле ее кресла, взял ее руку и поцеловал.

— Значит, ты меня простила?

— Мне не за что тебя прощать. Это ты должен простить меня. Ты был прав. Миссис Хакетт распространяла сплетни, а Джек Кэмерон лгал. Не знаю, почему я не поверила тебе сразу.

— Потому что услышанный разговор сильно тебя задел.

— Я была такой же жестокой, как и на рождественской вечеринке. Я не должна была так поступать.

— Теперь это не важно, — мягко возразил Том, поцеловав ее руку еще раз.

— Нет, важно. Я была жестокой. — Эстер помолчала. — Думаю, это из-за того, что я не могла поверить в собственное счастье, и из-за того, что мои родители говорили о тебе. Когда Люси рассказала, что ты для меня сделал, мне стало очень стыдно.

— Значит, это Люси сказала.

— Ну, не все. Только то, что сообщил ей Френк. Я надела гранаты, мистер Дилхорн.

— Вижу. Думаю, вам лучше их снять. Я хочу совершить с вами нечто ужасное, миссис Дилхорн… Нет, лучше оставьте.

Эстер склонилась к нему и поцеловала в щеку.

— Все, что пожелаете.

— Так-то лучше. — Том поднял ее на руки и перебросил через плечо, словно мешок с углем.

Эстер рассмеялась.

— О, мистер Дилхорн, что же дальше?

— Вот что, — заявил Том и направился к дверям. У подножия лестницы он столкнулся с миссис Хакетт и молоденькой горничной. — А, миссис Хакетт, — воскликнул Том, повернувшись так, чтобы скрыть от экономки пунцовое лицо Эстер. — Сегодня мы обойдемся без жаркого. Вы с девочкой можете доесть все сами. — Он рассмеялся, глядя в ее изумленные глаза. — И я разрешаю вам, нет, приказываю рассказать всему Сиднею, что сегодня Том Дилхорн будет спать со своей женой!

Одиннадцатая глава

Месяцы, последовавшие за воссоединением, стали для Эстер временем восхитительных открытий. Том продолжил ее обучение и преподал несколько важных уроков в искусстве любви. Он умел находить что-то новое во всем — и в работе, и в развлечениях.

Том заваливал ее подарками: веерами, платьями, экзотической едой и вином. Он купил ей лошадь, чтобы вместе кататься верхом, и заказал для Эстер бриджи, чтобы она могла ездить в мужском седле. Он научил ее плавать и занимался с ней любовью в воде. Он занимался с ней любовью везде, где только можно.

Эстер светилась счастьем, и ее облик изменился настолько, что Том понять не мог, как она сама этого не замечает.

— Моя Венера, — назвал ее Том однажды, когда они занимались любовью в буше, среди душистых цветов. — Моя очаровательная крохотулька.

Сама Эстер, по-видимому, считала это обычной любовной болтовней. Она не забывала, что Том своим вмешательством спас ее от падения в пропасть.

Том часто брал ее с собой, когда отправлялся по делам, и окружающие с насмешливым удивлением замечали, как часто он интересуется ее мнением. Их удивление было бы гораздо меньше, если бы они знали, какие полезные советы давала Тому Эстер, и какими верными были ее суждения.

Они дополняли друг друга: если Том был иногда слишком суров, Эстер сдерживала его. Если же Эстер проявляла излишнюю мягкость, Том помогал ей быть тверже. И все же она даже не догадывалась, кем стала Эстер Дилхорн: прекрасной женщиной, уверенной в том, что муж ее обожает.

И только очередной бал в доме губернатора раскрыл ей глаза.

В тот вечер Джек Кэмерон вошел в бальный зал, намереваясь получше присмотреться к Эстер Дилхорн. В последние недели он искал ее по всему Сиднею, но она как в воду канула.

— Она превратилась в очаровательную маленькую красотку, — вторил полковнику О’Коннеллу Пат Рамси.

— Скорее рак на горе свистнет, — смеялся в ответ Джек.

Эстер Уоринг — красотка? Да сколько бы он ни смотрел на нее, она оставалась все той же некрасивой, нескладной девицей, краснеющей по любому поводу. Этот осел Френк Райт тоже говорил, будто она похорошела, но что он вообще в этом смыслит!

