На алтарь любви - Маршалл Паола - Страница 31

Джорди неохотно вручил ему мелочь и пошел за провожатым по узкому проулку, то и дело спотыкаясь о какие-то канаты и обломки дерева. В дальнем конце тупика моряк вдруг пронзительно свистнул, и больше Джорди уже ничего не помнил.

Очнулся он у пропитанной сыростью стены дома, деньги его пропали, а голова трещала от боли.

Ругая себя за доверчивость, он поплелся обратно на постоялый двор. В комнате, которую снимали Том и Кэтрин, он увидел незнакомого джентльмена с каменным лицом, который смотрел на него с таким отвращением, словно перед ним был заблудившийся на ярком свету таракан.

— Джордж Чарлтон, полагаю? — поинтересовался сэр Истукан.

— Да, сэр, это я. А где мистер Тренчард?

— Уехал. Понятия не имею куда. Унес ноги вместе со своим другом, который прибыл из Лондона.

Джорди недобро уставился на незнакомца.

— А вы кто такой, черт побери, что все знаете?

Сэр Истукан лениво встал. На нем были нарядные башмаки с высокими красными каблуками, и пахло от него тошнотворно-приторными духами.

— Изволь быть повежливее, любезный, — протянул он, — или я прикажу моему человеку вышвырнуть тебя.

— Где мастер Том? Он ничего не просил мне передать?

— Ничего. Только пару монет за труды. Джорди сжал руками раскалывающуюся голову. Нет, это совсем не похоже на хозяина…

— А хозяйка? Где она? Только не говорите, что он бросил и ее.

— Разве не так поступают с продажными девками? Она в тюрьме и будет там, пока я не освобожу ее и не отправлю обратно. А теперь убирайся, мне некогда.

Что-то тут неладно, подумал Джорди, хотя не знал, чья здесь вина — Тома или этого Истукана с каменной рожей. Голова болела так, что малейшая мысль причиняла острую боль. Истукан взял со столика у кровати тяжелый кошель и достал из него две мелкие монетки.

— Твой хозяин оставил тебе пару грошей, а я прибавляю еще два. Надеюсь, ты меня понял?

— Да, сэр, благодарю вас.

Джорди машинально взял деньги, размышляя о Томе и Кэтрин. Никогда раньше Том не предавал своего друга — друга, а не слугу! Нет, он это так просто не оставит! Подождет где-нибудь в холодке неподалеку от постоялого двора, попробует разведать, что замышляет сэр Истукан, и попытается утяжелить свой тощий кошелек, не особенно заботясь, каким путем это удастся сделать — честным или не слишком.

Кроме того, подумал он, надо дождаться бедную Кэтрин, когда она выйдет из тюрьмы.

Кэтрин с нетерпением ждала Тома. Утром, после того как она перекусила хлебом с водой, ее снова отвели к магистрату и он опять допрашивал ее, но ничего не добился. Она так искренне и так терпеливо отрицала свою вину, что он начал сомневаться. С другой стороны, она не могла доказать, что не совершала убийства, а потому должна была оставаться под стражей. Магистрат отослал ее обратно в камеру.

А Том все не приходил и не приходил, но Кэтрин старалась не грустить, думая, что он появится ближе к вечеру. В полдень ей принесли миску липкой каши и ломоть хлеба. Не успела она с жадностью взяться за еду, как тюремщик вернулся.

— Тебя требует магистрат. Немедленно.

Забыв о голоде, Кэтрин повиновалась. Напротив магистрата в громадном кресле расположился нарядный джентльмен с неприветливым тонкогубым лицом. Он бесцеремонно уставился на девушку, раздевая ее жадным взглядом.

— Это — сэр Фрэнсис Херролд из Англии, — заговорил магистрат. — Он направляется на дипломатические переговоры и привез для вас хорошие новости, сударыня.

Сэр Фрэнсис Херролд. Кэтрин вспомнила это имя. Англичанин встал и поклонился ей, а она изящно присела в ответ.

— Садитесь, сударыня, садитесь, — махнул рукой магистрат. — Сэр Фрэнсис принес доказательства того, что Уильяма Грэма убил некий Амос Шоотер — лазутчик нескольких государств разом. Именно Шоотер был тем разодетым кавалером, которого видела хозяйка дома, где жил Грэм, перед вашим приходом. Мы полагаем, что позднее он вернулся по лестнице черного хода и убил Грэма, чтобы тот не мог рассказать о его предательстве. Сэр Фрэнсис сообщил нам, что Амос Шоотер разорился и истратил деньги своей жены. Мы уже объявили розыск. Эта новость, сударыня, означает, что вы свободны, а мне следует извиниться перед вами. Сэр Фрэнсис проводит вас на постоялый двор, где вам угодно было остановиться.

