На алтарь любви - Маршалл Паола - Страница 17

— Времена сейчас неспокойные, — заговорил магистрат. — Французы подступают к нашим границам, англичане воюют с голландцами. Естественно, когда в город приезжают иностранцы, мы приглядываем за ними и примечаем, чем они занимаются. Когда одного из иностранцев вдруг находят мертвым, мы обязаны разузнать, как и почему он умер. Я был бы вам весьма благодарен за помощь, сэр.

Том и бровью не повел в ответ на слова магистрата. Вид у него был беззаботно-уверенный, как всегда.

— О чем бы ни шла речь, — улыбаясь, ответил он, — и я, и моя супруга рады будем помочь. Хотя уверяю вас, если кто и найден убитым, моя жена тут ни при чем. Она падает в обморок при виде крови.

В самом деле? Вот интересно-то, а я и не знала за собой такой привычки, почти весело подумала Кэтрин. Она достала платочек и старательно обтерла лицо, как будто одна мысль о подобных ужасах вызвала у нее недомогание.

— Сочувствую вам, миссис Тренчард, — нахмурившись, протянул магистрат. — Мне хотелось показать вам кое-что, но теперь, когда мистер Тренчард поведал мне о вашем отвращении к насильственной смерти, я избавлю вас от этого зрелища. — Он взглянул на Тома. — Пойдемте, сэр. Уверен, вы не откажете мне в небольшом одолжении. С вашей женой ничего покамест не случится. Блэз, — обратился он к солдату, который стоял, загораживая узкую дверь между гобеленами на стене. — Принеси миссис Тренчард воды, ей, кажется, нехорошо. Сюда, сэр.

Впереди двинулся солдат с канделябром, за ним шагал магистрат, далее — Том, капитан, а следом — солдаты с пиками. Процессия проследовала по узкому, выложенному плиткой коридору, вниз по каменным ступеням в подвал ратуши. Пока они не остановились перед тяжелой дубовой дверью, магистрат беседовал с Томом обо всем и ни о чем.

Капитан распахнул дверь. Перед ними в большой комнате без окон, освещенной сальными свечами в латунном подсвечнике, стоял накрытый грязной простыней стол. Магистрат подвел Тома к столу, откинул края простыни и сказал, всматриваясь в лицо Тома:

— Вы знаете этого человека, мистер Тренчард?

Разумеется, Том его знал — это был Джайлс Ньюмен. Том решил не слишком кривить душой.

— Да, ваша честь. Я знал его — впрочем, не очень хорошо. Последний раз я видел его в Македонии, когда мы воевали с турками. Он уехал задолго до окончания кампании — говорили, что его отправили в Вену с каким-то поручением.

— Посмотрите на него хорошенько, мистер Тренчард, — посоветовал магистрат. — Вы ведь приехали, чтобы повидаться с ним, не так ли? Разве не с этой целью вы прибыли в Антверпен?

Том ответил совершенно искренне:

— Никак нет, сэр. Я и не знал, что Ньюмен живет в Антверпене, а приехал я, как уже говорил, по торговым делам. Если вам угодно проверить мои слова, ваша честь, можете спросить у Амоса Шоотера, — добавил он.

— Спрошу, мистер Тренчард, непременно спрошу.

— Вот только я не пойму, — медленно проговорил Том, — почему вы интересуетесь о Ньюмене именно у меня, ведь я уже сколько лет как не видел его.

Магистрат прикрыл тело Ньюмена простыней и достал из кармана клочок желтой бумаги.

— Это нашли возле тела Ньюмена — ни ценностей, ни личных вещей.

Том взял у магистрата бумажку и прочитал написанное. «Том Тренчард» — и ничего больше. Пожав плечами, он вернул клочок магистрату.

— А как он умер?

— Ну, это вам отлично известно, — усмехнулся магистрат, не сводя с него глаз. — Вы же наверняка заметили, что несчастного задушили. Не ваша ли это работа, мистер Тренчард? Том беспомощно развел руками и вновь пожал плечами.

— Нет, сэр, клянусь честью, не моя. Как я уже сказал вам, я приехал в Антверпен с самыми мирными целями, и вряд ли смогу пролить свет на обстоятельства гибели этого бедняги.

Том подумал, что непричастный к убийству человек непременно задал бы вполне естественный вопрос:

— А где было обнаружено тело?

— Быть может, мистер Тренчард, это вы мне скажете?

Том, улыбаясь, покачал головой.

