Великолепие шелка - Марш Эллен Таннер - Страница 92

– Я скоро вернусь к тебе, дорогая, – произнесла она с наигранной веселостью. – А ты постарайся пока отдохнуть.

Чина снова ничего не ответила, и дверь каюты с мягким скрипом закрылась за спиной Джулии.

– Ну, так как там эта уорриковская девица? – спросил Тилер Крю, когда Джулия спустилась к нему на палубу. Он стоял возле корабельного компаса и курил сигару, сосредоточенно глядя на паруса. Ветер, поднявшийся еще в предвечернюю пору, теперь значительно усилился, и «Орион» шел с хорошей скоростью, хлопая время от времени главным парусом и поскрипывая снастями. За ним тянулась вспененная дорожка, а с левого борта вырисовывался силуэт послушно шедшей рядом «Звезды Коулуна».

Джулия, покачав головой, плотнее завернулась в теплую шаль.

– Хорошо, что ты предложил мне отправиться с тобой, Тилер. По-моему, в подобной ситуации ей нужна женская компания. Я никогда раньше не видела ее столь усталой и подавленной. Это на нее совершенно не похоже.

– Девушка должна горевать, потеряв своего парня, – заметил Тилер. – Но Чина – сложная натура. Нельзя ее надолго оставлять в таком состоянии... Впрочем, она вызывает во мне восхищение. Юный Брэндон рассказал мне кое-что о том, через что им пришлось пройти. И Бладуил уверял меня, что она отважный человек. Надо полагать, что он прав. – Капитан вздохнул и выбросил окурок сигары в море.

Некоторое время они стояли молча.

– Не могу поверить, что его уже нет в живых, – проговорила наконец Джулия.

– Точно так же и я, – произнес тут же Тилер, думая о том, что она выразила его собственные мысли. – Он всегда слишком дорого ценил свою проклятую шкуру, чтобы рисковать ею, разыгрывая из себя героя.

– Мне кажется, что Чина знает, почему он поступил таким образом, – сказала Джулия медленно. – Но у меня такое чувство, что она об этом ни за что не расскажет.

– Думаю, самое лучшее, что мы можем теперь для нее сделать, это отправить ее домой, к маме, – промолвил Тилер. – Ты согласна со мной, дорогая?

– Вроде бы да, – ответила Джулия задумчиво. – Только сомневаюсь, хочет ли она того же самого?

Чину в данный момент совершенно не волновало, куда направляется «Орион» – на Бадаян или нет. Она продолжала лежать в кровати в той же позе, в которой ее оставила Джулия, глаза ее были устремлены в потолок, и она ни о чем не думала. Когда же повернула голову, то увидела на столе нетронутый поднос с обедом.

Несмотря на то что Чина не ела уже более двадцати четырех часов, аппетита у нее не было, и она с отвращением отвернулась от еды. И хотя девушка есть не собиралась, она чувствовала все же, что не может больше лежать вот так и рассматривать тени от раскачивающейся лампы: она уже начинает сходить от этого с ума.

Придя к такому заключению, Чина встала и, прошествовав через каюту, заглянула, как в зеркало, в оконное стекло. На виске у нее красовался ужасный синяк, однако его вид оставил девушку совершенно равнодушной.

И вообще ее, казалось, теперь уже ничто не волновало. Она взирала на все взглядом стороннего наблюдателя, не имевшего с ней самой ничего общего и смотревшего безучастно откуда-то сверху на некое курьезное существо по имени Чина Уоррик.

– Чина, можно мне войти?

Она медленно повернулась, и впервые за последнее время, пусть и на короткий миг, на ее лице появились признаки румянца.

– Конечно, Брэндон!

Мальчик проскользнул внутрь и обнял сестру. Чина ощутила невыносимую душевную муку, однако постаралась всячески скрыть ее, чтобы никто, даже Брэндон, не смог догадаться о терзавших ее мыслях и чувствах.

Чина прижала брата к себе, и он с благодарностью зарылся лицом в ее руки. Она поглаживала его нежно, стараясь успокоить, и по истечении какого-то времени мальчик почувствовал себя увереннее.

– Я видел, как утонула «Звезда лотоса», Чина, – сообщил он шепотом, когда они уселись на койку. – Они не хотели, чтобы мы смотрели на это, но после того, как мистер Купер уложил нас в постель, я пробрался тайком на палубу и все видел. – Он поднял на нее свои огромные зеленые глаза и добавил с дрожью в голосе: – Может быть, ты знаешь... Все говорят, что корабль взорвал Этан Бладуил... Там имелась такая комната... пороховой склад, в самом центре судна... и поэтому он смог это сделать.