Сэр Фрэнсис склонил голову и холодно подтвердил:

— Буду счастлив, сударыня.

— Благодарю вас, сэр Фрэнсис, — медленно выговорила она и спросила: — Скажите, а Том, мой муж, пришел с вами?

— Увы, нет. — Сэр Фрэнсис печально покачал головой. — Но как только мы вернемся на постоялый двор, я все вам объясню.

Магистрат встал и с поклонами проводил их.

Словно желая унизить Кэтрин, сэр Фрэнсис первым забрался в карету и лишь затем позволил лакею предложить руку даме. Кэтрин все больше раздражали его напыщенность, чересчур яркая одежда, трость с серебряным набалдашником и величественные манеры. Он не снизошел до разговора с ней, пока карета, громыхая, катилась по улицам Амстердама. Когда они доехали до постоялого двора, лакей помог сэру Фрэнсису выйти из кареты, затем небрежно поддержал Кэтрин, и ей оставалось только следовать за гостем из Лондона вверх по лестнице.

Том! Сейчас она увидит Тома! Кэтрин не подозревала, как глубоко в ее сердце проникла любовь к нему, как сроднилась с ним ее душа, — все это стало ясно ей лишь в разлуке. Да и Джорди тоже стал частью ее жизни. Потеряв когда-то семью, она нежданно обрела новую.

Но ни Тома, ни Джорди в комнате не оказалось. Не было видно и их пожитков. Куртка Тома, его шляпа, два сундука, его ночная сорочка, обычно небрежно брошенная на край кровати, — все исчезло.

Кэтрин, недоумевая, обернулась к сэру Фрэнсису, который нагло развалился в кресле, хотя девушка стояла. Она беспомощно развела руками и спросила:

— Но где же Том и Джорди?

Как ни странно, сэр Фрэнсис расхохотался. Чувствуя себя оскорбленной, Кэтрин вскинула голову и холодно поинтересовалась:

— Что вас так рассмешило, сударь?

— Вы! — задыхаясь, выговорил он, прикрывая рот кружевным платочком. — Неужели вы думаете, сударыня, что теперь, когда вы не представляете для него никакого интереса — ни постельного, ни служебного, сэр Алистэр Кеймерон будет помнить о вашем существовании? Ошибаетесь, голубушка.

— Сэр Алистэр Кеймерон? А какое отношение он имеет ко мне?

— Ладно-ладно, красавица, меня не проведешь. Вам же отлично известно, чью постель вы грели с тех пор, как покинули Англию! Том Тренчард — не кто иной, как сэр Алистэр Кеймерон, один из любимчиков Его величества: еще бы, он никогда не просит денег! Зато время от времени ищет рискованных приключений на свою голову, не забывая сменить при этом имя. Я догадываюсь, как приятно ему было провести время с такой сговорчивой малышкой! Он, похоже, думал лишь о ваших прелестях, а потому и прислал нам выдумку о готовящемся нападении голландцев. Но теперь все кончено, сударыня, и вы сегодня же отправитесь домой.

На мгновение Кэтрин испугалась, что вот-вот потеряет сознание. Том, ее Том — сэр Алистэр Кеймерон, тот самый наглец, который чуть не испортил эффект от ее игры в роли Белинды! Он вовсе не бывший наемник без гроша в кармане, а могущественный вельможа, к мнению которого прислушиваются и король, и министр иностранных дел лорд Арлингтон!

Неудивительно, что он бросил ее, оставив на попечение этого тонкогубого вурдалака, который пялится на нее и облизывается, надеясь поживиться. Ведь и для Тома она была легкой добычей, случайной игрушкой. А все слова любви, которые он шептал ей… Он наверняка сам не верил ни одному из них.

Все поплыло перед глазами Кэтрин, а сэр Фрэнсис наклонился к ней и пробормотал:

— Но вам незачем торопиться домой, голубушка. Мы могли бы провести вместе несколько очень и очень приятных деньков, и вы вернулись бы в Англию не с пустым кошельком. Должен предупредить вас, что Стэр Кеймерон не оставил вам ни гроша за труды в его постели. — Он встал и шагнул к ней, похотливо распустив губы. — Мы можем начать хоть сейчас, красавица, если ты не против.