— Я не лгал, говоря, что уже много лет не видал Джайлса Ньюмена. Жаль, что ничем не могу вам помочь.

— Или не хотите.

— Не могу. Если вам угодно, допросите мою жену, но только обещайте не обижать ее.

— Обещаю, мистер Тренчард, обещаю, но чуть позже. В таверне, где жил Джайлс Ньюмен, сказали, что к нему приходил гость; он поднялся наверх, а назад не спустился. Выходит, он исчез. Не вы ли этот незнакомец, мистер Тренчард?

Том решил, что неплохо будет разыграть недоумение.

— Никак нет. Я ведь уже сказал, что не видел Ньюмена со времен войны в Македонии. -

Вот теперь можно пойти в наступление, словно ему нечего скрывать: — А у вас нет описания этого гостя?

— Хозяин помнит лишь, что это был высокий, неброско одетый здоровяк. Все это можно сказать и о вас, мистер Тренчард, не так ли?

Том выразительно посмотрел на свой изящный наряд.

— Знаете, сэр, в Антверпене немало высоких, плечистых мужчин, и многие одеваются аккуратно и неброско. Может, меня и можно назвать здоровяком, но одеваюсь я сами видите как.

— Я вижу лишь, мистер Тренчард, что сейчас вы принарядились. Но так ли вы выглядели днем — вот вопрос… Теперь я желаю допросить вашу супругу.

Том не посмел возразить — это означало бы навлечь на себя подозрения. Ему оставалось лишь последовать за магистратом и его эскортом.

Стражник принес Кэтрин воды и пододвинул ей стул, за что она поблагодарила его совершенно искренне. День выдался длинный, и она смертельно устала.

Куда же увели Тома и что они с нем делают?

Кэтрин испытала неимоверную радость и облегчение, когда Том вернулся в сопровождении магистрата и его свиты. Выражение его лица было благожелательным, и казался он бодрым, как всегда.

— Отлично, Блэз, — похвалил магистрат. — Вижу, ты предложил миссис Тренчард сесть. Очень кстати, поскольку я намереваюсь побеседовать с ней. Ваш муж просил меня не пугать вас, моя милая, и я постараюсь исполнить его просьбу. Отвечайте мне честно и откровенно, и все будет хорошо.

— Да, сэр. Мне скрывать нечего. — Кроме того, что она начинает привыкать ко лжи так же, как и Том. Кэтрин сложила руки на коленях, надеясь, что никто не замечает, как дрожат ее пальцы. Она попробовала вообразить, что играет сцену из спектакля, и перед ней с фальшивой улыбочкой сидит не чиновник чужой страны, а мистер Беттертон.

— Что привело вас в Антверпен, миссис Тренчард?

Ну, это несложно.

— Я сопровождаю мужа, а он приехал сюда по делам. Мы не богаты, и я исполняю обязанности писца и секретаря.

— Похвально, миссис Тренчард. Поговорим теперь об убитом Джайлсе Ньюмене. Вы знали его?

Кэтрин сцепила руки перед грудью.

— Нет, сэр. Мы почти ни с кем в Антверпене не знакомы. Но сегодня мы ужинали в доме Амоса Шоотера.

— Да, миссис Тренчард, я знаю. Вам известно, как умер Ньюмен?

До чего же хорошо говорить правду!

— Нет, сэр, но думаю, что его убили, вы ведь сами об этом говорили.

— Вас не удивит, если я скажу, что его задушили в комнате, которую он снимал в одной из таверн, а тело выбросили из окна в безлюдный переулок?

— Ах, бедняжка! Да кто же это решился на такое злодейство?

— Действительно, кто? Может быть, ваш муж?

Глаза Кэтрин стали совсем круглыми.

— Нет, сэр, я бы знала об этом, понимаете, он все-все мне рассказывает.

Магистрат покачал головой. Похоже, сидящая перед ним женщина не лукавит — краешком глаза он неотступно следил за ее мужем. Его лицо не дрогнуло, только в глазах светилась гордость за умницу-жену.

Пожалуй, магистрат не догадывался, что Том увлеченно следил за импровизацией гениальной актрисы. Дрожащие губы Кэтрин, прерывающийся голос, невинное выражение на очаровательном личике, округлившиеся от ужаса глаза — все вызывало его восхищение. Никто не предположил бы, что эта девушка — тайный агент Британской короны.

Том заметил также, что магистрат, сам того не сознавая, начинает поддаваться обаянию Кэтрин.