– Я тоже об этом слышала, – молвила Чина.

– Мистер Файн сказал, что они пытались его найти, но у них не было времени. Они должны были поскорее отойти подальше от этого места с кораблем, а не то тоже бы утонули. – Брови мальчика изогнулись дугой. – Они все полагают, Чина, будто капитан Этан погиб. Но я в это не верю. Этого не может быть! А ты как думаешь?

Чина хотела бы утешить его, но не находила подходящих слов и поэтому спросила только:

– А где Филиппа?

Лицо Брэндона, вмиг переключившегося на другую тему, выразило явное презрение.

– Играет с котом, которого капитан Крю держит на корабле. Это ужасное животное, Чина! Толстое и отвратительное, с одним лишь глазом и без хвоста. Но Филиппа без ума от него. Она собирается попросить капитана, чтобы он позволил ей взять его домой, но я заявил ей, что он будет там драться с Ибн-Биби и точить когти о мамину мебель.

– Наверное, ты прав, – произнесла Чина, радуясь его рассудительности. Она почувствовала облегчение оттого, что Филиппу, судя по всему, не мучают воспоминания о пережитых ею страхах.

– Чина!

– Да, милый? – спросила она, поглаживая его по голове.

– Ведь это моя вина, что и капитан Этан, и Раджид, и Дарвин умерли, не правда ли?

Ласкавшая Брэндона рука Чины застыла в воздухе, а потом безжизненно опустилась.

– Разумеется, нет! С чего ты это взял?

– Если бы я не подговорил Филиппу бежать, всего бы этого не случилось.

Чина, схватив его крепко за руки, даже не попыталась скрыть обуявшие ее чувства, хотя и заметила, как мальчик вздрогнул при виде ее разгневанного лица. Дрожа от ярости, она с силой встряхнула его.

– Не смей никогда говорить такое, Брэндон Уоррик! Я не желаю слышать ничего подобного! Этан и Раджид так и так стали бы искать встречи с Ванг Тохом, независимо от того, захватил бы он вас или нет. Они были злейшими врагами уже многие годы, и Этан отлично понимал, что мстительный, преисполненный ненависти Ванг Тох постарается в один прекрасный день уничтожить его.

– Но...

– Никаких «но»! Ванг Тох Чен Арн мертв, и поэтому никто из них – ни Этан, ни Раджид, ни даже Дарвин – не стал бы сожалеть, что схватился с ним в жестокой схватке.

Наступило молчание. Через минуту или две Брэндон поднял голову и произнес с типичным уорриковским упрямством:

– Ты так считаешь, Чина? А знаешь, я все еще не верю, что капитан Этан погиб. И не имеет значения, что все так говорят!

– Тише, Брэндон, – промолвила девушка дрогнувшим голосом, думая о том, что тоже не верит в это.

Так и заявила Чина, ясно и безапелляционно, Нэппи Кварлзу, когда они повстречались на следующее утро на залитой солнцем главной палубе. Она гордо смотрела на стюарда. И хотя ее лицо, на взгляд Нэппи, было слишком уж бледным, в словах ее прозвучала столь глубокая убежденность, что он ощутил неловкость и чувство тревоги. Ярко-рыжие волосы Чины прикрывала теперь одна из широкополых соломенных шляп Джулии Клэйтон, скрывавшая синяк на виске. Одета она была в муслиновое платье цвета слоновой кости, отделанное темно-зелеными лентами. Оно также принадлежало Джулии, и, поскольку было для Чины слишком велико, девушка подтянула его потуже у пояса и закатала рукава. В таком виде она походила на маленького ребенка, худенького, больного и до такой степени несчастного, что у Нэппи невольно вырвались слова, которые он не собирался произносить:

– Вам не следует его оплакивать, мисс! Чему быть суждено, того не миновать, смею сказать. Не думайте, что он стал бы терять время на причитания и заламывания рук, если бы обнаружил, что по ошибке надел ботинок не на ту ногу!

В глазах Чины промелькнуло удивление.

– Вы это о Дарвине?

– Не принимайте меня за идиота! – сурово ответил Нэппи. – Эти придурки могут думать все, что им угодно, но я-то знаю вас слишком хорошо! Чтобы вы горевали по этому Стэпкайну? Ну уж нет!