Итак, где же Эстер Дилхорн? Ее нигде не было, но это не важно. Джеку хотелось не столько посмеяться над ней, сколько пофлиртовать с какой-нибудь милой прелестницей. На меньшее он не согласен.

И вскоре он нашел свою прелестницу.

В дальнем углу комнаты, в одиночестве стояла очаровательная незнакомка. На ней было изысканное платье из бледно-лимонного шелка, ее роскошные волосы обвивала нить драгоценного жемчуга. В руках у нее был изумительной красоты китайский веер, а ее крохотные ножки были обуты в расшитые жемчугом кремовые туфельки, наподобие тех, которые носят китаянки.

Джек понять не мог, как это прелестное создание раньше не попало ему на глаза… должно быть, она приплыла на судне, пришедшем в порт на прошлой неделе. Он решительно направился к ней, забыв обо всем.

Кэмерон не замечал направленных на него любопытных взглядов. Вблизи он увидел, что прекрасные темные глаза незнакомки широко распахнулись, а бледные щеки окрасились румянцем.

Джек низко поклонился.

— Мне не по нраву, когда красивые женщины скучают в одиночестве, сударыня. Разрешите представиться? Капитан Джек Кэмерон к вашим услугам.

Красавица ахнула. Ее румянец стал еще гуще, и она прикрыла лицо веером.

Неожиданно наступило прозрение.

— Что ж, я уверен… — Джек запнулся. — Не может быть! Неужели я обращаюсь к мисс Эстер Уоринг?

Эстер гордо покачала головой.

— Меня зовут Эстер Дилхорн, сэр, и вам это известно. Я полагаю, вы зря заговорили со мной. Вряд ли это можно назвать разумным.

Она опустила веер, глядя прямо ему в лицо. Ее холодность, ее гордость удвоили удивление Джека, помнившего ее совершенно другой. О’Коннелл и остальные оказались правы. Она изменилась. Превратилась в утонченную и уверенную в себе красавицу.

Его охватила ярость. Чем же этот мошенник Дилхорн заслужил такое сокровище?

— Значит, миссис Дилхорн. — Он поклонился снова. — Счастлив встретиться с вами. Я хотел бы попросить прощения за обиды, нанесенные вам в прошлом, и выразить вам свое восхищение. Вы прекрасны, сударыня.

Он не лгал. Перед ним стояла женщина, о которой он мечтал всю жизнь, но не мог найти.

Эстер не позволила ему продолжить.

— Нет необходимости, сэр. Я не испытываю желания беседовать с вами и не нуждаюсь в извинениях. Прошу вас, сэр, уйдите. Знайте, что, обращаясь ко мне, вы подвергаете себя опасности.

Его бесполезно было убеждать. Джек был очарован. Он не мог отвести глаз от ее удивительного лица. Ни одна женщина в зале не могла сравниться с нею. Гордость и красота выделяли ее среди окружающих.

Эстер взглянула на Тома, беседующего с Уиллом Френчем. Ей трудно было представить, чем это все закончится… у нее и мысли не было, что восхищение Джека истинно.

Слишком поздно! Джек так и не сдвинулся с места, а Том, которому наскучили словоизлияния Уилла, посмотрел на Эстер и обнаружил ее рядом с этим мерзавцем Кэмероном. Похоже, его общество не доставляло ей удовольствия.

— Я нужен жене, — резко заявил он Уиллу и направился к ним. Теперь взгляды гостей были обращены на него.

Том положил руку Джеку на плечо и развернул его к себе, мрачно усмехнувшись при виде его побледневшего лица.

— Буду очень признателен, если ты оставишь в покое мою жену, Кэмерон.

— Я всего лишь пытался попросить прощения, Дилхорн.

— Твои извинения никому не нужны.

Джек решил, что, отступив, он опозорится перед гостями, с жадным любопытством наблюдающими за перепалкой.

— Слушай, Дилхорн…

Ужасная ярость, охватившая Тома при виде Кэмерона, стала еще глубже. Ему было трудно сдержать себя. Его пальцы впились в плечо Джека.

В его голосе звучал лед:

— Или мне придется снова преподать тебе урок? Помни о последствиях, Кэмерон, если собираешься и дальше испытывать мое терпение. Держись подальше от моей жены.

Эстер взглянула на Тома и увидела перед собой убийцу. Он был сам на себя не похож. Нужно было остановить его, пока он не прикончил Джека Кэмерона прямо посреди бального зала.